Лед Апокалипсиса 3
Шрифт:
…
Естественно Иваныч оказался прав. В общей сложности за день нам попалось ещё одиннадцать наносов. Зато я тоже в чём-то прав, за сутки мы прошли сто сорок один километр.
Солнце, которого не было видно из-за туч, клонилось к закату. Хотелось жрать, но всё, чем мы с Проводником утолили голод, это несколько глотков кока-колы.
— Клим, основная группа далеко?
— Семь километров.
— Связь?
— А что связь? — троллил железный мозг.
— Блин, Климентий, ну есть с ними связь? С
— Да, переключись на третий канал и общайся.
…
— Иваныч, уже вечер.
— Саныч, ты необыкновенно наблюдателен. А если серьёзно, ты небось спрашиваешь за стоянку?
— Да. Тут ровное пространство. Ветер нас будет продувать, зато безопасно. Либо наоборот, если проехать пару сотен метров, можно стать под ветровой защитой каменно-ледовой стены.
— Выбирай защиту, наш электронный друг предупреждал, что погода будет меняться. И всё, бросай якоря. Становимся на стоянку.
Я покатился, увлекая за собой номера два, три и четыре. Все водители, пожалуй, кроме Киппа, выдохлись, поэтому я своей властью велел им отдыхать.
— Тимур, мы не слишком далеко отъехали от твоих земель?
— Я переночую у тебя в тёплом салоне и утром распрощаюсь с вами, с тобой и Киппом, пожелаю вашей экспедиции удачи и покачу обратно на снегоходе. Заодно разведку проведу. Ты за меня не переживай.
— Я так не умею, но уважаю твоё желание проехать лишние километры и составить мне компанию. Спасибо, что проводил. Держим связь через Климентия. Ваши версии Клима работают же, да?
— Вполне. Он говорит, что никакого расщепления личности у него нет. Это всё он, не клоны, не копии, версии, а просто станции одного и того же. А так да, мы постепенно восстанавливаем телефоны, планшеты и всё такое. Думаю, как только он нащупает канал связи, то свяжется.
— Узнаю старину Скайнета. От этих всех моих странствий выигрывает только он.
— Не только. Я стараюсь быть полезен, — возмутился Климентий. Как это часто бывает, железный мозг подслушивал.
— Ну ладно-ладно, конечно, ты полезен. Вон сколько плохих людей порешил.
— Давай подышим морозным воздухом и будем ужин придумывать? — спросил Проводник. — Я там у тебя мультиварку видел.
— Всё верно. Маленькая и работает от прикуривателя, зато экономичная и должно быть вкусно.
…
Вечер прошёл в суете. Колонна прибыла, стала, правда, не в круг, как изначально планировалось, а в три прямые (условно прямые, всё равно вышло криво) линии, но на отдалении вооружённые единицы, вроде нас с Проводником. Иваныч заглянул к нам, пообщался с Тимуром, тоже благодарил.
Путешествие через его земли вышло безопасным и безболезненным. Что за земли и люди ждали нас впереди, Проводник не знал.
Техника держалась и вообще всё было настолько хорошо, что мы боялись говорить об этом вслух.
Я так вымотался, что поставил
Спать в вездеходе довольно-таки удобно. На ряд задних сидений застилался матрац, обычный такой, тканный со сбившейся ватой. У Проводника тоже был матрац, но надувной. Он его надул, и мы увалились спать, причём достаточно рано, в десять вечера.
Среди ночи я проснулся неизвестно от чего, вскочил. Сердце стучало.
Чтобы мы не замерзли и для того, чтобы раньше нас не замёрз двигатель, он всё это время работал на холостом ходу и это мерное тарахтение очень баюкало.
Проводник бесшумно открыл глаза. Он спал, как и ехал, в лёгком комбинезоне. Сейчас он хотя и не шевелился, но вопросительно смотрел на меня.
— Не знаю, Тимур. Тревожно мне.
Лагерь стоял одной кучей и только выдвинутые на сотню метров торчали машины — моя, Киппа, Дениса и Кабыра (позади). Предполагалось, что если появятся чужаки, они обратят внимание на крайние машины. При этом нас никто в дозорные не назначал. В основном лагере было полно людей, которые спали в пути, в тех же автобусах и сейчас дежурило несколько постов. Нас было принято условно жалеть.
Я переполз на переднее сидение, тронул рацию.
— Пост-один, проверка связи.
— Пост-один, замечаний нет. А кто это?
— Дед Пыхто. Странник это, кто ещё?
— Аааа… Саныч. А ты чего не спишь? Время три часа. Через два часа ранний подъём.
— Просто проснулся.
— Что-то услышал?
— Нет, в кусты природа позвала, — соврал я. — Побегу… Метафорически, конечно, так-то какие сейчас кусты?
— Ну ладно. Услышишь что, подавай сигнал.
— Ага, в Телеграме напишу.
— Что?
— Говорю, принял, пост-один. Конец связи.
Я действительно вышел на улицу.
Небо было тёмным и даже при тотальной белизне снега, мир всё равно казался громадным тёмно-серым пятном.
Постояв там пару минут, я не услышал и не увидел ничего подозрительного. Однако следом за мной вышел Проводник.
— Интуиция, Странник, немало жизней спасла.
— Мне кажется, это паранойя, — неопределённо ответил я.
— Паранойя тоже помогает, особенно если за тобой следят.
Я хотел было возразить, что никого не вижу и не слышу, а этому делу я за полтора года выживания обучился неплохо, но не стал. Прекрасно понимаю, что и сам умею подсматривать так, чтобы меня никто не засёк.
— Я бы сказал благородно, — вздохнул Проводник. — Мол спи, я покараулю, но, врать не стану. Мне завтра понадобится много-много сил и внимательности. Поэтому — я пойду спать. Будут убивать, Странник, буди лёгким покачиванием.
— Да, Клим же тоже ничего не засёк, — неискренне ответил я. — А вообще, учту. Ни в чём нельзя в нашем мире быть уверенным.