Лунное очарование

Мартин Дебора

Глаза Хенли сузились.

– Как знаешь, Лек. – Посол пожал плечами и еще раз взглянул на прилавок.

В травах Эсме на самом деле ничего не смыслила, но она надеялась, что и Хенли тоже не является в этом большим специалистом. Делая вид, что выбирает нужные растения, девушка набрала каких-то корешков и для виду поторговалась с продавцом. Добиться своей цели – припугнуть Хенли – ей, судя по всему, удалось: когда они покидали рынок, тот явно чувствовал себя не в своей тарелке. Теперь этот тип еще десять раз подумает, прежде чем переходить ей дорогу!

Возможно,

поход за провизией обошелся бы без особых инцидентов, если бы не камень, на беду попавшийся под ноги Хенли. Споткнувшись, кок рассыпал монеты, которые держал в кулаке, и, заметив тут же собравшегося подобрать их мальчишку лет семи, наступил на монеты ногой.

В тот же момент двое сиамцев, наблюдавших за этой сценой, потянулись за своими заткнутыми за пояс ножами и с угрожающим видом шагнули навстречу Хенли.

– Уберите ногу с монет! – прошептала Эсме на ухо коку. Тот ничего не понял, но все же поспешил убрать ногу.

Быстро подобрав монеты, Эсме уже собиралась последовать за послом, но Хенли, похоже, и не думал уступать воинственным чужакам. Несмотря на то что ни та ни другая сторона не понимала языка друг друга, кок начал перебранку с сиамцами.

– Заткнись, идиот! – обернувшись, прикрикнула на него Эсме.

Выступив вперед и сложив перед собой ладони в знак почтения, она несколько раз поклонилась сиамцам до земли.

– Прошу извинить нашего друга, – вежливо сказала Эсме. – Он чужестранец и не знает местных обычаев. – Она протянула им монеты. – Уверяю вас, он нисколько не хотел оскорбить его величество. Этот высокий господин, его хозяин, позаботится о том, чтобы нарушитель был как следует наказан.

Эсме замолчала, с тревогой ожидая, что будет дальше. Она боялась, как бы воинственные сиамцы не схватили их, но те, очевидно, удовлетворились ее объяснением.

Посол тем временем успел вернуться и оттащить Хенли подальше.

– Спасибо за понимание, господа. – Эсме еще раз почтительно поклонилась сиамцам и поспешила вслед за Йеном.

– Быстрее, – шепнула она ему, – пока они не передумали!

– Да что случилось? – проворчал Хенли. – Почему эти придурки ни с того ни с сего так взъелись на нас?

– Потому, – съехидничала Эсме, – что кое-кому не мешало бы получше узнать местные обычаи, прежде чем во что-то ввязываться!

– Очень мне надо знать обычаи этих идиотов! – Хенли был настроен столь воинственно, что, возможно, даже готов был вернуться и выяснить отношения с этими двумя. К счастью, в этот момент они уже поднялись на пароход, и посол, желая поскорее покинуть опасное место, начал отдавать приказы команде так быстро, что Эсме едва успевала переводить. Со второго парохода доносились недоуменные голоса, спрашивавшие, что случилось, но было не до них.

Лишь отойдя от злополучного места на значительное расстояние, посол немного успокоился.

– Лек, ты должен мне кое-что объяснить. – Схватив Эсме за руку, он почти силой затащил ее в свою каюту и усадил на стул. – Что, собственно, произошло? Я ничего не понимаю! Почему эти двое ни с того ни с сего стали угрожать нам?

Вместо ответа Эсме протянула Йену местную монету.

– Ты знаешь,

кто изображен на ней? – резко спросила она.

– Король Чулалонгкорн. Ну и что?

– Вспомни о том, что я тебе рассказывала, – нога у сиамцев считается самой низменной частью тела, Хенли наступил ногой, на изображение короля!

– Теперь понятно. Признаться, я сразу догадался, что здесь что-то нечисто, но об изображении короля не подумал.

– Для сиамцев король – все равно что Бог, и не в переносном смысле, а в самом прямом. Тебе, возможно, приходилось видеть, как на приемах у короля сиамцы падают перед ним ниц, иначе будет считаться, что они проявили непочтительность. Портрет короля вешают в каждом доме на самом высоком месте – ничто не должно находиться выше его. Разумеется, когда эти двое сиамцев увидели; как какой-то англичанин посмел попирать ногой изображение короля… Попробуй представить себе, что какой-нибудь индус вдруг плюнул на портрет английской королевы, – как воспримут это законопослушные англичане? Здесь примерно то же самое – для сиамцев это все равно что ударить по лицу самого короля. Благодари Бога, что нам удалось унести ноги!

С минуту посол молча перекатывал в пальцах монету.

– И что ты им сказала? – спросил он наконец.

Эсме пожала плечами:

– Ну, что этот человек – иностранец и не знает, местных обычаев, что он не хотел оскорбить короля и мы приносим свои извинения… Что я еще могла сказать?

Брови посла, до сих пор сурово нахмуренные, удивленно поднялись.

– А.ты неглупа! – Он покрутил головой. – Черт побери, девочка, я уже начинаю думать, что мне, возможно, не так уж и не повезло – от тебя, оказывается, порой может быть определенная польза!

Эсме молчала.

– Зато ты, должно быть, считаешь нас всех дураками? – Он усмехнулся.

– Сказать по правде, сэр, я считаю, что не очень умно ехать в странах важной дипломатической миссией, ничего не зная о ее обычаях.

– Тут я не могу не согласиться. Но видит Бог, Эсме, у меня не было времени изучать сиамские обычаи: я человек подневольный, меня послали – я и поехал…

Эсме кинула быстрый взгляд на посла: в этот момент он и впрямь выглядел очень усталым – черты его лица заострились, в уголках рта образовались морщинки, отчего он стал казаться заметно старше.

– А почему они не послали мистера Раштона? – осторожно спросила она. – Ведь министр-резидент много лет прожил в Сиаме и знает его как свои пять пальцев…

– Ну разумеется, – посол скривился, – ты бы предпочла поехать с Раштоном! Сколько времени вы смогли бы проводить вместе! Тогда тебе даже не понадобилось бы переодеваться…

Эсме вспыхнула, однако не произнесла ни слова.

– Впрочем, ты права, – Йен внезапно сбавил тон, – послать человека, который хорошо знает местные обычаи, было бы логичнее. Но видишь ли, когда выбирали кандидатуру, были и другие соображения – какие именно, сказать не могу, это секрет. Разумеется, я и сам вижу, что знать местные обычаи не мешало бы – без этого я во все тыкаюсь носом как слепой котенок… Если бы не ты, не знаю, что бы сегодня со мной стало!