Куда заводит страсть

Клейпас Лиза

Ей нравилась его грубость, она принимала ее с радостью, сила и терпкая мужественность его поведения утоляли страсть ее проснувшейся, возбужденной, ждущей плоти.

Он поднял голову, отстранившись от ее губ, и Розали с удивлением услышала слабый звук собственного голоса. "Не останавливайся", – казалось, молила она и тут же снова почувствовала жар его губ, мягко скользнувших по ее нежной шее.

Она вновь ощутила, как резко и сладострастно напряглось его тело, и содрогнулась, поняв, что ждала этого.

– Рози, – проговорил он

хриплым голосом, лаская ее хрупкое тело. – С каждым днем я все больше хочу тебя. Я пытался забыть, что испытывал, держа тебя в своих объятиях.., но не смог. Ты – моя. Я не хочу больше ждать ни одного дня.

В ответ она еще сильнее прижалась к нему.

– Ты сказал мне, что.., это может быть не так, как тогда, – задыхающимся шепотом проговорила Розали. – Можешь ты мне доказать это?

Рэнд смотрел на нее, глаза его потемнели до бархатисто-золотого цвета.

– Да, это будет иначе, – хрипло произнес он, осторожно проводя пальцами по ее подбородку и вновь целуя плечи и шею Розали. Он остановился на мгновение, как бы стараясь обрести хладнокровие. Он так легко мог поддаться потоку своих собственных чувств, но ему хотелось, чтобы и Розали охватило такое же неудержимое желание, а для этого требовалось время, Рэнд осторожно освободил ее волосы, и поток атласных локонов тяжелой волной упал ей на плечи. Она была "самой красивой женщиной из всех, которых он когда-либо видел, олицетворяя собой все, о чем он только мечтал, но при этом была здесь, в его объятиях. Он чувствовал ее волнение, но заставлял себя не торопиться.

Рукава ее платья были наполовину спущены с плеч, и он, высвободив ей руки, снял его совсем. Розали не сопротивлялась, словно во сне ощущая лишь бесконечное томление и подчиняясь его воле. Легкая дрожь от чуть прохладного ночного воздуха пробежала по ее полуобнаженному телу.

Взяв в ладони ее грудь, он нежно погладил мягкий сосок, пока тот не стал упругим и твердым.

– Любовь моя, молчи, – прошептал Рэнд, прикасаясь к ней. – Ты великолепна…

Розали склонилась к нему со смущением и любовью, руки ее ласкали холодный шелк его волос.

– Рэнд, – простонала она, не замечая соскользнувшей сорочки.

Рэнд бережно поднял ее, нагую, и положил на кровать.

Тело Розали с гладкой шелковистой кожей было легким и податливым.

– Пожалуйста, иди ко мне, – промолвила она прерывистым голосом, не помня и не понимая ничего, чувствуя лишь этот пылающий в ней огонь, который только Рэнд в состоянии был погасить. – Пожалуйста…

Рэнд понял, что уже не сможет остановиться. Нетерпеливо сбросив с себя одежду, он сдернул с кровати покрывало.

Она подняла руки и обняла его. Пальцы ее осторожно касались его сильных мускулов, опаленных солнцем смуглых плеч, мужественной груди.; , – Рэнд? – слабым голосом спросила Розали. – Ты чувствуешь волнение, словно все это происходит с тобой впервые?

Он улыбнулся в ответ.

– Да, любовь моя, с тобой все как в самый первый раз.

Он прильнул губами к ее груди, и сладострастный

стон вырвался из уст Розали. Она выгнулась и задрожала, обнимая Рэнда и с наслаждением принимая его ласки.

– Рэнд, о!.. Я словно… – прошептала она, пытаясь найти слова, чтобы описать свой невероятный восторг.

Горячая волна нахлынула и закружила ее, как вечная река, и Розали утихла в объятиях Рэнда, касаясь губами его губ, ища в поцелуе еще более острого и полного наслаждения.

Она слышала неразборчивый шепот Рэнда, обрывки фраз, одобрение, просьбы, похвалы, желания. Розали слепо подчинялась ему, желая угодить любой его прихоти, лишь бы не кончалась эта ночь, не разнимались спасительные объятия.

Разве могла она представить, что найдет в лице своего бывшего обидчика нежного и настойчивого любовника и друга. Он был ее сном, мечтой, золотым видением, которое может исчезнуть с наступлением утра.

Он ответил на ее шепот полуулыбкой и медленными томительными поцелуями, заставляя погрузиться в мир слепых, неясных ощущений.

Руки Рэнда коснулись ее живота, он ловил губами ее дрожащее дыхание, стараясь определить, какая ласка ей нравится больше. Тело ее вздрогнуло в ответ на незнакомое вторжение, но вот его чувственное касание чуть изменилось, и вся она задрожала в нестерпимом напряжении.

– Я теряю сознание, – прошептала она, но Рэнд не останавливался.

Ее охватила агония крайнего возбуждения.

– Тебе больно? – спросил Рэнд, но руки Розали обвились вокруг его шеи.

– Нет, – простонала она, понимая, что Рэнд был теперь частью ее самой. Они слились и стали каким-то новым существом, творением Божьим, которое погибнет, если его вновь разделить на две части.

Она на мгновение замерла, и внезапно внутри нее лопнула нежная, но тугая струна, и острое наслаждение разлилось по ее телу.

Розали затаила дыхание, беспомощно погруженная в волны чувственности, в яркий головокружительный вихрь ощущений, которые когда-то она не могла себе даже представить.

Они с неохотой оторвались друг от друга, хотя их ноги были еще переплетены. Сквозь густые ресницы Рэнд посмотрел на Розали. Впервые то, что казалось ему когда-то слишком знакомым и даже обыденным, вызвало в нем такую бурю эмоций.

Для мужчин его круга женское тело было легкодоступным товаром, а к плотской любви они относились как к легкомысленному развлечению, простому совокуплению, не затрагивающему глубинных душевных чувств.

Какую же тайну, какую магию заключала в себе Розали, превращая все это в нечто совершенно ему неведомое?

От того ли, что он так долго ждал ее любви? Или виновата ее девственность? А может, это было лишь совпадением места и времени, случайным стечением обстоятельств?

Розали была по-своему удивлена случившимся. "Он имеет надо мной большую власть, чем я могла предположить", – думала она. Две слезы появились у нее на ресницах, и Рэнд молча осушил их, касаясь губами шелковистой кожи тонких век.