Лев и Сокол

Лангле Ив

— Куда? — спросила Кларисса, поднимая голову и пронзая его пристальным взглядом.

— В постель, конечно.

— Одному?

— Вопреки желанию моей матери? Да, одному. Если только ты не намекаешь на приглашение переночевать у меня?

— В ваших снах, док. — Кларисса встала и сняла свои латексные перчатки.

— Хм, теперь это открывает целый мир возможностей. У меня всегда было очень живое воображение.

Питер, уходящий из комнаты с уликами, споткнулся.

Делая вид, что не замечает мрачного взгляда Клариссы, Нолан изучал место преступления и ждал ее следующей

реплики. К его огорчению, она не попалась на его удочку.

— Я думаю, тебе стоит переночевать у друга.

— Почему, Кларисса, ты подталкиваешь меня к сексу? Я думал, ты этого не одобряешь.

— Я сказала, переночевать у друга, а не трахнуться с ним.

— Разве это не сводит на нет всю цель ночевки?

— Да ладно, только не говори мне, что ты никогда не спал на диване у друга.

На самом деле, нет. У Нолана, получавшего домашнее образование и чрезмерную опеку, с самого начала было очень мало друзей, да и среди них было мало тех, к кому он мог так запросто завалиться в гости на ночь. Не то чтобы он признался в этом вслух.

— Я бы предпочел спать в своей постели, спасибо. Это был довольно долгий день, и я устал от того, что не спал как обычно.

Обведя рукой грязную кухню, Кларисса покачала головой.

— Идти домой — не очень хорошая идея, или это недостаточное доказательство того, что твой дом тоже небезопасен?

— В здании есть охрана. Я очень сомневаюсь, что тот, кто это сделал, с такой же легкостью проник бы в мою квартиру. Не говоря уже о том, что я лев. Я могу защитить себя.

Кларисса выгнула бровь.

— Да. Я видела, как ты хорош в этом.

1:0 в пользу птицы.

— Эти тигры застали меня врасплох.

— Именно это я и хотела сказать.

— Это больше не повторится. Я больше беспокоюсь о своих сотрудниках. Такие люди, как Агнес, не являются прирожденными хищниками. Что делается для их защиты?

— Я уже думала об этом. Я связалась с Хлоей. Она послала столько агентов, сколько смогла, чтобы прикрыть дома ваших сотрудников или, по крайней мере, тех, у кого есть хоть какая-то способность защищаться. Тем, кто больше всего подвержен риску, уже сказали оставаться с друзьями или родственниками, пока мы не убедимся, что они в безопасности.

— Хорошо. Я бы не хотел, чтобы кто-нибудь получил травму. Похоже, у тебя все под контролем, так что, если это все… — Он зевнул, широко растягивая рот.

— Ты ведь не сдашься, правда?

— Нет.

У нее вырвался полный страданий вздох.

— Я должна тебя отпустить. Так тебе и надо, пусть тебя съедят.

— Но?

— Но это плохо смотрелось бы в моем послужном списке. Большое спасибо за то, что не оставил мне выбора. Пойдем, Сильвестр.

— Я думал, мы уже прошли стадию обзывательств.

— Не тогда, когда ты ведешь себя как тот идиотский кот из телика.

— Я возмущен. Я не шепелявлю.

— Продолжай говорить как идиот, и ты запоешь сопрано.

— Вспыльчивая. Вспыльчивая. Видишь, что происходит, когда ты не находишь времени вздремнуть?

— Это я делаю для ASS, — пробормотала она.

— Так вот в чем дело? Ты можешь получить мою задницу в любое время, конечно, не буквально. Я не увлекаюсь подобными

вещами.

— Я думаю, что усталость делает тебя глупым. ASS — это… Знаешь что, забудь об этом. Просто тащи свою волосатую тушу в машину, чтобы я могла отвезти тебя домой. Я бы не хотела, чтобы ты заснул за рулем.

— Врешь. Ты просто хочешь снова сесть за руль моей машины.

Намек на улыбку тронул губы Клариссы, и Нолана поразило, насколько хорошенькой она стала.

— Это была приятная поездка. Но нет, это больше связано с тем, чтобы убедиться, что твоя глупая кошачья задница не будет застигнута врасплох одним из психов.

— Пациентов.

— Неважно. Пошли.

Оставив Питера руководить прибытием бригады уборщиков из трех человек, Нолан последовал за властной птицей к своей машине. На мгновение ему пришло в голову возразить, что именно он должен сесть за руль. Но соблазн вздремнуть привлекал больше. И, кроме того, ему очень понравилось ее жесткое раздражение от его попытки использовать ее бедро как подушку. Он наслаждался ароматом ее мускуса. Ее тело, желала того Кларисса или нет, хотело его, теперь ему просто нужно было поработать над ее разумом.

Глава 5

Наблюдая за происходящим с расстояния в несколько домов, он не мог слышать, о чем говорили, но видел, как доктор вышел из дома той самой медсестры. Как досадно обнаружить, что дома никого нет. Но с другой стороны, ему никогда не нравились лягушачьи лапки, даже в приготовленном виде. Ребрышки немного утолили голод, но им не хватало живости.

Разглядывая доктора и его подругу, он готов был поспорить, что они гораздо вкуснее. Даже лучше, чем попкорн, но сейчас это невозможно. Они уехали на шикарном автомобиле. Когда-то у меня была такая же красивая машина. И красивое лицо.

Пока Вдохновительница не отняла у него все это.

Он не знал, что раздражало его больше: то, что он голодал, сколько бы и что бы ни ел, или то, что Вдохновительница была уже мертва, а значит, он не сможет отомстить, как мечтал.

Его ограбили! Лишили шанса отомстить. Что ему оставалось делать? Кто-то должен был заплатить. Кто-то должен был заплатить за то, что его жизнь и некогда прекрасное лицо были испорчены. Если он не может убить виновника, то надо найти источник. Наука. Наука была виновата в том, что с ним случилось. Наука и врачи, которые решили поиграть в Бога с такими, как он.

Убейте всех врачей — и жертв больше не будет. Глупые медики, возомнившие, что они все знают, и выставляющие напоказ свой статус при каждом удобном случае. Только посмотрите на доктора Мэннерса с его шикарной машиной и красивой подружкой. Именно этот доктор позволил Вдохновительнице добраться до него. Он был тем, кто не смог вылечить его. И теперь у Мэннерса было все, а он был вынужден искать объедки и прятаться в тени.

Хватит.

Он легко нашел медсестру через Интернет с украденного телефона. Он найдет и этого доброго доктора. Найдет. Накажет. Съест. А потом возьмет то, что заслужил.