Любимая
Шрифт:
Кайл сделал шаг вперёд и склонил голову.
«Мой господин», – поприветствовал он Рексиуса.
В зале повисла тяжелая тишина.
Кайл поднял глаза: «Мой господин, я думаю, вас обрадует новость о том, что мы успешно справились с работой. Чума распространена по всему городу. Уже через несколько дней все люди будут у ваших ног».
За его словами последовало несколько секунд неловкой тишины. Кайл чувствовал на себе оценивающий взгляд своего господина. От голубых льдинок этих глаз у Кайла всегда кровь стыла в жилах.
Кайл снова опустил взгляд и почтительно склонил
«Ты хорошо справился с работой, Кайл, – умышленно медленно сказал Рексиус низким, сиплым голосом. – К нам присоединяются и другие кланы. Наши ряды увеличиваются с каждой секундой».
«Война будет великолепной, мой господин, – вставил Кайл. – Я горд тем, что вы доверили мне вести её от вашего имени».
Последовало ещё несколько секунд тишины.
«Ты прав, война будет великолепной, – наконец сказал Рексиус. – Через несколько дней мы захватим Нью-Йорк, а через несколько недель поработим всю человеческую расу».
Рексиус улыбнуться и даже слегка облизал губы в предвкушении. Этот жест всегда наводил на Кайла ужас. Улыбка Рексиуса могла значить только одно – сейчас кому-то будет плохо.
«С сожалением я должен заявить, – продолжил Рексиус, – что ты не сможешь разделить с нами победу».
Кайл почувствовал резкую боль в груди и с ужасом поднял глаза на своего господина. Он не знал, что сказать. А где будет он? Господин хотел сослать его?
«Не смогу? – ошеломлённо переспросил Кайл. Он слышал, как дрожал его собственный голос, и ему стало стыдно. – Мой господин, боюсь, я вас не понимаю. Я ведь отлично справился с заданием».
«Я это знаю. Именно по этой причине, ты всё еще жив», – ответил Рексиус.
Кайл нервно сглотнул.
«Тебе нужно ответить за свои прошлые ошибки. Я никогда ничего не забываю, Кайл».
Кайл снова сглотнул, чувствуя, что в горле у него пересохло. Именно этого он и боялся.
«Ты позволил сбежать той полукровке. Она может найти меч и привести к нему кого-нибудь другого. А если так, то может пострадать наш план, – Рексиус низко склонился над Кайлом, глядя на него непроницаемым ледяным взглядом. – Сильно пострадать».
Кайл знал, что оправдываться было бесполезно. Это могло только усугубить дело. Поэтому вместо того, чтобы сказать что-то, он молча опустился на колено и ждал, дрожа от страха и негодования. Его обманули. Он сделал всё от него зависящее, чтобы обеспечить успешность их войны, и теперь его хотят за это наказать.
Последовало несколько секунд тишины, в течение которых Кайл думал о том, что же может готовить ему будущее.
«Кайл из клана Чёрной волны, ты не справился с возложенной на тебя миссией и нарушил священный договор. Сим я приговариваю тебя к частичному погружению в йодноватую кислоту и изгнанию из нашего клана навечно. Ты больше не принадлежишь этому клану. Ты будешь жить, но жизнь твоя будет одинокой, и мы больше не будем считать тебя одним из нас. Ты изгнан. Навеки».
Кайл с ужасом и удивлением поднял глаза, когда десятки прислужников подбежали к нему, схватили его за руки и потащили прочь из зала. Это наказание было слишком жестоким. Оно было несправедливым.
«Но
Кайл пытался вырваться, но всё больше и больше рук удерживали его и тащили назад к выходу.
«Я могу её найти! – кричал Кайл, пока его волокли прочь. – Я могу вернуть её! Я сделаю это один! Я знаю, как найти её! Вы должны дать мне ещё один шанс!»
«Тебе и без того было дано слишком много шансов, – проговорил Рексиус с ледяной улыбкой. – Я сам найду её. В моей армии ещё много солдат».
Это последнее, что Кайл услышал, когда его вынесли из зала сквозь большие створчатые двери.
«Мой господин!» – закричал Кайл, но до того, как он закончил фразу, двери с грохотом захлопнулись.
Кайл почувствовал десятки рук, сдерживающих его. До того, как он мог что-то предпринять, они уже повалили его на спину, уложив на каменную плиту.
Его окружало всё больше и больше вампиров, они как коршуны нависали над ним. Это было безумие мести. Кайл вспомнил, как в течение сотен лет он сам вершил кровавое правосудие. Чтобы достичь своего положения, он преградил путь многим. Пришло время расплаты.
Один из вампиров злобно улыбнулся Кайлу и сделал шаг назад, держа в руках бочку, из которой до Кайла донесся мерзкий запах йодноватой кислоты.
«НЕТ!» – закричал Кайл. Он видел, какое страдание испытывали вампиры при этом наказании, и мог представить ту нестерпимую боль, с которой ему предстояло сейчас столкнуться.
Подняв глаза вверх, последнее, что увидел Кайл, была наклоняющаяся бочка, потом жидкость залила ему лицо.
Залы подземелья заполнил его истошный крик.
Глава двенадцатая
Летя с Калебом и ощущая холодный воздух, бьющий ей в лицо, Кейтлин почувствовала, что голод начал отступать, а голова – проясняться. Она посмотрела на Калеба и увидела, что вся его одежда была испачкана кровью. Её одежда тоже была в крови. Кейтлин силилась вспомнить, что же произошло.
Она помнила, как они вышли из дома Готорна, потом встретили полицию, потом случилась эта вспышка бесконтрольного голода, а потом был выстрел. Да, она всё вспомнила. Она вспомнила, как уже собиралась вонзить клыки в шею офицера, как вдруг Калеб её резко толкнул. С молниеносной скоростью он свалил её на землю и спас от убийства ещё одного невинного человека. Однако ему пришлось поплатиться за своё благородство: полицейский выстрелил и ранил Калеба в предплечье. Это его кровь была на их одежде, хотя ранение, казалось, мало повлияло на его самочувствие. Каким-то образом, он смог разобраться со всеми тремя полицейскими, схватил Кейтлин и взмыл с ней в воздух. Кейтлин поражалась его чувству самоконтроля, которое никогда не оставляло его, какой бы сложной ни была ситуация. Он смог вытащить их из серьёзной передряги и при этом никому особо не навредить. Кейтлин с досадой осознала, что, к сожалению, она не была столь развита, как Калеб, не могла контролировать вновь обретённые инстинкты так же искусно, как он, а ещё ей было стыдно, что из-за неё Калеб вновь попал в неприятность.