Круг Героев
Шрифт:
«В последнее время меня неустанно тревожит одно заблуждение, свойственное многим жителям Огромии. Отчего-то среди огромийцев распространено мнение, будто пророчества есть нечто несомненное и имеющее божественную природу. Однако чем больше я познаю магию, тем больше убеждаюсь, что это отнюдь не так. Взять, к примеру, Эрадея Уоллуса, парня с гусиной фермы. Ему было предначертано мечом Браннфалька сразить стаю драконов-землероев. Он попытался и потерпел поражение – в итоге несчастные жители северных деревень пали жертвой мощных
Налетел новый порыв ледяного дыхания. Страницы зашелестели, и книга захлопнулась. Элдвин отпрянул. Зловещий шлем нарочно показал ему эти строчки – это яснее ясного. Но ведь слова написаны рукой Кальстаффа, и с этим тоже не поспоришь. Элдвина охватило какое-то нехорошее чувство. А вдруг Пророчество о Троих такое же бессмысленное, как и те, о которых писал Кальстафф? Элдвин, конечно, стал увереннее в себе с тех пор, как открылся его волшебный дар, но что с того? Вполне возможно, они со Скайлар и Гилбертом слабоваты для спасителей королевства. Кот покосился на друзей-фамильяров. Может, стоит рассказать им о предупреждении Кальстаффа? Нет, лучше не надо, решил про себя Элдвин. Ни к чему сейчас сеять сомнения.
Сквозь железные створки дверей доносилось отчетливое стрекотание сверчков. Близился рассвет. Но Элдвин и без сверчков чувствовал: пора в путь. У них впереди долгая дорога.
– Пойдемте, – позвал он друзей-фамильяров. – Время не ждет.
Скайлар словно очутилась в лавке своей мечты: она судорожно набивала сумочку крошечными свитками с заклинаниями и редкими ингредиентами. Далтон вручил сойке Ольфаксову морду-ищейку, которую отцепил от пояса Гримслейда вместе с кожаной сумочкой:
– Нам тут от этого всего толку будет мало.
Скайлар открыла сумку Гримслейда и заглянула внутрь:
– Да это же мешок Мёбиуса!
Элдвин тоже сунул нос в сумку. Снаружи вроде бы небольшая, но вмещает всякой всячины раз в десять больше, чем можно подумать. Элдвин заметил там палку с петлей, расклинательные цепи и разные ловушки, вроде той, что сцапала его за хвост, когда Гримслейд гонялся за ним по бриджтауэрским переулкам. Скайлар затолкала Гримслейдову сумку в свою, а Гилберт тем временем выманил Тенька из бутонного рюкзачка.
– Я бы так хотел взять тебя с собой, малыш, – сказал лягух своему питомцу. – Но наверное, Марианне, Далтону и Джеку ты пригодишься здесь. Их же нужно защищать. – Гилберт обратился к Марианне: – Ухаживать за ним совсем нетрудно. Выгуливать надо два раза: около полуночи и за несколько часов до рассвета. И корми его обязательно с рук. Он обожает гусениц. Только ты их сперва разжуй, а потом давай ему.
– Я уверена, мы разберемся, – улыбаясь, заверила Марианна своего фамильяра. – А ты береги себя.
Джек опустился на одно колено перед Элдвином.
– Что-то мы с тобой в последнее время все прощаемся да прощаемся, – вздохнул он.
– Скоро всей этой заварухе конец, – промяукал Элдвин. – Вот тогда-то мы с тобой и попутешествуем вместе!
– Уговор? – спросил Джек.
– Железно! – подтвердил Элдвин, тыкаясь носом в Джекову ногу.
Мальчик почесал фамильяра на прощание за ухом, и Элдвин направился к лестнице. Далтон взбежал на верхнюю ступеньку и распахнул железные двери.
– Передавайте от меня привет Галлеону и Банши, – сказал он.
– Передадим, – отозвалась Скайлар.
И трое фамильяров вышли из подземного убежища. Элдвин обернулся; Далтон как раз закрывал двери, и кот мимоходом глянул на Джека. Перед своим фамильяром мальчик, конечно, храбрился как мог, но сейчас он выглядел подавленным и встревоженным. Двери захлопнулись; Элдвин услышал, как лязгнул засов. Трое из Пророчества снова отправляются спасать королевство от неминуемой гибели. А что, если, как опасался Кальстафф, не все пророчества сбываются?
3
Трактир «Золотая чаша»
– Нам надо попасть в Сплит-Ривер до темноты, – сказала Скайлар.
Перед ними снова простирались Аридифийские равнины – Скайлар вела их через еще один нескончаемый, тоскливый участок пустыни.
– До темноты – это если пешком, – ответил Элдвин. – Но в прошлый раз мы проделали этот путь куда быстрее.
– Ой, нет, – охнул Гилберт. – Даже и не просите. Не буду я снова запрыгивать на повозку.
– Да ладно тебе, – мяукнул Элдвин. – Если поедем, как раз поспеем к обеду. Уверен, Галлеон и Банши не оставят нас голодными.
– Ага, только в тот раз я едва языка не лишился. А лягушка без языка – все равно что птица без перьев или кот без усов. Или москитный пломбир без слизневого крема.
Но к несчастью для Гилберта, еще в самом начале своих приключений троица приняла за правило, что в споре побеждает большинство, – поэтому выбора у лягуха не было. Правда, и лошади с повозками что-то не показывались.
Так что пришлось пока топать пешком. Внезапно в небе заклубились облака. Они налетели с запада, из Бриджтауэра. Элдвин глянул через плечо: выше самых высоких городских шпилей в небо вздымался столб из пепла.
– Что это? – спросил он.
– Магическая сущность устремилась в небеса, – отозвалась Скайлар. – Первый Резной Камень пал.
У Элдвина от ужаса екнуло в животе.
Вскоре фамильяры вышли на немощеную дорогу. Она змеилась куда-то далеко-далеко. Путников здесь было немного, однако вскоре друзьям попался караван повозок, запряженных мулами и покрытых красивой тканью с узорами перекати-поля. Этим торговцам и армия Паксахары нипочем. Еще бы: перекати-поле лучше всех на свете знают все тропы и дороги, им ничего не стоит улизнуть от мертвецов, наводнивших окрестности.