Лишь его
Шрифт:
— Ты не убегаешь от меня. — Он наклоняется, забираясь в моё пространство. — Ты даже, блядь, не думаешь убегать от меня.
Исчезло то терпение, которое он давал мне. Белый раскалённый гнев прожигает его сейчас, но дело не в том, что я предполагала.
— Я украла твой пропуск, — выпаливаю я, не понимая, что здесь происходит. Похоже, мы сосредоточились на двух разных вещах.
— Ты слышала меня, Пейдж? — Он игнорирует меня, жгучая ярость все ещё в его глазах.
— Ты слышал меня? — Я огрызаюсь, не уверена, злюсь ли я, что он
— Мне плевать на пропуск. — Его глаза мелькают у меня на плече. — Или рюкзак. — Он двигается дальше в мою квартиру, и я делаю шаг назад, не уверенная в том, что происходит. Я чувствую, как гнев пульсирует от него, словно живое существо, заполняя все пространство вокруг нас.
Все его тело становится твердым при моем отступлении, и он делает несколько успокаивающих вдохов. Я никогда не видела его таким. Как будто он вот-вот потеряет спокойствие. Наверное, это потому, что женщина, которую он думает, что любит, обманула его.
Заставая меня врасплох, он подхватывает меня на руках и притягивает к себе. Он зарывает лицо мне в шею, и я чувствую его теплые губы на моей коже. Этот большой красивый мужчина захватывает меня своей силой и потребностью, и это почти больше, чем я могу вынести.
— Я не хотел напугать тебя, котёнок. Прости меня. — Его слова приглушены напротив меня, но я их слышу. Не имея возможности удержаться, я обнимаю его шею и пропускаю пальцы сквозь его короткие волосы. Я чувствую, что некоторое напряжение покидает его тело, и интенсивность его дрожи ослабевает.
— Я видел это в твоих глазах. Ты думала о том, чтобы убежать, просто сорваться, не так ли? — Он откинулся назад и посмотрел на меня, и я кивнула. Его руки у меня на спине, и его пальцы вонзаются в меня, как будто я могу исчезнуть прямо у него на глазах. — Я же говорил, что люблю тебя.
Мне приходится кусать губу, чтобы она не дрожала. Каждый раз, когда он так говорит, это как бальзам для моей души, заставляющий меня чувствовать себя не такой уж и грязной.
— Думаешь, я не знаю, что ты хочешь навредить своему отцу? Котёнок, я ни хрена в тебе не упускаю. Я знаю каждый твой вдох.
Я качаю головой.
— Это не похоже на Майлза. Я не хочу его разрушить, — говорю я Капитану, пытаясь заставить его понять. Это хуже. Я хуже. Я хочу чего-то более темного. Это единственное, что остановит чувство вины, остановит кошмары. Но отчасти это неправильно. Капитан останавливает мои кошмары сейчас.
Я должна заставить его увидеть, чтобы покончить с этим. Я не вынесу пытки, когда он уйдет. Я хочу, чтобы это уже было сделано.
— Я смотрела, как моя мать умирает прямо передо мной. Я стояла там и ничего не делала. Потом я убежала. — Как я хотела сделать это снова сегодня вечером. Сбежать так далеко от всей моей ненависти к себе. Я всегда пытаюсь бежать от воспоминаний, зная, что это невозможно.
— О, котёнок.
Я пытаюсь от него
— Ничего. Я абсолютно ничего не сделала, чтобы заставить его заплатить за то, что он с ней сделал. Тогда я не сделала ничего, чтобы помочь ей, и я должна это исправить. Я смотрела, как все это происходило, в то время как я оставалась застывшей. Потом, когда я смогла пошевелиться, я убежала.
— И моя девочка всё помнит. Готов поспорить, ты даже заставляешь себя переживать это снова и снова, не так ли?
— Не говори так, — огрызаюсь я. — Я не твоя девочка. Разве ты не видишь? Это я и пытаюсь тебе сказать. Я тебе не подхожу. Я не та, за кого ты меня принимаешь. Часть меня испорчена, и это никогда не будет исправлено. Я не остановлюсь, пока не заставлю его заплатить. — Даже когда я бросаю слова в Капитана, я зарываюсь пальцами в его рубашку, не желая отпускать. Я говорю ему, что он должен уйти, но я цепляюсь за него. Моё тело и сердце воюют.
— Котёнок, ты можешь продолжать пытаться оттолкнуть меня, но ты быстро поймёшь, что я никуда не уйду. Я не хочу тебя потерять, поэтому я дам тебе месть, которую ты хочешь.
— Ты не всерьез. Я не думаю, что ты понимаешь, чего я хочу…
Он перебивает меня до того, как я успеваю закончить. Я собираюсь наконец-то озвучить то, что я планировала.
— Я убью любого, кто встанет у нас с тобой на пути. То, как я вижу это сейчас, это то, что он стоит на моём гребаном пути. Он заставляет тебя отталкивать меня. Это делает его мертвым.
Слезы начинают падать, прорываясь через плотину, которую я построила, когда он нашёл меня в офисе.
— Не плачь, котёнок. — Я обхватываю его руками и ногами, пряча лицо в его шее, когда позволяю всем слезам течь. — Это ты и я. Не смотря ни на что. Я люблю тебя, Пейдж, и если это тот путь, который тебе нужен, то я собираюсь проложить его для тебя.
Я держусь за него крепче, позволяя освободить все осознанные эмоции внутри меня. Я никогда не хочу отпускать, и я никогда не хочу, чтобы он освободил меня. Моя спина ударяется о мою кровать, и он падает на меня.
Он не уйдет.
— Я никогда тебя не оставлю, — говорит он, и я осознаю, что произнесла эти слова вслух. — Поэтому ты держишь меня на расстоянии вытянутой руки? Думаешь, как только я достучусь до твоей сути, я уйду?
Я киваю ему в шею.
— Посмотри на меня, котёнок.
Я неохотно отпрянула, уверена, что моё лицо красное, в пятнах. Его рука обнимает мою щеку, когда его большой палец вытирает мои слезы.
— Я не торопился с тобой. Я боялся, что могу напугать тебя тем, насколько сильно чувствую себя по отношению к тебе. С этим дерьмом покончено. Ты моя, Пейдж, и ты никуда не пойдёшь без меня. Я буду бороться за тебя, и скоро ты увидишь, насколько это правдиво.