Куклоиды
Шрифт:
— Томик, давай отойдем в сторонку, а то тут такой шум. — И она махнула в сторону визжащих близнецов и ни в чем не уступающей им Марише.
Когда они удалились на подходящее расстояние, Лайла перешла к делу:
— Надеюсь, Томик, что этот разговор останется между нами и никто — ни твоя Бетка, ни пискля Манька, ни даже твой Прыщ — никто ничего не узнает. И, уж конечно, ты не разболтаешь об этом дорогому Пиночку.
— Вы можете доверять мне, уважаемая Лайла.
— Ну вот, ты мне объясни, только покороче, без этих твоих… ладно, не знаю
— Видите ли, уважаемая Лайла, — приступил Томми, но был прерван.
— Я же просила без этих.
— Приношу свои извинения. Значит, так. Слово «посредник» означает куклоида, оказывающего услуги в переговорах между сторонами, но…
— Понятненько, а Королевский Посредник — все, что ты сказал, но для дорогого Пиночка.
— …но это еще не всё.
— Чегой-то?
— Есть один нюанс. Вполне возможно, это только мое предположение, но все-таки… В слове «посредник» есть некий намек на название дня недели. В таком случае ваша должность существует только по средам.
— А сегодня какой день? — удрученно спросила Лайла.
— В Кукборге не существуют дни недели. Просто дни.
— Ага! — приободрилась Лайла. — Вечно ты все усложняешь. С тобой невозможно разговаривать. Ну а пособник? Мне это название даже больше нравится. Оно величественнее.
— Я вам не советую, Лайла. Слово, конечно, более гладкое, но его смысл… как бы это помягче сказать… да, пособник — это примерно то же, что и посредник, но это плохо. Быть пособником не стоит, потому что подразумеваются плохие цели.
— А что я говорила тебе только что? Ты и сам уже не понимаешь, что городишь. Ну, откуда у Пинка плохие цели? Он же король.
Она осуждающе посмотрела на Томми и, не попрощавшись, отправилась в город исполнять Королевское Задание.
36
А Томми остался в задумчивости и тишине. Конечно, Лайла права. Хоть и без образования, а ее ум от завода-производителя вызывает восхищение. Томми довольно часто ругал себя за искусственные сложности, которыми обильно оснащал свою жизнь. Он пытался бороться с этим недостатком, но даже короткий раунд такого противоборства приводил к приступу уныния, Томми махал лапой на свою затею и снова давал себе слово быть проще и ближе к населению. Сейчас он к своему традиционному обещанию присоединил маленькое напоминание: быть поосторожней с Лайлой.
«Однако как приятно, что Беатрисс отличается от Королевского Пособника по всем показателям. Это же надо, самой захотеть называться Пособником! Святая простота! А Беатрисс так мила, нежна и весьма далека от придворных интриг. Кстати, пора вести ее в город, у нас громадная программа на вечер».
На Беатрисс он наткнулся, не дойдя до берега Просто Лужи. Томми это, естественно, растрогало:
— Вы скучали без меня, дорогая Беатрисс? Извините за задержку.
Но Беатрисс было не до нежностей. Любопытство одолевало ее, любопытство и зависть, тяжелая, как целый отряд оловянных солдатиков.
— Томми,
— Лайла умна. — Томми пока держал данное себе обещание и пытался не усложнять. — Пинок оценил ее предложение.
— Лайла, значит, умна, а я, выходит, нет.
— О, у вас непревзойденный ум, Беатрисс, и красота тоже. Но Пинок — куклоид конкретный. Предложение Лайлы он счел соблазнительным.
— Чем же она его соблазнила? Небось, Клавду решила использовать?
— Я же говорил, что вы чрезвычайно умны и догадливы. Именно Клавду.
— Вот поганка! Но везучая. Ей Клавда попалась, а мне пискля резиновая. Никакого от нее толка.
— А тазик? — решил пошутить Томми.
— А страдания педагога? Разве тазик, такой крошечный, может быть достойным вознаграждением?
— Ну, не печальтесь, Беатрисс, я обещал вам поход в Зоопарк, если не передумали, то я готов сопроводить.
— А там интересно? — Беатрисс, как и все куклоиды, быстро отвлекалась от проблем, особенно если речь шла о развлечениях.
— О Зоопарке — только хорошее. Я думаю, что это лучший зоопарк, доступный куклоидам. Я, правда, никогда не бывал в других. Но ведь и вы тоже других не посещали?
— Разумеется, нет. Но с разными животными в прошлой жизни общалась — с зайцами, с собаками, ну, с медведями… ой…
— Ничего, ничего, я не обижаюсь, привык. Тем более что я действительно животное.
— Это ужасно, Томми, у вас же имя вышито гладью! Какая несправедливость!
— Справедливость… — Томми опять мысленно вернулся к заданию, полученному от Пинка, но нашел в себе силы продолжить: — У меня же есть профессия… А что до имен, так у нас в Зоопарке содержатся только именитые.
— С вышитыми именами? — голос Беатрисс затрепетал от почтения.
— Почему же, есть и с именами на ярлыках, как у вас.
— Какое счастье, что я не животное. Я бы не хотела провести Настоящую Жизнь в клетке.
— Ну что вы, какие же там клетки? Там просто территория, на которой живут животные. Остальные куклоиды там могут только прогуливаться.
— Как же без клеток? Это же опасно. Я видела картинки в книгах у бывших сестер. Там в одной клетке нарисованы были тигры, в другой — зайцы…
— Нет-нет, все на свободе. Даже зайцы. Они, конечно, громадные, но совершенно безобидные.
— А если прыгнет вдруг?
— Бывает, что и прыгнет, но редко, очень уж обленились.
Под этот неспешный разговор они дошли до ворот Зоопарка.
37
К дому было не протолкнуться. Ничего подобного Лайла не ожидала. Очередь из Карлсонов — это бы еще туда-сюда. Им было приказано явиться. Но толпа других куклоидов и усиленный отряд барби, гомонящих и суетливо пытающихся продвинуться поближе к двери, приятно поразили Лайлу. Гордая новой должностью, она жаждала общественного признания.