Крылья мрака

Гир Тильда

Бездарью, неспособной изготовлять драгоценные украшения и отправленной за это на огороды, оказалась симпатичная пухленькая сурта, совсем молоденькая с виду. Ее серовато-рыжая шерстка казалась совсем шелковой, круглые щечки румянились, как абрикосы, руки были на удивление маленькими, а коготки на них, несмотря на работу с растениями, выглядели очень ухоженными. Светлые зеленовато-серые глаза бездарной сурты были большими, умными и спокойными. Юбка-брюки цвета зелени позднего лета держалась на тисненом кожаном пояске — темно-коричневом, с элегантной золотой пряжкой.

В дальнем конце долины путешественники заметили небольшой шалаш,

сложенный из прутьев и листьев, а рядом с ним — стойку с лопатами, граблями, тяпками и прочим инструментом, необходимым для огородных работ. За шалашом небольшой участок был отведен под какой-то гигантский злак. Его толстые стебли поросли длинным желтым пухом, огромные колосья топорщились длинными колючими «усами». Высокие, двухметровые растения были высажены довольно редко — расстояние между ними превышало полтора метра.

Путешественники издали окликнули девушку, чтобы не напугать ее внезапным появлением, — она ведь в своей защитной шляпке не слышала ментальных голосов и не могла заметить приближения чужаков.

Сурта выпрямилась, поставила лейку в междурядье, сдвинула на затылок «корзинку» и улыбнулась.

— Здравствуйте, чужестранцы. Хотите свежих ягод?

— Не откажемся, спасибо, — ответил за обоих брат Лэльдо и добавил: — Даму зовут Лэса, меня — Лэльдо.

— Я знаю, — еще шире улыбнулась девушка. — Про вас уже все знают. А я — Бенет. Идемте вон туда, — и она махнула когтистой рукой, указывая на шалаш.

Эливенер и кошка пошли за Бенет, осторожно пробираясь по узким полосам земли, не занятой полезными растениями. И молодой эливенер, знаток трав и искусства врачевания, и степная знахарка иир'ова с интересом присматривались ко всему, что росло в уютной долине. И видели, кроме простых овощей, множество совершенно незнакомых им растений. И каждое из них не только было съедобным, но и обладало целебной силой — это оба путешественника ощутили сразу. Тут они ошибиться не могли, слишком велик был у них опыт в подобных делах. Похоже было на то, что Бенет не просто выращивала капусту и приправы для украшения обеденного стола суртов.

Бенет, сняв металлическую шляпу, нырнула в шалаш и через минуту появилась, держа в руках большую плоскую корзину — на этот раз настоящую, сплетенную из тонких прутьев. Корзину доверху заполняли душистые ярко-розовые ягоды, по форме и цвету похожие на лесную круглую клубнику, растущую на севере американского континента, но раза в два крупнее и с совершенно другим ароматом.

— Там, за шалашом, можно посидеть, — сказала девушка.

Они обошли хилое строение, и позади него, на круглой зеленой лужайке, сплошь усыпанной крохотными белыми цветами, увидели деревянный стол и четыре табурета.

Лэса и эливенер уселись напротив Бенет и принялись лакомиться ягодами, не спеша начинать разговор. Девушка тоже помалкивала, присматриваясь к чужакам. И вдруг иир'ова ощутила…

— Эй! — мысленно вскрикнула кошка. — Ты что делаешь, хулиганка?!

Лэльдо поспешил вмешаться:

— Лэса, не ругайся! Бенет, заглядывать в чужие мысли без разрешения — нехорошо.

Бенет смутилась.

— Извините… я не думала… я нечаянно, честное слово! Я не хотела! Просто… ну, понимаешь, — она виновато глянула на кошку, — понимаешь, я смотрела на тебя и думала: как бы мне хотелось быть такой же, как ты, высокой, красивой, большеглазой! И умной. И как-то получилось… Я не нарочно!

Но

иир'ова давно остыла и только посмеивалась, слушая сбивчивую речь девушки. Она и сама уже поняла, что вторжение в ее мысли было ненамеренным. Ум молоденькой сурты представлял для опытной телепатки раскрытую книгу. Лэса, конечно же, не собиралась докладывать Бенет о том, что они с братом Лэльдо сами без лишних церемоний заглядывают в мысли суртов, нарушая все этические законы своей родины. Но заглядывать-то нужно умеючи, так, чтобы тебя не поймали на таком неблаговидном деле…

— Ладно, ладно, — передала она наконец. — Забыли. Просто я не ожидала от тебя такой прыти. Твои сородичи, как мне показалось, не слишком сильны в технике ментального общения.

— Это верно, — с легким оттенком горечи в голосе сказала Бенет. — У нас, суртов, разум — заложник желудка. А ментальное общение требует усилий… ну, по крайней мере, поначалу, когда приобретаешь основные навыки.

— Что-то незаметно, чтобы тебя это остановило, — сказал брат Лэльдо.

— А может, у тебя просто желудка нет? — пошутила иир'ова.

Бенет фыркнула и едва не подавилась ягодкой. Ее блестящие зеленовато-серые глаза весело сверкнули.

— Я ведь бездарь, — пояснила она. — Я не умею делать то, что должна уметь любая женщина нашего народа. Вот и занимаюсь от скуки, чем придется.

— Например, учишься на досуге подслушивать чужие мысли, — расхохоталась кошка. — Знаешь, дорогая детка, даже самые даровитые телепаты на нашем континенте все-таки нуждаются в руководстве, чтобы освоить это дело.

— Правда? — удивилась Бенет. — А мне казалось, это так просто! Сосредотачиваешься — и видишь… нет, словами не объяснить.

— А ты покажи нам действием, — предложил эливенер. — Мы увидим и поймем.

— Ну… — Бенет перешла на мысленную речь. — Я делаю вот так… потом так…

Лэса громко ахнула, не в силах скрыть изумление. Молоденькая сурта самостоятельно разработала абсолютно новую методику ментального подслушивания. Она шла не от слова и логического строя поверхностной мысли, как это делали путешественники, а от подсознательного образа — то есть проникала в чужой ум на порядок глубже…

— Вот это да! — поддержал кошку брат Лэльдо. — В жизни такого не видел! Боюсь, нам понадобится немало времени, чтобы хорошенько освоить твой способ, Бенет.

— А разве вы делаете не так? — простодушно удивилась девушка. — Я заметила, что вы послушали мои мысли, когда вышли в долину, ну, это понятно, — вы пленники, вы на тропе войны… но я думала, вы пользуетесь такой же техникой.

Эливенер и иир'ова смущенно переглянулись. Ну, поделом им обоим. Они-то поначалу смотрели на девушку свысока, считая ее необразованным, примитивным человеком… вот и получили по заслугам.

— Спасибо за науку, — искренне сказал эливенер, и он имел в виду не только науку ментального подслушивания. Лэса поняла его и добавила:

— Вот уж действительно — век живи, век учись!

— А вы зачем ко мне пришли? — спросила Бенет, чувствовавшая себя неловко из-за похвал чужеземцев. — Огород посмотреть?