Култи
Шрифт:
— Еще мяч, пожалуйста.
Она слишком резко кивнула и бросила мяч над головой. Я остановила его полет грудью и позволила ему упасть на землю. Я отступила еще дальше и собиралась послать мяч высоко, чтобы попасть в ворота.
Дженни действительно прыгнула за ним, но мяч отлетел от ее пальцев, ему удалось пролететь мимо нее и попасть в цель. Я почти закричала от радости, почти, но потом вспомнила, что Култи рядом, и сдержалась.
— Давайте сегодня поработаем над верхней частью тела, — крикнула фитнес-тренер с края поля. Мы собирали вещи, которые лежали вокруг, и складывали их. Я не могла не думать о том, что только что
Она усмехнулась и, к счастью, воздержалась от пожимания моих пальцев.
— Я знаю.
Мы обе засмеялись.
Не знаю, почему я обернулась. То ли проверить и убедиться, что никто не подслушивает нас, или это было потому, что подсознательно почувствовала что-то, но я это сделала.
Я оглянулась через плечо и встретила этот хорошо знакомый взгляд.
Может быть, десять секунд я чувствовала себя виноватой, празднуя, не только то, что Дженни блокировала удары Рейнера Култи, но и то, что мне удалось забить там, где он не смог. Возможно, я пережила десять секунд, полных вины.
Я серьезно задумалась и решила, что у меня нет причин чувствовать себя виноватой или стыдиться. Что бы с ним ни происходило, это его дело. Не так ли? Я практиковалась и еще немного практиковалась, чтобы совершенствовать свои навыки. Но все же... как, черт возьми, он не забил ни одного гола? Что за отстой. Этот делающий ошибки мужчина — отстой.
На следующий день, ближе к концу тренировки, я снова работала над своими УП — ударами пенальти — на этот раз с одним из других вратарей в команде. Девушка была примерно моего возраста, и это был ее первый год в «Пайперс» после игры в Нью-Йорке в течение последних двух сезонов. Она была хороша, но пока не на уровне Дженни.
Но ведь в этом и есть смысл тренировки, не так ли?
Тренер вратарей стояла в стороне и наблюдала за нами, пока мы тренировались вдвоем во второй раз с начала этого сезона. Я отступила на пару шагов и зашла на удар с правой ноги, только в самую последнюю минуту, переключив ее на удар левой. Мяч попал точно в ворота, тогда тренер вышла вперед, чтобы поговорить с Пи Джей — вратарем — о том, что она могла бы сделать иначе.
— Ты заранее ждала определенный удар, — сказала она, — потому что знаешь Сал, и думаешь, что она продолжит наступать на правую ногу, но если бы ты ее не знала, то заметила бы...
Когда они продолжали говорить еще пару минут, я отошла на несколько метров и начала коленом чеканить мяч. Раньше я делала это часами, чтобы посмотреть, как долго смогу не уронить мяч при помощи любой части тела — моими коленями, грудью, головой или ногой — любой из комбинаций. И для практики, и для развлечения — это было так переплетено, что стало одним и тем же. Дождь или солнце, я могла бы делать это в гараже или на улице.
— Сал, ты можешь повторить? — спросила Пи Джей.
Я уронила мяч и кивнула ей.
— Тот же самый удар? — спросила я тренера, которая кивнула мне в ответ. Отлично. Шесть шагов назад, чтобы оживить ситуацию. Я решила снова попробовать тот же обманный маневр, думая, что она решит, что я попытаюсь ударить другой ногой, чтобы застать ее врасплох.
Он снова вошел в ворота.
Когда тренер снова подошла к Пи Джей, я обернулась посмотреть на других девушек в команде, чтобы узнать, чем они заняты. Тогда я увидела, что Култи стоит всего в четырех метрах и смотрит на меня.
Не зная, что еще мне делать, я улыбнулась ему, вероятно, это выглядело гораздо мрачнее, чем нужно. Ладно, неловко, это было совершенно неловко. Дженни закричала на заднем плане, когда одна из защитников попала в нее. Он не отвел взгляд в сторону, и я тоже. Так что...
Пи Джей стояла сбоку от ворот со своим тренером. Когда я оглянулась, Култи все еще был там. Не знаю, о чем, черт возьми, я думала и зачем сделала, когда вспомнила его недавние неудачные удары, но следующее, что помню, я пнула ему мяч. Если он и был удивлен, что я ему пасовала, на его лице это не отразилось. Когда взгляд этих мутного цвета глаз снова встретился с моим, я слегка склонила голову в направлении ворот. Немое «дерзай».
Я была не очень хорошим вратарем. Во мне не было того бесстрашия, которое требовалось, когда сверхбыстрые мячи летели мне в лицо. Я собиралась сделать попытку блокировать мяч? Черт, нет. Я не хотела, чтобы мое лицо находилось между мужчиной, который был лучшим нападающим, и воротами.
Когда я повернулась и пошла обратно к воротам, мимо меня пролетел белый объект. Он попал без особых усилий. Я не пропустила взгляд Пи Джей или тренера вратарей, когда они поняли, кто только что ударил по мячу, но не удивилась, когда ни одна из них не сказала ни слова и не попыталась подобрать мяч. Я схватила мяч, кинула его в сторону Култи, и сразу отошла, чтобы посмотреть, как он делает это снова.
Впервые за долгое время, по крайней мере, достаточно долгое в новейшей истории, он не подвел меня. Еще один мяч пронесся в жарком весенне-летнем воздухе и попал в сетку. Я не улыбнулась и не делала из этого событие — мы повторили это еще дважды. Я брала мяч и кидала ему, а Култи бил по нему.
Всего четыре раза, вот и все.
Это было… Я не знала, как это описать. «Красиво» было бы банальным. «Вызывающе теплые воспоминания» было бы странным. Нечто, что стоило увидеть лично. Этот человек, которого я сотни раз видела по телевизору, играл в нескольких шагах от меня — это определенно было нечто. Но я проделывала это тысячи раз с другими людьми и напомнила себе, что в этом нет ничего особенного, даже если это Рейнер Култи. Это напомнило мне, как я работала с детьми во время молодежных лагерей, и как они радовались, когда становились лучше. Конечно, он не улыбнулся и не поблагодарил меня за то, что я передавала ему мяч. Но я осознавала этот момент. Всего на секунду я позволила себе признаться, что это был Рейнер «Король» Култи, которому я передавала чертов мяч. А потом я посмотрела на Пи Джей и спросила, не хочет ли она продолжить тренироваться.
— Знаешь, я думала, что теперь у нас будет больше публики, — заметила Дженни со своего места рядом со мной.
Грустно оглядывая трибуны, окружающие поле, как обычно я была склонна согласиться с ней. Хотя трибуны команды колледжа были прилично заполнены, учитывая, что это был будний день, на нашей стороне было ровно тридцать человек. Всего тридцать человек.
Излишне говорить, что это не было чем-то необычным для предсезонной игры. Но учитывая, что присутствие Немца в команде должно было помочь, мы все ожидали большего.