Куклоиды
Шрифт:
— Эй, Прыщ, чего делаешь? — Высунулся из кабины небольшого грузовичка белый медведь Майкл.
— Сторожу.
— На кого сторожишь?
— На Томми.
— А… ну, тогда мы дальше поедем.
— Как это дальше? — взвизгнула барышня в кузове. — Мне здесь нравится.
— Извини, Лайла, но это — не для тебя. — Майкл славился своей вежливостью.
— Но почему, почему, ты же сам сказал: из конструктора «Лего»!
— Я сказал: из элементов конструктора «Лего». Но еще я сказал, что я, я сам отвезу
— Ну, Майкл, — заныла Лайла, — я хочу…
— Не твой калибр. И не мой. Мне с Прыщом не тягаться. Он вон какой здоровенный.
Пуся с удовольствием выслушал эту перепалку, порадовался комплименту и опять стал смотреть в начало улицы.
Тут послышалось стоголосое «ура» и около Пуси на железную дорожку выкатился длиннющий поезд. Из окошек торчали оловянные солдатики, бряцали сабельками и другим холодным оружием. А сразу после поезда — наконец-то, наконец-то — раздался рокот знакомого самосвала. Вот и Томми — привстал на сидении и помахал Прыщу мохнатой лапой.
— Насилу дождался! Чего так долго?
— Путь не близкий. И пока загрузил, пока все рассказал. А что, посягали?
— Это как? А, да, ты учил. Еще бы! Майкл пытался тут одну пристроить. Правда, обошлось без драки. — Пуся самодовольно ухмыльнулся.
— Ну, Майкл против тебя мелковат.
— Точно, он так и сказал этой, как ее… Имя, видно, на Ярлыке, мудреное такое, с языка скатывается, не удержать. О! Лайла ее имя.
— Неужели Лайла? — Беатрисс проявила признаки волнения. — А как она была одета?
— Одета была она как-то. — Прыщ недоуменно уставился на даму в кузове.
— Но как, как, это же очень важно, голубчик, вспоминайте. — Беатрисс кокетливо расправила юбку. — И какая у нее прическа? Локоны, косы или стрижка?
— Беатрисс, если это важно, я сегодня же увижусь с Майклом и узнаю, где дом этой Лайлы, вы встретитесь с ней и всё выясните. — Томми не любил, когда посторонние наседали на Прыща, и всегда выручал его из подобных передряг, потому что знал — вздорные вопросы могут вызвать силовые ответы верного друга. — Нет проблем, — успокаивающе сказал Томми и выпрыгнул из кабины.
— Ах, конечно важно! Я была знакома с одной Лайлой в той жизни. Она приходила к нам в гости со своей сестрой. Несколько вульгарная особа — слишком много румян, но хоть из приличной семьи. Надо же мне с кем-нибудь общаться!
8
Томми только печально улыбнулся, но говорить больше было некогда. Он нажал на кнопку, кузов стал подниматься, а Беатрисс мягко соскользнула на… В общем, она плюхнулась на Маришу. На этот раз Мариша заорала так, что перекричала всех вместе взятых оловянных солдатиков.
— С этим надо что-то делать, так жить нельзя. — Томми вытянул Маришу из-под Беатрисс и погладил крошку по голове. — Я понимаю,
— Ну, ей это не угрожает, она же резиновая, восстановится, — надула губки Беатрисс.
— Допустим, вы правы, но она каждый раз ужасно орет, у вас могут быть неприятности с Выбранными.
— Значит, я буду ее очень сильно воспитывать, чтобы не орала.
— Как это «сильно воспитывать»? — спросил Томми, Пуся наклонился пониже, чтобы услышать ответ, а Мариша изо всех сил вцепилась в медвежью шкуру.
— Ну как… придумаю что-нибудь, я же педагог! Например, залеплю ей пищалку чем-нибудь. Может, старую жвачку найду.
— Это еще ничего, попробую подыскать, — и, повернувшись к Пусе, Томми нежно добавил: — Пора представиться, Прыщик.
— Мое имя отсутствует, но я — пупс. Сестер и братьев не имел, подготовительную жизнь не вел, возраст не определен. Я — производственный дефект. — И Пуся чуть склонил голову, как его научил Томми. — Но за неимением имени получил названия в Настоящей Жизни. Я отзываюсь на Пусю (потому что пупс), на Прыща (потому что дефект), на Громилу (за размер).
— Так бывает? — прежде чем произнести свой текст Представления, спросила Беатрисс у Томми, а получив молчаливый ответ, блестяще, с красивыми интонациями и плавными жестами произнесла: — Мое имя на Ярлыке — Беатрисс…
— Спасибо за оказанную честь, — церемонно произнес Пуся, чем окончательно завоевал расположение Беатрисс.
— А можно, я вас буду называть Кинкон?
— Это как? — Прыщ явно нуждался в объяснении.
— Ну-у-у, так мои бывшие сестры называли все очень, очень большое и подвижное. Как только видели такое, сразу кричали: «Кинкон, Кинкон».
— Вот оно что! А это крупнее Громилы?
— Во много раз! — сказала Беатрисс.
— Не сомневайся! — подтвердил Томми. — Я слышал что-то похожее, вроде Кинг-Конга. Но, может быть, я ошибаюсь.
Пуся несколько раз, как бы примериваясь, произнес «Кинкон, Кинга-Конга…» и сообщил собравшимся, что, пожалуй, Кинкон ему нравится больше.
— Ну что ж, пора входить в дом, — пригласил было Томми, но тут же завопила Мариша.
— А Малищя, забыли Малищу, хочу текст Представления, не хочу сразу в дом!!!
— Опять ты орешь! Немедленно прекрати, а то как дам!!! Забудешь свой дурацкий текст! — закричала Беатрисс.
— Вы знаете, Беатрисс, — голос Томми звучал так проникновенно, что Беатрисс сразу улыбнулась, — Мариша права. Мы все время о ней забываем. От этого она очень немелодично ревет. А текст Представления она просто обязана произнести. Правила!
— Мое назывное имя — Малищя, у меня была сестра. Простой возраст — один год и два месяца, — воспользовалась паузой Мариша. — И мне, и мне дом!!!