Куда идем мы… 2

Нестеров Вадим

– Вона оно как, значится, – в пространство перед собой произнес он. – Ураганом, значится, унесло. Сергеич, сколько у нас народу по этому делу пошло?

– Двадцать семь человек, – отозвался неприметный лысоватый мужчина. – И еще шестеро до сих пор на принудительных работах чалятся.

– Двадцать семь, значится… – вздохнул мэр. – Эх, жизнь моя грешная, прости меня, Господи. Сергеич, ты этих шестерых везучих освободи, и дай им там что-нибудь в компенсацию. Пусть идут, отпускаю я их. А ты, монах, за двадцать семь невезучих рабов божьих помолись, а имена их…

Он задумался, но ненадолго.

– А

имена их Господь сам ведает. Вот, держи. Тебе на молебен ну и вообще за все.

Он снял с пальца и положил перед Четвертым перстень с печаткой желтого металла.

Однако монах даже не пошевелился.

– Мне запрещено брать в качестве платы что-нибудь, кроме еды и необходимой одежды. А сейчас из одежды у меня все есть.

– Как знаешь… – пожал плечами мэр, цапнул «гайку» и водрузил ее обратно на палец. – Хорошо, еда так еда. Тогда жду вечером здесь же, в банкетном зале. За ужином все и расскажешь подробно. Ты один? Хотя стоп. Глупый вопрос. Ты, понятно, не один. Сколько вас?

– Трое, плюс боевой лось – честно ответил Четвертый.

– Лося на конюшне покормят, – отмахнулся градоначальник. – А товарищей что с собой не взял?

– Они демоны, хоть и монахи. – признался Четвертый. – Многие в городах не любят демонов и не везде их пускают. В мэрию так точно не всегда.

– Всякое бывает, это правда, – солидно подтвердил глава городских чиновниковпапа. – В мэрии им и правда делать нечего, но в целом, я не расист. У меня даже приятели-демоны есть. На банкет все втроем приходите. А пока прошу извинить – дела. Хотите – отдыхайте, а хотите – ребята вам город покажут.

– Ой как хорошо! – обрадовался монах. – А то у Папки Паганеля про Читу практически ничего нет.

– У кого? – нахмурился мэр. – Чего там в Чите нет?

– Да нет, ничего, не обращайте внимания! – покраснел Четвертый. – Я говорю – экскурсия это здорово.

– Ну а как же! – подтвердил градоначальник. – Конечно здорово! У нас город замечательный, основан в одна тыща шестьсот пятьдесят третьем году этим… Как его? Неважно, в общем. Андрюша, распорядись насчет экскурсии. Этого… Краеведа блаженного подключи.

– Сделаем, – лаконично подтвердил молодой человек пройдошистого вида.

– Вот и хорошо! – резюмировал градоначальник и уткнулся в бумаги, давая понять, что аудиенция закончена.

– Пойдемте, – сказал Андрюша и, взяв Четвертого под локоть, повел к выходу. Все остальные, однако, остались в кабинете.

Едва дверь за монахом закрылась, мэр поднял голову и обвел всех присутствующих донельзя тяжелым взглядом. Самые слабонервные чиновники сделали попытку спрятаться за спинами других.

– Вы чё, нота ля? Совсем уже оборзели, нота фа?! – роняя тяжелые слова, громко поинтересовался градоначальник. – Вы мне – мне!!! – фуфло скормили?! И про кого?! Про дочь родную! Нота ля, да вы все покойники!

Он повернулся к неприметной двери за своей спиной и гаркнул:

– Охрана! Зондер-команду сюда. И этих… Уборщиков еще подгоните, кровь замыть.

Мертвую тишину, стоящую в кабине, нарушили звуки ручейка, весело бегущего вниз с горы. У кого-то сдали нервы.

– Шеф, – сказал наконец кто-то смелый. – Шеф, давайте не будем пороть горячку. Я в те годы вообще еще не работал

в мэрии, и таких здесь больше половины.

– Хорошо, – с подозрительной легкостью согласился градоначальник. – Тогда ставлю задачу. Необходимо собрать армию, повести войска, разбить демонов, выловить волшебника, освободить мою дочь, а зятька посадить на кол. Кто возьмется?

Молчание было ему ответом.

– Не понял?! – прорычал мэр.

Чиновники молчали, отводя глаза.

– Теперь понял, – кивнул мэр, и вновь застучал в ту же самую дверь. – Эй, вы, там! Плаху, палача и рюмку водки. И где там костоломы, я не понял? Они по-пластунски ползут?

– Шеф, – вновь сказал все тот же смельчак. – Я понимаю ваше горе, более того – я вам искренне сочувствую. Но снова призываю вас – давайте не будем пороть горячку. Мы все наслышаны о демоне, засевшем в бывшем монастыре. Желтый плащ, если не ошибаюсь. Наши аналитики еще пять лет назад справку делали с однозначным выводом – Читу спасает только то, что его база довольно далеко от города. В Чите много солдат, но в Чите нет магов сопоставимого с ним уровня. А вы же понимаете, что для хая низкоуровневые – трава, которую он просто выкосит. Ну засунем мы свой инстинкт самосохранения в укромное место, ну соберем мы сейчас войско, ну пойдем на него. Ну и что мы получим в итоге? А я вам скажу – в итоге мы получим войско в минус, а в плюс – разозленного до последней степени вашего зятя, который явится в город карать и миловать. Оно нам надо – такое счастье?

– Ну а ты что предлагаешь? – мрачно буркнул мэр.

– То же, что и сказал – во-первых, не пороть горячку. Во-вторых, подготовится. Все знают – хая выбивают хаем. Найдем в соседних локациях сопоставимого по силам мага, наймем его. Да, это обойдется не дешево, но всяко дешевле, чем положить под стенами монастыря всех наших солдат забесплатно. На встречу с хаем надо приходить подготовленным.

– Понятно, – еще более мрачно сказал мэр и опять обвел всех тяжелым взглядом. – Все так думают? Может, у кого другие предложения есть?

– У меня есть! – неожиданно раздался детский голос.

Все головы в зале, включая мэрскую, повернулись в сторону говорившего.

В центре воззрений оказался наш старый знакомый – юный мелкий чиновник, принимавший Четвертого в мэрии.

– Я тебя внимательно слушаю, как там тебя…

– Эразм.

– Родители у тебя были жестокие люди. Излагай свое предложение, Оргазм, я весь внимание.

– Ваше сиятельство, я у монашка подорожную отмечал. Он с Владивостока идет. Сами понимаете, со своим четвертым уровнем в одиночку он бы дошел только до первого демона. Это значит что? Это значит, что его спутники-демоны – хаи, причем хаи не из последних. Это раз. Если он письмо у вашей дочки взял – значит, они у этого Желтого плаща уже были. Причем пришли, побыли, ушли и ушли живыми и здоровыми. То есть – они как минимум не слабее его, раз он их не сожрал. Это два. Они уже здесь, ни в какую соседнюю локацию бегать не надо и искать никого тоже не требуется. Это три. Наконец, они монахи, а это позволяет надеяться, что цену они ломить не будут. Вон как их старший нос морщил: «Монахам разрешено брать только еду и одежду…». Глядишь, и по дешевке сторгуемся. Это четыре.