Лорд-обольститель
Шрифт:
– Боже всемогущий, – вслух произнесла она, – пожалуйста, защити моего мужа от коварных замыслов и острых клинков его врагов. Я знаю, что совсем недавно просила Тебя сурово наказать его, но я передумала. Я не хочу, чтобы он пострадал. Аминь.
Танон открыла глаза и обнаружила перед собой ноги в кожаных штанах. Запрокинув голову, Танон увидела лицо Гарета. Она не слышала, как он подошел к ней. Гарет опустился перед ней на колени.
– Ты голодна? – участливо спросил он.
Танон отрицательно покачала головой и отвернулась от теплого взгляда Гарета. Ей совсем не хотелось,
Гарет дотронулся пальцами до ее щеки и заставил опять посмотреть ему в глаза.
– Не волнуйся обо мне, Танон. Я вернусь к тебе целым и невредимым.
– Ну надо же, какой ты самоуверенный, – заявила она. Уголки его рта сложились в улыбку, которая была такой необычайно нежной, что Танон ужасно захотелось улыбнуться в ответ.
– И очень грубый, – добавила она. – Тебе следует знать, что я чуть не ударила тебя. Я никогда еще никого не била, и думаю, что за такой греховный поступок священник наложил бы на меня суровое наказание. – Она прищурилась и спросила: – Ведь у вас в Уэльсе есть церкви, oui?
– Да. Но ты бы ударила меня по заслугам, так что ни о каком суровом наказании не может быть и речи. – Гарет перестал улыбаться, и его лицо опять приняло серьезное выражение. – Танон, для меня непривычно…
«Делать что? – мысленно спросил он себя. – Унижаться? Беспокоиться за нежные чувства женщины? Ревновать – да, отчаянно ревновать, – услышав, как Танон называет другого мужчину привлекательным?» Проклятие, он был принцем, самым искусным и свирепым воином в Кимре. Он ни перед кем не унижался! Дафидд бросил его в темницу и оставил без еды на целую неделю, но даже это не сломило его дух, не заставило просить пощады. Он командовал четырьмя сотнями людей в Дехубаре, и ни один из них не смел говорить с ним так, как Танон. Но никто и не молился за него.
– Что – непривычно? – с любопытством спросила его Танон.
Гарет в смятении провел рукой по подбородку, продолжая смотреть на нее. Почему он чувствует себя таким слабым и беспомощным, стоит ему заглянуть в эти зеленые глаза? Он с трудом дышал, когда Танон была рядом. Его жена подвергала сомнению каждое его слово, а ему все равно до боли хотелось прикоснуться к ней.
– Непривычно просить прощения.
– Ох! – Выражение ее лица смягчилось, на губах появилась улыбка. Она ободряюще похлопала его по руке. – Не бойся, позже я помогу тебе справиться с этим.
– Не сомневаюсь, – ответил Гарет.
От ее милой непосредственности к нему вновь вернулось хорошее настроение.
– Ведь сегодня тебя волнуют гораздо более серьезные вопросы.
– Да, точно. – Например, как не сжать ее в объятиях и не накрыть ее рот жадным поцелуем.
Когда он сел рядом, Танон вздрогнула и чуть не отвернулась. Гарет обнял ее за талию, Танон не стала сопротивляться, когда он прижал ее к своей груди.
Сняв с головы вуаль, Гарет зарылся лицом в волосы жены, вдыхая аромат лаванды. Он слушал ее нежное дыхание, наслаждался ее близостью и ощущением того, что сейчас она находится под его защитой. Через несколько часов его жизнь вернется к тому, что он умел делать лучше всего, чему его учили с самого раннего возраста. Сражаться.
Глава 13
Спустя два часа Танон открыла глаза. Небо пока еще было темным, но Гарет и все его люди, кроме одного, ушли. Сердце в груди бешено забилось, Танон вскочила. Рядом, прислонившись к дереву и вытянув длинные ноги, сидел Киан.
– Значит, они ушли?
Валлиец кивнул.
– Мне поручено охранять вас и вашу няню до последней капли крови.
Танон огляделась вокруг. От ее голоса проснулась Ребекка. Танон видела ее в мягком желтом отсвете огня, но все остальное было скрыто непроглядным мраком.
– Не бойтесь, госпожа, – сказал Киан, когда от страха с губ Танон слетел еле слышный вскрик. – Меня учил драться мой брат, Мэдок. – Она поднялась, но Киан предостерегающе поднял ладонь, чтобы остановить ее. – Вы не должны никуда уходить. Я настаиваю.
– Но еще так темно. Как они смогут что-нибудь разглядеть? – Танон подошла к Киану и до боли стиснула свои руки – Ведь они не должны были уходить, пока не рассветет.
Почему Гарет не попрощался со мной? Она закрыла глаза и опять прочла молитву, чтобы Господь сохранил жизнь мужу и его воинам.
– Его подозрения, что среди нас есть предатель, укрепились, – спокойно объяснил Киан. Когда Танон начала ходить перед ним взад-вперед, он недовольно наморщил лоб, что придало его лицу мрачное выражение. – Если он прав, то тогда предатель не поехал назад в Уинчестер, а вернулся к своим товарищам, чтобы предупредить о нападении.
– Значит, он подозревает Бледдейна? – тихо спросила Танон.
– Да, – кивнув, ответил Киан. – Гарет решил атаковать наших врагов раньше, чем они этого ожидают. Так у нас будет больше шансов на победу – ведь противников много.
Ребекка подошла и встала рядом с Танон.
– Но откуда принц Гарет знает, что Бледдейн предал его и не поскакал к королю, как тот ему приказал?
– Он пока еще не знает наверняка. Но кто-то точно нас предал, – быстро заговорил Киан. – И это тот же человек, что и год назад. Люди, которые замышляют напасть на Уинчестер, знают, что Гарет покинул замок. Если бы они напали на замок в то время, пока мы еще были там, то их план вовлечь в это грязное дело Гарета провалился бы. Он сам перебил бы их всех. Значит, кто-то сообщил им, что мы уехали.
Танон нервно сглотнула.
– И что мы должны теперь делать?
– Ждать. Гарет с отрядом ушел уже больше часа назад. Скоро взойдет солнце. Им предстоит не особо сложная задача, так что они надолго не задержатся. Почему бы вам и вашей няне не попробовать немного поспать?
Боже правый, Киан говорил об убийстве пятидесяти человек, как о каком-то небольшом препятствии на их пути. Нет, она никогда не сможет привыкнуть к таким варварским взглядам на жизнь.
Танон шагнула к своему одеялу. Хрустнула ветка. Странно, звук раздался не под ее башмаком. Мгновение спустя Киан вскочил на ноги и схватил ее за руку.