Лев и Сокол
Шрифт:
Кларисса завела машину. Двигатель с турбонаддувом, прямым впрыском и мощностью двести одиннадцать лошадиных сил завелся со сладким урчанием. Кларисса чуть не снесла яйцо от возбуждения. Вот это мурлыканье, которое она могла бы научиться любить. Стекла опущены, музыка гремит, рука на рычаге переключения передач — она полетела вперед на резиновых крыльях.
Уи-и!
***
Нолан очнулся от пульсирующей боли в голове, которая стала только сильнее, когда кровать,
Какого черта?
Пытаясь откатиться назад, он положил связанные руки на живот и уставился сквозь светлые ресницы на потолок салона своей машины.
Как я сюда попал?
Последнее, что он помнил, это как на него упал мешок с кирпичами за мгновение до того, как он почувствовал запах тигра. Но это точно была не тигрица, которая сейчас вела его машину или чей запах витал вокруг него.
Нет, запах принадлежал женщине с прямыми черными волосами, той, которая его раздражала и которая, если верить запаху, ощупывала его бедное, беззащитное тело. Что же произошло, пока он лежал без сознания? И почему у него так сильно болит голова? Есть только один способ выяснить это.
— Возможно, это глупый вопрос, но почему ты ведешь мою машину?
— Проснулся наконец, Сильвестр? Самое время. Часто дремлешь на парковке?
— Только когда на меня нападают.
— Женщины. — Кларисса явно веселилась. — Знаешь, для льва ты не такой уж крутой.
— Сказала женщина, которая еще не видела меня без штанов.
Она кашлянула.
— И не намерена. И какое отношение размер пениса имеет к тому, чтобы позволить женщине себя победить?
— Ты бы предпочла, чтобы я ударил женщину?
— Нет. Но ты даже не знал, что она или ее подруга были там. Если бы я не появилась, ты бы проснулся привязанным к кровати в качестве секс-раба.
— Да уж. Как я же хочу, чтобы все это наконец прекратилось.
Машина вильнула, когда Кларисса повернула голову, чтобы бросить на него шокированный взгляд.
— Ты имеешь в виду, что такое случалось раньше?
— Чаще, чем я хотел бы признать.
В зеркале заднего вида он увидел, как она прикусила нижнюю губу, изо всех сил удерживаясь от вопроса. Оказалось, что у них было больше общего, чем предполагалось изначально, потому что, как и кошка, Кларисса проиграла битву с любопытством.
— Я, наверное, не хочу спрашивать об этом, но почему?
— Не могло бы это подождать, пока ты не развяжешь мне руки и не выпустишь меня с заднего сиденья? Тут не очень удобно. — Задние сиденья A4 были созданы для сумочек и людей невысокого роста, а не для львов ростом шесть с лишним футов. — И кстати, почему я связан?
— Я не была уверена, какого настроения ожидать, когда ты проснешься. Я приняла меры предосторожности. Предпочитаю держать ухо востро, спасибо.
— Я думал, ты меня не боишься.
— Нет,
— Я предпочитаю ограничивать свои царапания спальней и быть причиной, а не источником.
— Слишком много информации. И я думаю, учитывая, что ты снова флиртуешь, это отвечает на вопрос о том, как ты себя чувствуешь.
— На самом деле, если не считать небольшой головной боли, я чувствую себя довольно хорошо. Мне нужна была сиеста.
— Теперь ты заставляешь меня жалеть, что я не оставила тебя на земле.
— Прости, я забыл поблагодарить тебя за то, что ты спасла меня и уложила спать? Или это ты должна поблагодарить меня, потому что, если бы меня здесь не было, это означало бы, что ты крадешь мою машину?
Кларисса фыркнула.
— Только ты, Сильвестр, мог назвать сотрясение мозга сном.
— Меня зовут Нолан, сорокопут.
— Я — сокол.
— Упс. Я упоминал, что у меня тоже плохо с именами? — Он одарил ее добродушной улыбкой, когда она нахмурилась. В эту игру могли играть двое. — Итак, куда мы направляемся?
— Место преступления.
— Ах да. Бедняжка Агнес. — Его удовольствие от ее замешательства испарилось при этом напоминании.
— Ты знал ее?
— Да. Прекрасная женщина. Мне будет ее не хватать. Но я должен спросить, почему мы едем вместе? Разве у тебя не было мотоцикла? Только не говори мне, что ты оставила его там.
— Не совсем так. Кажется, я временно осталась без байка.
Нолан рассмеялся.
— Ты ходила в «Голодную телочку», да?
— Откуда все знают?
— Оттуда, что она печально известна тем, что выглядят как байкерская забегаловка.
— Может быть, потому, что на парковке там куча байков.
— Ах, но это байки членов клуба. А ты не член клуба.
— Ладно, мне преподали урок.
— Не волнуйся. Я верну тебе байк.
— И как именно вы это сделаете, док? Как-то не могу представить вас лицом к лицу с бандой мотоциклистов.
— У меня есть свои источники, — загадочно ответил он. — А теперь, ты не против остановиться на минутку и развязать мне руки?
— Остановиться? Я немного тороплюсь, и мы почти на месте.
Злая птица. Она хотела, чтобы он появился на месте преступления со связанными руками. Неприемлемо. Нолан не переживет, особенно если это увидит Мейсон. У проклятого медведя была манера появляться в самые неловкие моменты, а потом никогда никому не позволять забыть об этом. А еще он обожает фотографировать.
Присмотревшись к узлу, Нолан решил, что разгрызать его слишком долго, и поэтому, пожав плечами, согнулся, потянул и разорвал шелковый галстук, стараясь не думать о том, во сколько обошлась эта проклятая штука. Освободив руки, он поднялся и развалился на заднем сиденье, изображая беззаботность — выражение, которое, судя по хмурому взгляду в зеркале заднего вида, сводило с ума его водителя-птицу.