Летопись Линеи
Шрифт:
– - Возможно, ежели сызмала приручать, детенышем или раненного спасти от гибели. Токмо не возьму в толк, в чем прок сей затеи?
– - почесав затылок, высказался Зотик.
– - Насколько я знаю, атабы умеют приручать практически всех животных. Может это их кабан? Сбежал из Табата?
– - предположил Готфрид.
– - Сильвийцы конечно тоже могут приручать животных, но кабан то им зачем сдался?
– - Да пес его знает, поди ж теперь их разбери!
– - отозвался Зотик.
Уже запалив факела и тщательнее осмотрев тело зверя, стало понятно почему бой закончился, так и не успев толком начаться. Кабан был ранен и не раз, причем раны были серьезными. Не понятно, как он вообще протянул с ними все это время, учитывая, что в одной из ран даже осталось оружие -- атабский меч. Очевидно животное сражалось с атабами, победило
– - Похоже, что наш друг Готфрид прав, -- рассудил Леон, оценивая баланс атабского меча в руках, одноручного само собой, который ему пришлось держать двумя руками из-за тяжести.
– - Так или иначе, убили его мы, а, значится, и добыча наша, -- заметил Зотик.
Недалеко уйдя от поля, подле озера с альвийским названием Лорель, друзья разбили лагерь и развели костер. Тушу кабана оставили для деревни, слишком большой она была для них троих. На сегодняшний ужин эквилары довольствовались парой кроликов, которых подстрелили, освежевали и выпотрошили загодя, еще будучи в деревне. Охотники весело беседовали и шутили, как в старые добрые времена, когда они ночами сидели так же как сейчас подле костра. Леон поражался тому, что темы для разговора у них как не иссякали в детстве, так не иссякают и сейчас. Уже после полуночи, по наставлению Зотика, юноши приубавили голоса и больше прислушивались.
– - Любопытно узнать, что это за звуки, о которых говорил Зотик. Пока я ничего не слышу, кроме далекого грома -- протягивая руки к пламени костра, заметил Готфрид. Беатриче повторила его жест, стоя в упор к пламени, в ее бирюзовых бусинках сверкало пламя.
– - Обожди ты, рано еще! Стук энтот за полночь слышится.
– - объяснил Зотик, прожевывая кусок мяса и заедая его пучком зелени.
– - Мне сосед говаривал, что эт леший по ночам гробы колотит...
– - Гробы? Зачем ему столько? Хочет у гробовщика работу отбить?
– - Мол для деток наших готовит и для нас самих, за то, что природу егойную обижаем -- деревья рубим, траву топчем, на зверей охотимся без спросу...
– - А сам он деревья не рубит что ли или гробы из глины лепит, постукивая в барабан? Пусть и себе заодно гроб сделает, да сам в него и ляжет!
– - Об этом я как-то и не догадался подумать, -- с досадой произнес Зотик, почесав затылок.
– - Брешет твой сосед все! Леший, гробы, шабаши, -- это все осталось в детстве, Зотик. Помню я твоего соседа, было дело он рассказывал нам о том, что у него в погребе девочка-призрак ночами плачет. Перепугал пол деревни россказнями своими, а отец его думал, что уже добро все в погребе пропало, лезть то туда никто за ним не хотел, чуть с хаты семья не съехала. Оказалось, мышь там придавило горшком, так та пару дней пищала, пока подыхала, только слышно ее было лишь ночью. Поражаюсь, как ты до сих пор в это все веришь? Вон медвежий хутор вспомни -- много там призраков сыскалось?
– - ответом рыцарю было молчание.
– - То-то же! Всему есть разумное объяснение. Если тут кто-то и стучит, то мы ему самому по голове настучим. Дятел может какой оголтелый завелся тут и все.
Леон стоял у озера, облокотившись на дерево и мечтательно смотрел на тихую, водную гладь в свете луны и звезд. Вокруг озера не было деревьев-великанов, чтобы заслонить ветвями воду, и оно отражало небо. Холодные глаза звезд смотрели на рыцаря из зеркальной, практически неподвижной поверхности озера. Лорель навевала ему воспоминания, и рыцарь поспешил поделиться ностальгией с друзьями.
– - А помните, кто-то пустил слух о поверье, мол Лорель это имя морской феи, любящей всяческие украшения и ежели ценность какую в озеро бросить, предварительно сжав ее в кулак и трижды произнеся свое имя, то озеро даровало удачу, а в редких случаях, могло даже показать будущее?
Зотик и Готфрид точно поменялись местами -- Готфрид расхохотался, а Зотик угрюмо задумался.
