Лайла
Шрифт:
Джона вскочил на ноги и схватил меня за трясущуюся руку.
– Что ты здесь делаешь? Уходи! – заорал он.
Он поймал мой взгляд, но возникшую связь я тут же разорвала и кивнула в сторону Брук, которая пыталась подняться, опираясь на стену.
– Лучше уведи ее. Помоги ей.
Я не хотела, чтобы фраза походила на прощальное напутствие, хотя в глубине души знала: конец близок. Если нам с Джоной суждено встретиться вновь, я вряд ли узнаю его. Скрепя сердце, я развернулась и направилась к пробоине в стене.
Джона схватил меня за руку
– Ты уйдешь с нами, – прошептал он.
Да он же боится за меня!
Я мотнула головой и спросила:
– Где он?
Джона понуро опустил плечи. Он прекрасно понимал, что без Гэбриела я не уйду, и убеждать меня в обратном – бессмысленно. Если Брук не увести, она погибнет: сил бороться у нее не осталось.
Джона выдохнул, медленно подвигал челюстью вправо-влево, но все же ответил:
– Я видел его на первом этаже.
– Чего же ты ждешь? Быстрей! – приказала я. Вампир подскочил к Брук, легко поднял ее на руки.
Прежде чем спрыгнуть с подоконника, крикнул:
– Я вернусь за тобой!
Его обещание прозвучало, когда я уже покидала комнату через пролом в стене. Сомнений не было: он сдержит его.
Едва я очутилась на лестничной площадке, как ко мне обратились сразу три пары налившихся кровью глаз: вампиры увидели желанную добычу. Без оружия, без надежды на спасение мне оставалось лишь одно – позвать Гэбриела.
«Ты нужен мне!»
Я и так была вне себя от ужаса, а под прицелом бешеных глаз вампиров адреналин и вовсе зашкаливал. Кровь вскипала в венах. Я отчаянно звала Гэбриела, а слева мелькнула быстрая тень. Длинные черные волосы коснулись моего плеча. Я забыла о вампирах. Меня заслонила она.
В этот миг троица одним прыжком взлетела на перила лестничной площадки. Я попятилась, испуганно наблюдая, как из пальцев Тени выросли острые лезвия. Она издала низкий грудной вой. На дом внезапно опустился ночной мрак, окутывая ее, оставляя видимым лишь смутный силуэт. Внизу снова что-то вспыхнуло, и в отблесках пламени я заметила, что ее руки, в этот момент взлетевшие кверху, покрыты татуировками.
Два вампира в нерешительности балансировали на перилах, а один бесстрашно бросился на меня. И когда он пролетал над Ее головой, вверх взметнулась рука. Вампир завис в десятке сантиметров над обращенным кверху лицом Тени. Она задумчиво посмотрела на него, поводила шеей из стороны в сторону, будто разминая позвонки, и ткнула его в грудь второй рукой: лезвия когтей прошли сквозь, круша кости, разрывая легкие. От истошного вопля у меня все внутри перевернулось. А Тень лишь передернула плечами и зашипела:
– Ш-ш-ш…
Я не видела ее лица, но была уверена: она улыбается.
Тень медленно извлекла почерневшее сердце вампира. Из образовавшейся дыры мощным потоком хлынула черная маслянистая жидкость, заливая все вокруг, полетели брызги. Я не верила своим глазам. Кем бы она ни была, силами она превосходила
К тому же выводу пришла и парочка, выжидавшая на перилах. С перепуганными лицами они оба собрались спасать свои шкуры, но Тень не собиралась отпускать их. Будто забавляясь, она поманила их пальцем. О нет, она не просто пришла мне на выручку: она играла и получала от происходящего неподдельное удовольствие. И когда я поняла это, мне стало еще страшнее.
Я не удержалась от крика, когда она прикончила вампиров, клыками разорвав им глотки. Даже не оглянувшись на меня, она сплюнула кровь, и пошла вниз по лестнице.
Я пошла за ней. Куда она направляется? Кто следующий попадется ей на пути? Тень пересекала холл. Языки пламени, охватившие дом, огибали Ее, а она двигалась вперед, не обращая внимания ни на огонь, ни на забивающий легкие дым.
Догнать ее мне удалось только в кухне, от которой почти ничего не осталось. Я хотела увидеть ее лицо, поговорить с ней, протянула руку и почти коснулась черного силуэта, как из сада хлынул мощный поток света, затопив все вокруг: Тень исчезла, растворившись, как облачко пара.
А я рухнула на колени на том месте, где она только что стояла. Руки и ноги поехали разъехались на кафельном полу, и я растянулась на пороге: ноги в кухне, верхняя часть тела в саду. Да еще и ладони ободрала о гравий. Свет исчез, как только ко мне вернулось восприятие реальности. Желудок скрутило.
В метре от меня, закрывая собой Анору, лежал Гэбриел. Я шевельнула губами, но сразу же оставила попытки заговорить, потому что воздух начал закручиваться и вибрировать, как вокруг ракеты, поднимающейся с космодрома.
События разворачивались как в замедленном кино, которое мне придется посмотреть, потому что отвернуться я не могу. Гэбриел поднял Анору, придерживая ее под спину, бережно убрал волосы, прилипшие к ранам на почерневшей шее. Вампирша открыла глаза, заморгала: с каждым взмахом ресниц во взгляде все явственнее сквозило желание. Она притянула его за ворот разорванной рубашки и поцеловала – длительно, нежно. Гэбриел не отстранился – их губы соединились. Время потекло быстрее, и стрелки часов в моем сознании побежали со своей обычной скоростью.
Внезапно наша связь взорвалась, словно столкнулись две бешено разогнавшиеся гоночные машины, и на доли секунды я ощутила поток любви, который исходил от Гэбриела.
Он поднял голову и заметил меня – удивленный, пораженный. Оттолкнувшись руками от пола, я встала на четвереньки, кое-как выпрямилась. Гэбриел же безуспешно пытался вырваться из объятий Аноры. Как же мне хотелось бежать прочь – из этого дома, от него.
Но прислушиваться к жалобам своего разбитого сердца мне пришлось недолго: могучая лапа вздернула меня за шиворот. Я закричала от боли: острые клыки легко вошли в шею. Как наледь на стекле автомобиля тает под струей горячей воды, так кровь в каждой моей жилке отступала перед вливавшимся ядом, который парализовал меня. Даже мысли замедлились.