Лишённые смерти
Шрифт:
Приближалась осень. В воздухе уже чудился запах октябрьского пожара листьев и следующего за ним ноябрьского тлена. И ветер дул по-осеннему, обещая скоро принести холодные серые дожди.
Сегодня у часовни Лиру ждала девушка, темноволосая и смуглая. Охотница улыбнулась ей, подходя, махнула рукой. Она была рада избавлению от одиночества хоть на пять минут. Девушка приветственно махнула в ответ. В тёплый день она куталась в шерстяную шаль.
– Тесса! Как давно мы давно не виделись, - вполне жизнерадостно начала Лира.
– Ты с новостями?
– Да, - девушка нервно оглянулась
– Я могу поговорить с тобой тут, не в Академии?
– Конечно, - Лира опять проследила её резкое движение.
– Не бойся. Ты со мной, никто тебя не тронет.
Тесса нервно усмехнулась, закрылась от солнца, следящего из-за веток, за крохотной шляпкой.
– Мы можем зайти в часовню, - предложила Лира и, не дожидаясь ответа, отомкнула замок на двери.
Часовня была темна, пуста. Самые тихие звуки многократно усиливались здесь, отражаясь от толстенных древних стен, не пропускавших извне никакого шума. Охотница прикрыла дверь, и в чернильной тьме перед зашедшими остались только светлые квадратные пятна, бросаемые сводчатыми окнами на пол. Тесса остановилась почти на пороге.
– Как видишь, я стала значительно чувствительней к солнцу, - снова усмехаясь, заметила она.
Лира только кивнула. Тесса была carere morte, пришедшая к охотникам в конце лета. Низшая и сотрудничающая с Орденом, как многие Низшие, из страха перед своим проклятием. Тесса напоминала охотнице зверька, прирученного, но не ручного. Лире было приказано общаться с ней без маски. Она подчинилась, сначала радуясь возможности подружиться с Тессой, но скоро поняла: это значит, именно ей поручено следить, когда Низшая исчерпает полезность и её придётся убить. Возможно, придётся убить именно Лире...
– Среди Низших говорят, у нас новый владыка, - робко сообщила Тесса.
– Только говорят? Он, что, вам не представлен?
– Да. Он обменялся с Конором кровью когда-то, значит, он его преемник. Но он прячется в темноте и не называет своего имени.
Лира усмехнулась:
– Что, анонимный властитель? Как такое может быть?
– Говорят, есть причина, по которой он скрывает имя. Он прежде служил Дэви.
Лира вздохнула. Голову, как и вчера, накрывала холодная волна боли:
– Тебе лучше поговорить с главой Ордена об этом. Или с Бовенсом...
– Нет!
– вампирша вдруг замотала головой.
– Почему?
– охотница вздрогнула.
– Боишься, что они заметят твои... изменения?
Тесса молчала.
– Где ты берёшь кровь? На бойне?
Вампирша кивнула.
– Я договорюсь, чтобы тебе давали больше.
Лира задумалась. Можно попробовать сказать, что эта кровь нужна для ещё одного вампира, который... который... не может приходить сам. Потому что... потому что слишком слаб... Хм-м... Допустим, после ранения серебром в голову?
– ну да, охотники уже лечат раненых вампиров! Или он находится под пристальным вниманием главы?
– чёрт, тогда одного свидетельства охотницы недостаточно...
Она с досадой потёрла ноющие виски:
– Ох, Тесса, и зачем ты стала carere morte!
Девушка быстро глянула на Лиру. Куда
– Я была одна. Ты же знаешь пустоту такой жизни, Лира?
День сменился ночью, но головная боль не ушла. Стиснув зубы, охотница собралась в очередной рейд. На ближайших к Академии улицах Сатура в последние недели таился какой-то новичок-вампир, и их группе поручено было выманить его из укрытия. Предстояли нервные часы, но Лира порадовалась, что не придётся трястись в повозке, торопясь куда-нибудь далеко на север столицы, и чувствовать, что разбухшая от боли голова вот-вот расколется на части... Она взяла арбалет и чуть не охнула от его тяжести. Она положила оружие на стол и, сняв перчатки, долго, с удивлением разглядывала свои руки: бледную-бледную, достойную carere morte кожу, тонкие высохшие запястья. "Да что со мной? От мигрени морок? Или я больна?"
"Да, больна. Одиночеством..."
Группа ожидала её у входа в парк Академии. Лира улыбнулась Агнессе, только боль превратила её улыбку в оскал. Родерик Бовенс, их руководитель, предложил:
– Лира, ты не откажешься сыграть сегодня роль приманки?
– Хорошо, - охотница успела перехватить его взгляд. Вслед за охотником увидела дрожание своей руки, придерживающей сложенный арбалет у пояса.
"Он заметил! Чёрт, чёрт, чёрт!"
Всю дорогу Лира шёпотом ругала себя. Перед Бовенсом она всегда старалась держаться: пост главы Севера тот принял три года назад от её отца, и в его присутствии в последней из Диосов всегда просыпалось желание доказать, что она не посрамит память родителей...
Охота. Лира не слышала дыхания того, кто шёл за ней. Только от ледяного взгляда Бездны ломило затылок. Вампир следовал за охотницей шаг в шаг. Всё ближе, ближе... Лира заставляла себя глядеть на маленькую далёкую звездочку единственного непотушенного фонаря в конце улицы, но то и дело скашивала глаза на окна домов, надеясь заметить в зеркале стекла отражение тонкой длинной тени, преследующей её. Мама говорила, исполняющая роль приманки должна доверять группе: не оборачиваться, не останавливаться, не бежать, провоцируя преследователя, не стрелять первой... Но Лира не могла полностью довериться таящимся где-то поблизости охотникам, и это злило её.
"Не ускоряй шаг. Теперь уже скоро развязка. Но первый выстрел не мой. Не мой..."
Взгляд из темноты пронзал копьём, почти невыносимой болью. Почти... Можно сделать ещё шаг. И ещё...
Тихий свист арбалетной стрелы. И охотница избавилась от копья взгляда вампира. Теперь можно вздохнуть, повернуться.
Carere morte был силён, но молод, глуп. Он едва обратил внимание на попавшую в тело стрелу, попытался преобразиться. Мгновение Лире казалось, что ему это удастся: поднявшаяся с невидимого в черноте ночи тротуара тень охватила его фигуру, но продержалась недолго. Вампир ринулся на Лиру, ещё не поняв, что перед ним также служитель Ордена, и отшатнулся от взгляда хрупкой девочки. Вторая стрела Бовенса ударила его в сердце, и он рухнул на камни, едва не зацепив охотницу.