– - Тот еще случай был! Сколько туда ба... барышни накидали всяких украшений, мечтая удачно выйти замуж, а на деле оказалось, что все выдумал какой-то местный ныряльщик. Плавал потом, да собирал добро. Интересно даже, что с ним стало, где живет,
– - Утонул он, -- мрачно ответил Зотик.
– - Мой сосед говорит, что благодаря этой легенде озеро ожило, а может в нем и правда жил некий дух и вовсе то был не вымысел. Уж Лорель или какой другой дух -- не знаю. В общем как историю не поверни, конец всяко единый -- решило озеро наказать вора за то, что брал причитающееся ему или... ей.
– - Сосед говорит, ха!
– - Готфрид отмахнулся.
– - Не удивлюсь если твой сосед, скажет, что у него в печи огонь драконы разжигают, а лошадь байки травит в стойле. Ладно, посплю немного, разбудите, как леший с гробами придет... если придет.
– - скучающим голосом произнес Готфрид и завернулся в походный плащ, выданный Зотиком.
– - В вас смелости друзья мои, как у целой дружины!
– - произнес Зотик и подкинул в костер хворосту.
– - Мне от одного этого места не по себе, какой уж спать тут! До сих пор в темноте те бычьи черепа с горящими глазами мерещатся.
– - Уже себе под нос, на редкость тихо произнес силач и проверил оберег на шее.
Что бы Зотик о себе ни думал, его тело думало иначе и спустя полчаса, здоровяк и сам не заметил, как уснул. Бодрствовать остался лишь Леон и его бессонница. Вдвоем с ней, они сидели у костра, глядя на то как искры стремились ввысь, как если бы хотели занять место среди сияющих осколков бесконечности, подмигивающим им с черных небес. Рыцарь плотнее закутался в свой плащ, защищаясь от ночной прохлады. Во лбу стреляла и ныла полученная рана, как болезненное эхо воспоминаний о том, что произошло на той опушке. Перед глазами всплывали лица отряда и их кабацкие шутки, неприятные тогда и столь желанные сейчас, лишь бы отпускающие их люди, были живы. Оставшись за часового, Леон защищал спящих от всякой опасности и поддерживал огонь в костре, дабы к лагерю не вздумали подходить волки. Глядя в языки пламени, Леон вспоминал прошлое, но думал о будущем. О том, каким он, Готфрид и Зотик будут спустя десять-двадцать-тридцать лет. Из людей редко кто доживал хотя бы до пятидесяти. Лишь самые крепкие телом и просто везучие. Какими они будут? Будут ли вместе или разойдутся каждый своей дорогой? Зотик уже отделился от их компании, его дорога закончилась в Луковках, где его ждет уютный очаг и жена с ребятишками. Дорога Леона и Готфрида еще и не думала никуда сворачивать, ведя в далекие дали. Именно так Леон ее и видел -- одна на двоих. Рыцарь и помыслить не мог, что когда-нибудь будет порознь с другом. Леон не мог найти себе места в настоящем, а потому метался от прошлого к будущему. Ему хотелось вновь пережить те непосредственные волнения детства и вместе с тем скорее оказаться в будущем, достичь чего-то и впечатлить отца, стяжать славу, сделать что-то хорошее для этого мира, чтобы о нем знали и помнили. Верно, помнили, погибни он вместе с солдатами из гарнизона, кто бы его помнил окромя родителей и друзей? Он ничего не сделал для этого мира, ничего не оставил. Мысль о том, что жизнь пройдет, а он исчезнет без следа, пугала юношу. Люди живут слишком мало и не хотелось бы сгинуть, не оставив в этом мире след и след значимый, хороший, добрый. Хотелось ему и увидеть свою суженную, узнать, как она выглядит, как ее зовут?
***
Выспаться этой ночью Готфриду и Зотику определенно было не суждено -- оба были разбужены Леоном. Зотика пришлось изрядно растормошить, заснул он крепко, хоть и боялся засыпать больше всех. Готфрид же казалось и не спал вовсе, а просто лежал с закрытыми глазами все это время, -- настолько быстро он проснулся.
– - Слышите?
– - едва проснувшись, сразу поинтересовался Зотик, точно это он был первым, кто услышал звук и разбудил остальных.
– - Стук определенно исходит...
– - начал Леон, но не договорив припал к земле ухом. Его примеру последовали друзья.
– - Ядрена вошь!
– - громко воскликнул Зотик и тут же сам заткнул себе рот.
– - Знаешь, Зотик, я уже начинаю опасаться помогать тебе, -- улыбнулся Готфрид.
– - Так не ровен час ты позовешь за грибами, а там того и гляди, на грибного дракона наткнемся или еще какое лихо.
– - Леший...
– - прошептал Зотик.
– - Сам ты леший, -- добродушно фыркнул Готфрид.