Лабиринт теней
Шрифт:
— Звучит вполне разумно, — рассудил Бростек.
— А где ваш конь? — поинтересовался Варо.
— В конюшне, что на окраине города, — ответил Слэтон, указывая рукой направление.
— Тогда пойди и приведи его. Встретимся в Мэнхайре — это самое большое здание на главной улице, не ошибешься.
Слэтон кивнул.
— Там мы познакомим вас кое с кем из наших, — сказал Бростек. — А вашего коня — с Тенью. — Он ухмыльнулся. — Она отчего-то нервирует лошадей, особенно поначалу…
Слэтон взглянул на волчицу, которая как раз в этот момент сладко зевнула, выставив на всеобщее
— Ума не приложу, с чего бы это, — усмехнулся Слэтон.
Вскоре их пути разошлись.
— Ты все еще считаешь, что взять их с собой — это здравая мысль? — спросил Бростек, глядя вслед неловко шагающему Лисле.
— Время покажет, — бесстрастно ответил Варо. — А сейчас надо бы отыскать Лангеля.
Двое друзей вошли в город. Как и всегда, контраст с Тревайном был разителен, и причиной тому служила вездесущая грязь. Если в кратере тщательно следили за чистотой, то здесь, похоже, сознательно игнорировали сей вопрос. Улицы сплошь покрывал слой конского навоза, мусора и пыли. В ноздри путникам тотчас же ударил смрад гниющих отбросов, приготовляемой горожанами пищи, прокисшего пива и едкого дыма. Каждая лавочка, коих здесь было великое множество, прибавляла к этому букету свой неповторимый запах.
Домов в Мелтоне каких только не было — от прочных каменных строений до соломенных лачуг. И среди здешних жителей наблюдалась не меньшая пестрота. Зажиточные купцы, в одежде, зачастую изукрашенной золотым шитьем, важно ехали по улицам на откормленных, ухоженных конях, а нищие и оборванные ребятишки соперничали с уличными музыкантами и жонглерами в состязании за звонкие монетки, бросаемые состоятельными прохожими. Между этими двумя крайностями существовал широчайший спектр социальных слоев: кузнецы, пекари, портные, гадальщики, фермеры, мясники, ведущие оживленную торговлю с обитателями кратера, а также ремесленники и ювелиры, влекомые сюда близостью несказанных сокровищ Тревайна.
В этот час деловая жизнь городка уже бурлила вовсю, улицы заполонили людские толпы, всадники и повозки. Продавцы громко выкрикивали цену своего товара, оглушительно гавкали псы, а по узким переулкам разгуливали коты, шипеньем и гнусавыми воплями отгонявшие сородичей от своей территории. Те, кто бывал тут впервые, легко попадались на удочку местных мошенников, спешивших воспользоваться неискушенностью новичков. Однако судя по взглядам, которыми провожали Варо и Бростека здешние жители, эти двое были здесь известными персонами. Даже на Тень никто особенно не реагировал — жителей Мелтона трудно было чем-то удивить.
Постоялый двор Мэнхайр представлял собой просторное деревянное строение в форме буквы «П» с квадратным внутренним двором. В двух симметричных крыльях располагались конюшни, а в перемычке — трактир, где можно было перекусить и выпить, а также многочисленные спальни для постояльцев. Вывеска снаружи гласила: «Мэнхайр. Лучшее сено для лошадей и самые мягкие постели для их хозяев». Последнее утверждение присовокупили скорее для красного словца, а вот конюшни были тут и вправду отменные. Поскольку порой их жизнь зависела от лошадей, Бростек и Варо предпочитали
Войдя в просторный гостиничный зал, друзья увидели двоих мужчин, увлеченно сражающихся в «драконы», — то был увлекательный поединок, требующий изощренности ума и искусства доброго стратега. Игроки ловко передвигали фигуры по черным и белым клеткам доски. Третьим в зале был тот человек, кого они разыскивали, он сидел подле играющих в глубоком мягком кресле, внимательно изучая какие-то бумаги и что-то бормоча себе под нос.
— Рано вы нынче, — хмуро и озабоченно произнес Лангель.
— Мы выступаем, — спокойно сказал Варо. — Сегодня же.
— Сегодня?!
Лангель вскочил и замахал перед носом Варо своими бумагами. Его внушительная фигура излучала возмущение — казалось, он воспринял слова Варо по меньшей мере как личное оскорбление.
— Но наши припасы почти что на исходе!
— А кони в порядке? — так же спокойно поинтересовался Варо, не обращая внимания на негодование Лангеля.
— Да, но…
— Значит, мы выступаем с тем, что у нас осталось, — отрезал Варо, самим тоном своим давая понять, что дальнейшие споры бессмысленны.
Лангель уставился на Бростека, который весело ухмылялся.
— Ты справишься, Лангель, — примирительно сказал он. — Ты у нас всегда молодцом.
Лангель открыл было рот, чтобы возразить, но лишь беспомощно развел руками и сдался.
Тем временем Варо повернулся к младшему из игроков, пепельноволосому двадцатилетнему юноше, не по возрасту высокому, широкому в плечах и мускулистому.
— Поднимись и позови остальных, Росс, — велел ему Варо. — Если твой брат там, пусть тебе поможет.
— Я не знаю, где он, — ответил юноша. — Он мне никогда не говорит, где бывает. Ни мне, ни кому-либо другому. Иногда мне кажется…
— Ну, уж Кередина-то ты знаешь, где найти, — оборвал его Варо. — Пусть он тебе пособит.
— А что за переполох? — недовольно спросил Росс. — Я бы вот-вот его обыграл…
Варо пристально поглядел на доску.
— Еще четыре хода — и тебе конец, — безапелляционно заявил он. — Давай-ка поспеши!
Недоуменно посмотрев на доску, Росс взглянул в глаза сопернику, который хитро усмехался, а затем вышел, оставив последнее слово за старшими. Второй из игроков, пожилой человек с коротко подстриженными седеющими волосами и бородой, выжидательно глядел на Варо. Его испещренные старыми шрамами сильные руки были сложены поверх расшитого стальными пластинами кожаного нагрудника.
— Пошли, Бэйр, — сказал Бростек. — Попробуем растолкать мэнхайрских конюших.
— Да поглядите, не идет ли Слэтон! — крикнул им вдогонку Варо.
— Что еще за Слэтон? — спросил Лангель.
— У нас двое новеньких.
— А лошади у них есть? — поинтересовался практичный до мозга костей Лангель.
— У них один конь, — ответил Варо. — Они ездят на нем вдвоем.
Брови Лангеля изумленно поползли вверх.
— Недосуг сейчас объяснять, — сказал предводитель. — А теперь покажи мне, чем мы располагаем.