Любимая
Шрифт:
«А что конкретно мы ищем?» – спросила Кейтлин.
«Не знаю, но думаю, мы пришли в нужное место».
В конце коридора находился большой экспонат, посвящённый жизни Готорна. Кейтлин подошла ближе и начала читать вслух: «Натаниель Готорн был не просто ещё одним автором, писавшим о Сейлеме. Он жил в Сейлеме, и здесь же происходили события большинства его романов. Описываемые им здания Сейлема являются важной частью повествования, и многие из них сохранены в городе и по сей день.
Важно отметить, что Готорн был напрямую связан с некоторыми событиями и героями его романов. К примеру, его самое
Кейтлин и Калеб переглянулись. Становилось всё интересней. Они чувствовали, что между событиями прошлого и их жизнью есть реальная связь, и они были близки к разгадке тайны. Правда, они не знали, что именно им нужно искать; в цепочке фактов недоставало какого-то звена.
Они продолжили осмотр дома, рассматривая различные предметы, ища что-то, но что именно, они и сами не знали. Полный и тщательный осмотр первого этажа не принёс никаких результатов.
Калеб и Кейтлин остановились перед узкой деревянной лестницей, ведущей на второй этаж. Путь к лестнице преграждала фиолетовая лента с надписью: «Только для служащих музея».
Калеб посмотрел на Кейтлин.
«Надо идти», – сказал он.
Он отстегнул ленту. Кейтлин взволнованно ступила на лестницу, слыша, как её шаги отражаются гулким деревянным эхо. Лестница, а вместе с ней и весь дом, скрипели и стонали под их шагами, будто протестуя вторжению не прошеных гостей.
Потолки второго этажа были ещё более низкими, поэтому Калебу сложно было там стоять, выпрямившись во весь рост. Уже почти полностью стемнело, света хватало только для того, чтобы не споткнуться о какой-нибудь экспонат. Калеб и Кейтлин стояли в красивой и уютной комнате с паркетными полами, квадратными окнами два на два метра и со вкусом подобранной старинной мебелью. Главное место в комнате занимал старинный камин с почерневшими от времени и частого использования краями.
Будто встречая их как радушная хозяйка, прямо у входа стоял ещё один экспонат, на этот раз посвящённый Элизабет Пейн.
Кейтлин начала читать: «Эстер Прин, самый известный персонаж, вышедший из-под пера Натаниеля Готорна, была главной героиней романа «Алая буква». По сюжету она была предана суду за отказ признаться в том, кто являлся отцом её ребёнка. Согласно мнению многочисленных историков, образ этой героини основан на жизни жительницы города Сейлем Элизабет Пейн. Учёные до сих пор не знаю, кто же являлся отцом рождённого ею ребёнка, ведь его личность Элизабет скрывала от всех жителей города. Согласно легендам отцом ребёнка был загадочный человек, прибывший на корабле из Европы. Отношения Элизабет и этого мужчины считались противозаконными.
Элизабет изгнали из Сейлема и поселили в небольшой хижине в лесу, на окраине города, где она жила одна с ребёнком. Истинное местонахождение её хижины так и не было обнаружено».
Кейтлин посмотрела
«Противозаконные отношения? – спросила она. – Как если бы…»
Калеб кивнул: «Да. Это были отношения между человеком и вампиром. Его роман на самом деле не об измене. Измена – это аллегория, скрывающая всю правду. Его роман о нас. О нашем роде. А если конкретно, его роман о тебе. Об их ребёнке полукровке».
У Кейтлин голова шла кругом. Результаты поиска оказались невероятными.
Кейтлин не могла отделаться от мысли, что история повторялась, что столетия спустя, она повторяла ту же ошибку. Противозаконные отношения. Две расы. Она и Калеб. Она повторяла те же, ошибки, что и её предки. И это заставило Кейтлин задуматься о бесконечном круговороте жизни и судеб.
Они медленно осмотрели комнату. В полумраке сложно было хоть что-то рассмотреть, да и Кейтлин не знала точно, что именно они искали. Несмотря на это, она была совершенно уверена, что искали они в нужном месте.
Калеб тоже так думал. Он медленно прохаживался по комнате, внимательно изучая все предметы. Они оба были уверены, что то, что им нужно, находилось именно здесь. Может быть, где-то здесь был спрятан сам меч?
В комнате было совсем немного мебели, поэтому, изучив, как ей казалось, всё, что здесь находилось, Кейтлин не могла представить, где и что можно было ещё здесь спрятать.
«Сюда», – сказал Калеб.
Кейтлин торопливо подошла к нему. Он стоял у комода. Пройдя рукой по его поверхности, Калеб добавил: «Взгляни на это».
Он взял руку Кейтлин и провёл ею по старинному дереву комода, давая ей возможность тщательно изучить поверхность. Кейтлин нащупала на крышке металлическое отверстие в форме креста.
«Что это?» – спросила она.
«Я не знаю, – честно ответил Калеб. – Единственное, что я знаю, что его здесь не должно быть. А ещё, в виду необычной формы и закруглённых концов, я могу предположить, что этот крест такой же, как у тебя».
Кейтлин посмотрела на Калеба не в силах понять, к чему он клонит. Вдруг её осенило, и она дотронулась до своего украшения.
«Я думаю, твой крест – это ключ», – добавил он.
Кейтлин быстро сняла крест с шеи, и вместе они вставили его в металлическое отверстие. Кейтлин пришла в восторг, когда крест идеально подошёл по форме и размеру. Внутри комода что-то тихо щёлкнуло, они повернули ключ вправо, и открылся узкий вертикальный ящик.
С неистово бьющимся сердцем, Кейтлин опустила руку в ящик и вытащила оттуда тонкий, ветхий, пожелтевший свиток. Свиток был связан рассыпающейся на нитки старой бечёвкой.
Кейтлин передала свиток Калебу, и они развернули его вместе.
Это была карта. Старинная, многовековая карта, нарисованная от руки.
На верхнем краю карты было небрежно выведено: Хижина Элизабет.
Калеб посмотрел на Кейтлин.
«Её хижина, – произнёс он на одном дыхании. – Это карта пути к хижине Элизабет».
Кейтлин с благоговением посмотрела на свиток.
«Кто бы это здесь не спрятал, он хотел, чтобы именно ты нашла этот свиток и эту карту. Твой крест – это ключ. Ящик до нас ни разу не открывали. Он хотел, чтобы ты нашла эту карту и нашла её хижину. Где бы она ни находилась, там тебя ждёт новое открытие».