Лайла
Шрифт:
– Лайла, ты сама должна решить, чего на самом деле хочешь.
Я поняла его: нужно решить, кем я хочу быть на самом деле.
Дрожащими губами я ответила:
– Единственное, чего я никогда не забывала, – твое лицо. Могу поклясться, что чувствовала тебя с самого первого дня нашей разлуки. Я связана с тобой необъяснимой, невиданной и неизбежной силой. Не знаю, кто я на самом деле, но кем бы ни была и кем бы ни хотела быть, без тебя все теряет смысл, – всхлипывая, говорила я, но слез больше не было, они иссякли.
– Лайла… –
Гэбриел крепко сжал челюсти, но в его лице не было жестокости.
Чего же я хочу на самом деле? Стать обычной? Нет. Да, я завидую обычным людям, но мне предначертано быть иной. Я не могу без Гэбриела, в этом тоже сомнений нет. И чтобы понять, почему я без него не могу, я должна осознать, кем я была и кем стала.
Воздух пах сырой землей. Моросил дождь. Рубашка Гэбриела промокла и прилипла к груди, сквозь прозрачную от воды ткань был виден мускулистый торс. Цитрусовый аромат растворялся в других запахах, но я все же улавливала его. Гэбриел растирал мне плечи, затем взял за руку. Я не сопротивлялась.
Мы сказали друг другу все, что могли. Пока этого достаточно. Теперь нам обоим необходимо выждать, успокоиться и лишь затем сделать следующий шаг.
Согревая меня теплом своего тела, Гэбриел сказал, вернее, потребовал:
– Идем. Почти стемнело.
Металлические ограда была погнута, прутья местами вырваны. Хотелось бы мне, чтобы душераздирающий визг и шипение, доносившиеся со стороны дома, мне только чудились. Но они были реальны.
Они здесь.
Глава 15
Гэбриел бросил на меня тревожный взгляд.
– Беги, Лайла! Немедленно!
Он схватил меня на руки и бросился к старому ржавому «Форду», распахнул дверь и вбросил меня на водительское сиденье. Мотор завелся, стоило Гэбриелу прикоснуться указательным пальцем к замку зажигания. Вот это фокус!
– Вперед, и не останавливайся. Уезжай как можно дальше. Телефон с собой?
– Нет, – только и смогла выговорить я, пытаясь справиться с потрясением.
Он сунул мне в руку свой мобильный и еще раз приказал уезжать, но я медлила: не могла ни подчиниться, ни возразить.
– Уезжай! Остальным нужна моя помощь, а ты уезжай!
Я поняла, что на споры уйдет драгоценное время, и кивнула. Когда Гэбриел захлопнул дверь, включила первую передачу и поехала. Хотела посмотреть на него в зеркало заднего вида, но он уже исчез. Удар по тормозам отозвался диким скрипом. Неужели Гэбриел думает, что я оставлю его и компанию вампиров на растерзание тем, кто преследует меня? Видно, плохо он меня знает.
Я переключилась на заднюю передачу и на бешеной скорости сдала назад, к воротам. Вышла из машины, набрала в грудь воздуха и подошла к развороченной решетке.
Солнце село, и месяц, висевший в небе совсем низко, провожал меня,
Кристалл на шее вспыхнул отраженным светом, который разлился по блузке и упал на кусок металла посреди бетонной дорожки. Я подхватила вырванный из ограды прут, попробовала пальцем острие – то, что надо, как будто его специально наточили.
Теперь у меня было хоть какое-то оружие. Сообразив, что Гэбриел может почувствовать мое присутствие, я снова возвела воображаемую кирпичную стену. От пронзительного визга и шипения пробирала дрожь, мне снова захотелось сделаться невидимой.
Я на цыпочках вошла в дом. Внутри раздавался звон битого стекло, разносились тяжелые и глухие звуки ударов. На подкашивающихся ногах я добралась до лестницы и спряталась под ней, в самом дальнем углу, чтобы обдумать, что делать дальше.
Никогда раньше мне не приходилось составлять план защиты от вампиров. Все пространство вокруг заполнял шум. В любой момент я могу оказаться лицом к лицу с врагом.
Вспомнилась фраза «Лучшая защита – это нападение». Я услышала ее от одного из завсегдатаев паба, где еще совсем недавно работала: тот парень был здоров, как бык, и имел в виду футбол, но других вариантов у меня не было. Собрав волю в кулак, я приготовилась выскочить из-под лестницы с прутом наперевес, но меня остановил голос Майкла. Он доносился из гостиной. Вампир был явно напуган.
– Что ты делаешь? Я же привел тебя к ней! Мы же договорились!
Все ясно. Чистокровные нашли нас благодаря Майклу. Он предал Гэбриела, предал всех нас. Вместо ответа раздались душераздирающие вопли. Это кричал Чистокровный, хозяин Майкла – Гуальтьеро по имени Элихио, который принес смерть в этот дом.
Не отдавая себе отчета, я бросилась в холл. Майкл, конечно, не заслуживал помощи, но ведь именно из-за меня он вот-вот распрощается с жизнью.
Ухватившись за дверной косяк для опоры, я замахнулась железным прутом, но метнуть его не успела: дотлевающий пепел и пыль вихрем взвились вокруг меня, будто я внезапно оказалась в жерле вулкана. Опоздала.
Времени стряхивать с себя золу, оставшуюся от сгоревшего вампира, не было. Душераздирающий крик со второго этажа заставил меня развернуться. Я взбежала по ступенькам. От удара, сотрясшего весь дом, я упала на четвереньки и снова вскочила. Открывать дверь в свою бывшую комнату не пришлось: половина стены была разворочена, как будто кто-то решил снести дом.
В углу, сжавшись в комок и закрыв лицо руками, всхлипывала Брук, а Джона вел за нее смертельный бой. Он отбросил атакующего вампира к стене, но тот снова оказался на ногах меньше чем через секунду. В следующее мгновение он подмял под себя Джону: кинжалы клыков готовы были разорвать побежденного на части.
Совершенно ни о чем не думая, я подскочила к сцепившимся вампирам и со всей силы загнала прут нападавшему под левую лопатку: кусок металла проткнул мышцы и кости, выйдя через грудь. Удар получился настолько точным, что распластанного на ковре Джону я не задела. Заверещав, вампир обернулся, но, прежде чем успел увидеть глаза убийцы, разлетелся пеплом.