Круг
Шрифт:
По правую руку от них виднеется большое раздаточное окно, через которое ученикам выдают еду. Слабый свет из столовой падает через это окно, поблескивая на длинных столах из нержавеющей стали и на кафельных стенах. Пластиковые баки разных цветов стоят около посудомоечной машины. Пахнет средством для мытья посуды, кухонным чадом, водяным паром и металлом.
Анна-Карин ползет по полу на четвереньках. Слева от раздаточного окна находится пара распашных дверей, ведущих в столовую. Линнея где-то там, за ними.
Анна-Карин останавливается возле
Обернувшись, Анна-Карин смотрит на Мину и Иду, сидящих, сжавшись в комок, на полу позади нее. Они кивают Анне-Карин. Пора начинать.
Анна-Карин жмурится. Концентрируется.
И осторожно отпускает на волю свою силу, боясь, что вот сейчас эта сила хлынет рекой и затопит ее. Но сила начинает сочиться тоненькой струйкой.
И быстро иссякает.
Никогда раньше Анна-Карин не испытывала ничего подобного. По сравнению с тем мощным потоком, который раньше жил внутри нее, сейчас ее сила казалась лишь слабым ручейком.
Анне-Карин становится страшно.
На своей кухне она еще могла потягаться с Максом, но теперь они находятся на его территории.
«Школа – это прибежище зла».
Выйдя в столовую, Ванесса останавливается и осматривается.
Перевернутые стулья отдыхают на столах ножками вверх. Свет горит только в боковой комнате, где любят сидеть самые крутых школьники.
«Тук-тук-тук» – бьется сердце в ответ на каждый ее шаг.
Подойдя ближе, Ванесса слышит голос, говорящий быстро и тихо. Сначала она думает, что это голос Линнеи, но потом понимает, что говорит какой-то парень.
Голос молодой. Моложе, чем у Макса.
Что-то тут не так.
Ванесса вжимается в стену и крадется дальше, плотно прижавшись к стене спиной. Она не хочет рисковать понапрасну. Никогда раньше она так не сомневалась в своей силе, не боялась, что она вдруг иссякнет.
– Пожалуйста, – говорит незнакомый голос. – Расскажи. Поверь мне, я не хочу этого делать.
Сердце Ванессы колотится еще сильнее. Она почти достигла входа в боковую комнату. Опустившись на колени, она проползает последние метры. Воздух заряжен магией. Ванесса находится в ее силовом поле, приближаясь к самому центру. Чтобы продолжать оставаться невидимой, ей требуется все больше энергии.
Вот Ванесса выглядывает из-за угла, смотрит в комнату.
Столы сдвинуты так, что в середине комнаты образовалось свободное пространство.
Линнея сидит на стуле. Ее щиколотки примотаны изоляционной лентой к ножкам стула. Руки, судя по всему, связаны за спиной. По лицу растеклась косметика, взгляд потухший, безнадежный.
– Пожалей себя, – говорит сидящий перед Линнеей на корточках юноша в черной толстовке с капюшоном. – Просто скажи, кто остальные.
Ванесса не видит его лица. Но она уверена, что это не Макс.
Линнея крепко зажмуривает глаза. Тихо вскрикивает.
Ванесса.
Голос Линнеи
Это борьба со смертью. Посторонние силы пытаются прорваться в сознание Линнеи, но она противостоит им, как только может. Она очень сильная. Чужое давление растет, но Линнея не сдается. Однако ее силы на исходе. Она долго не продержится, Ванесса остро чувствует это.
Тут юноша поднимается на ноги. И поворачивается к Ванессе лицом.
Это Элиас.
От неожиданности Ванесса чуть не теряет контроль над своей невидимостью.
Потому что перед ней стоит самый настоящий Элиас. Живой.
– Помнишь, как мы любили тусоваться у шлюзов? – обращается он к Линнее самым задушевным голосом. – Мы сидели там, курили и разговаривали. И ты сказала, что если бы я упал, ты бы прыгнула следом. Помнишь?
– Ты не можешь… не можешь знать этого, – всхлипывает Линнея.
– Ты рассказала маме с папой, что я тогда хотел утопиться. Ты настояла, чтобы меня отправили в психушку. Сначала я ненавидел тебя за это, но потом понял, что ты поступила так из любви ко мне. Я знаю, ты любишь меня, Линнея. Я твой брат. А ты моя сестра во всем, только что не по крови.
– Перестань, – скулит Линнея.
– Посмотри на меня, – говорит Элиас мягко и устремляет на нее взгляд.
Веки Линнеи вздрагивают, глаза открываются.
– Я знаю, что ты не Элиас.
Ванесса видит на столе пистолет. Раньше она была против того, чтобы убивать Макса, но сейчас для спасения жизни Линнеи выстрелила бы, не раздумывая.
– Не важно, кто я, – говорит юноша мягко. – Элиас ждет тебя, Линнея. Перестань бороться. Иди к нему, и вы опять будете вместе.
Линнея отрицательно мотает головой. Ванесса подползает ближе к столу.
– Ну, давай же, – уговаривает Элиас. – Мне нужны только два имени. Скажи, кто они, эти двое, и все кончится.
Элиас наклоняется, пока его лицо не оказывается в нескольких сантиметрах от лица Линнеи. Он пронизывает ее взглядом.
– Говори, – шепчет он.
И Ванесса чувствует, как исходящая от него магия усиливается. Не отрывая взгляда от пистолета, она двигается дальше, к столу. Она едва осмеливается дышать. Осталось всего несколько метров. Однажды она уговорила Никке показать ей, как обращаться с пистолетом. Теперь она пытается вспомнить, что именно он делал. Где находится предохранитель?
Линнея выворачивается на стуле.
– Мину… – вырывается из нее.
– Это мне уже известно, – терпеливо говорит Элиас.
– Анна-Карин…
– Еще одно имя. Еще одно, и все.
– Нет!
Измученный голос Линнеи эхом разносится по столовой. Мину физически больно слышать его.
Ванесса уже должна была вернуться.
– Мы не можем больше ждать, – шепчет она Анне-Карин. – Ты не можешь воздействовать на него отсюда?
Анна-Карин в панике мотает головой.