Куклоиды
Шрифт:
— Ой, как больно, Малися ушибла ножку!!!
— Да что же это такое! У тебя что, нарушена координация? Вот смотри, сейчас я подойду к двери и все будет в порядке!
— Осторожно, Беатрисс, — остановил ее Томми, — скорее всего, Лайлы нет дома.
— А при чем тут ушибленная нога?
— Так там камень должен лежать. На пороге дома, из которого ушла хозяйка. Правило!
— Ох, я ведь не знала. А мой камень? Из-за этой, — Беатрисс ткнула в Маришу, — мы убежали…
— Это моя ошибка, но Прыщик сейчас все исправит. Хорошо, Прыщик?
— Я мигом. — И Пуся скрылся за углом, прихватив с собой Маришу.
Беатрисс
Все пространство около зала было заполнено потаскушками, а внутри под звуки громовой классической музыки — гремящие барабаны и подвывающие дудки — самозабвенно кружились куклоиды: одни по часовой стрелке, другие — против.
У самого входа по очереди старались барби. Выглядело это несколько странно — одна крутилась в центре круга на одной ноге, а остальные дружно хлопали.
— Томми, как это у них получается? На одной ноге так долго?
— Для них это просто. Шпенек и пирсинг.
— Что это? — заинтересовалась Беатрисс. — Может, мне тоже нужен этот, как его… и… ну, оба эти слова?
— Вряд ли вас это увлечет, Беатрисс. Шпенек — такая специальная торчалка. Маленькая острая штука торчит из пола. А пирсинг… ну, все барби прокалывают себе одну пятку. Там дырочка получается. Для кружения они… как бы это объяснить… они насаживаются этой дыркой на шпенек. И крутятся, пока не надоест.
— Какой кошмар! Это у них такая Вредная Привычка — пирсинг?
— Нет, это Вредная Повадка. Но кроме барби никто этим не занимается. Обратите внимание, все остальные кружатся самостоятельно, без шпенька. А для барби в каждом танцевальном зале в уголочке есть это приспособление.
Беатрисс оторвала взгляд от барби с проткнутыми пятками, чтобы получше рассмотреть общество, но в этот миг музыка стихла, а все, включая барби, перестали танцевать и сгрудились вокруг… «Боже мой, это же Лайла! Ну конечно, она. Только что с ней случилось? Платье я определенно узнала — зеленый шелк с остатками нашитых блесток, но волосы! Наверно, она заболела!»
Действительно, длинные косы, которые так хорошо помнила Беатрисс, исчезли. Виски и затылок были обриты, немногие оставшиеся на темени волосы стояли дыбом и были зелены, как молодая трава около Красного Дворца.
13
Неожиданное всеобщее внимание обрадовало Лайлу. Обрела смысл туманная фраза Майкла: «Риск — дело благородное». А всего несколько часов назад на краю канавки сразу после Перескока…
Сразу после Перескока Майкл, как и все остальные медведи-перевозчики, устроил технологический перерыв, давая отдохнуть и себе, и пассажирке, и транспортному средству. Только он собрался выступить с полагающейся по случаю вводной лекцией, как рядом приземлилась пожарная машинка. Одно название, что «пожарная», да еще цвет, который поддерживали по собственному почину Томми и Майкл. Ни цистерны, ни складных лесенок, ничего, кроме пустой платформы, давно не осталось. Сейчас на платформе высилась груда коробочек, сумочек, чемоданчиков, за которой почти полностью скрывалась пассажирка. За рулем, ясное дело, сидел Бряк. Только он из всех медведей в эту кабинку и помещался.
Майкл даже
Майкл Бряка не любил, хотя никто, кроме Томми, об этом и не догадывался. Со стороны все медведи казались дружной семьей, старались селиться рядом, и район Кукборга, где находились берлоги, так и назывался — Медвежий Угол. Бряк устроил при этом свое жилище на самой окраине Медвежьего Угла, где граница особенно колебалась и спор между районами города разгорался буквально из-за каждого сантиметра.
Бряк был самым молчаливым из жителей Кукборга и, пожалуй, самым загадочным.
Никто никогда не слышал его текста Представления, да и вообще никаких членораздельных звуков. Рот его стягивали две металлические пуговицы, пришитые грубыми стежками. Понятно было, что проделала это его бывшая сестра, возможно, из лучших побуждений. Причины более чем странного поступка никто не выяснял, Последствия были налицо.
Когда Томми два сезона тому назад обнаружил на Свалке это несчастное существо, то проникся к нему жалостью и доставил прямо на Совет Выбранных. Те укоризненно покачали головами, потрогали пуговицы и решили взять его под свое покровительство и называть Последствием Воздействия. Медведь только гугукнул в ответ. На том и остановились. Но жители Кукборга, обнаружив на улице новичка, издававшего при каждом шаге металлические звуки, быстренько прозвали его Бряком. Так появилось самое длинное имя в городе — Последствие Воздействия Бряк.
Причина неприязни Майкла к Бряку была проста, как погремушка. Майкл сильно подозревал, что Бряк, действительно не имея возможности ответить, еще на всякий случай прикидывается глуховатым.
14
Обнаружив рядом с собой пожарную машинку, ведомую Бряком, Майкл решил не читать лекцию: все равно Лайла бы мало что услышала из-за шума двигателя. Он помог ей покинуть кузов, махнул лапой в сторону Кукборга, дескать, туда поедем, и занялся профилактическим осмотром грузовичка.
Лайла же, быстро осмотрев кусок горизонта, где должен был находиться Кукборг, переключилась на пассажирку пожарной машинки.
— Привет, мое имя на Ярлыке — Лайла, у меня была сестра, я закончила среднюю группу детского сада, мой возраст два года.
В общем-то, хвастаться Лайле было особенно нечем — ни значительного возраста, ни стоящего образования, ни жизненного опыта. Поэтому она решила быть простой и общительной и этими двумя особенностями завоевать достойное место в Новой Жизни. Приступить она решила прямо сейчас, а потому продолжила:
— Эй, давай ко мне, тут из канавки чудно пахнет! Это рядом, за моим грузовиком.
— Спасибо за приглашение, но я ведь еще не произнесла Текст…
— Да ладно тебе, успеется. Пошли.
— Но я не могу.
— Ладно, произноси, только покороче.
— Ну, коротко не…
— Смелее! Мое имя на Ярлыке…
— В том-то и дело, нет у меня имени на Ярлыке.
— Не беда, значит, есть назывное имя.
— И этого нет, только Предназначение, — почти прошептала несчастная.
— Всякое бывает. — Лайла демонстрировала терпимость уже из последних сил. — Ну и чего там с твоим Предназначением?