Кровавый триптих
Шрифт:
– Уходите или только пришли?
– спросила она.
– Как вам будет угодно.
– Уж и не знаю, как мне к этому отнестись.
– Опять могу повторить: как вам будет угодно.
– Я хотела пригласить вас на прогулку.
– Отлично. Я собираюсь уходить.
– Куда?
– Куда прикажете, мисс Сазерн.
Я проследовал за ней к лифту. Мы спутились вниз, и я распахнул перед ней дверь парадного. На ней был бледно-голубой костюм и голубые босоножки на высоких каблуках, с немыслимо сложно переплетенными ремешками. Ее изящные и тонкие лодыжки плавно переходили в полненькие мускулистые икры. Свои золотистые волосы
Перед парадным, прямехонько под знаком "Стоянка запрещена", стоял кадиллак с откидным верхом - последняя модель - черный и блестящий.
– Это мой, - заявила она.
– Это ваш?
– Ну да.
– Неплохо.
Она села за руль, а я устроился рядом с ней.
– Видите, я рисковала получить штрафныой талон. Вот как мне необходимо было увидеть вас.
– Вы же могли позвонить.
– Но я не могла бы умыкнуть вас - по телефону.
Мы довольно долго мчались в северном направлении и наконец оказались на обсаженном тенистыми деревьями шоссе Уэстчестера. Я спокойно сидел, откинув голову на мягкие подушки, курил и молчал. Наконец Лола Сазерн произнесла:
– Вам не интересно, куда мы едем?
– Мне и так хорошо - рядом с вами.
– Странный вы тип!
Молчание. Я чуть приподнял голову и выглянул из окна. Мы ехали к Коннектикуту.
– Мне следует извиниться за вчерашнее, - сказала она.
– Извиниться? За что?
– Я наклюкалсь. Сильно наклюкалась.
– Да и я нельзя сказать чтобы был трезв. Послушайте, можно задать вам вопрос?
– Валяйте.
– Чем вы занимаетесь?
– Что значит чем?
– Ну, чем зарабатываете на жизнь?
– А! Я занимаюсь нырянием в воду.
– Просите, не расслышал.
– Нырянием в воду.
Я некоторое время переваривал эти слова, потом швырнул сигарету в окно и сказал:
– То есть вы, значит, надеваете маску, ласты и разглядываете рыб на глубине?
– Нет, ни маска, ни ласты мне не нужны. Я надеваю только купальник, забираюсь на вышку и прыгаю в воду. Очень красиво.
– И этим вы зарабатываете себе на жизнь?
– Я начала заниматься прыжками просто потому, что мне это нравилось. Теперь я профессионал. Прыжки в воду приносят мне неплохой доход.
– И этот кадиллак куплен на те деньги?
– Нет. Это совсем другая история.
– Предназначенная для моих ушей?
– Да.
– Я весь внимание.
– Не сейчас.
Обожаю слушать всякие истории. Когда на горизонте частного сыскаря появляются молодые леди, снимают его с насиженного места, сажают в новенький автомобль и везут по живописным сельским автосрадам, давая ему возможность подышать здоровым свежим воздухом, все их истории как правило имеют прямое касательство к частному сыску - а я лучший в мире слушатель историй, имеющих самое непосредственное касательство к частному сыску. Но моя леди сказала: "Не сейчас" - так что я отбросил всякие меркантильные соображения. И заметил:
– Прыжки в воду. Боже мой, милая моя, я мечтаю как-нибудь взглянуть на вас.
– Еще взглянете.
– И когда же?
– Очень скоро. Мы как раз туда едем.
–
– Не мы - я. В будущем месяце открывается новое водное шоу. Я там одна из главных выступающих. У коротышки, который организует это шоу, есть потрясающее имение в Оук-Биче. Знаете Оук-Бич?
– Это где-то около Вестпорта?
– Именно. Там у него шикарное имение. Плавательный бассейн и все такое прочее. Сейчас он в Европе, но он мне разрешил пользоваться этим бассейном в любое время. Для тренировок.
– А раньше вы там бывали?
– Вообще-то нет - с тех пор как он уехал - ни разу. Для тренировок у меня есть свои места. Но сегодня я решила, что было бы очень неплохо туда съездить. Погода отличная, тепло, солнечно и мне захотелось побыть с вами наедине там, где мы могли бы спокойно поговорить. Вчера на банкете я, конечно, дурачилась - насчет вас и вашей профессии. Но сегодня мне нужен ваш совет.
– Я привык к этому.
– К чему?
– Сначала со мной дурачатся, а потом рано или поздно просят оказать услугу.
– У вас есть какие-то возражения?
– Ни единого!
Имение в Оук-Биче скорее напоминало мавританский замок Мы подъехали по извилистому гравийному проселку к высоким железным воротам Я вылез из машины и дернул за небольшой колокольчик, который издал оглушительный звон - точно колокол пожарной машины. На звон из крохотной сторожки вышел человек, помахал нам и поспешил к воротам. Лола высунула из окна свою золотистую головку и помахала ему в ответ. Он распахнул ворота, и я вновь занял место в кадиллаке рядом с Лолой. Мы вкатили на территорию имения. Лола обменялась с сторожем очередными приветственными взмахами, и скоро мы потеряли его из вида, завернув за повророт все той же гравийной дороги. И вскоре достигли самого дома Ничего себе дом! Это было величественное здание с фундаментом из красного кирпича, над которым монументально высилось новомодное деревянное сооружение в шесть этажей с по меньшей мере сотней комнат внутри. Сторож, должно быть, позвонил предпупредить о нашем прибытии: сверху по лестнице нам навстречу уже спешил дворецкий. Лола поставила кадиллак на ручной тормоз, и мы вышли.
– Добро пожаловать!
– произнес дворецкий.
– Как приятно видеть вас здесь, мисс Сазерн.
– Привет, Фред,
– Я отгоню вашу машину, мэм. Вы с джентльменом будете завтракать?
– Нет, спасибо. Я просто хочу немного потренироваться. Бассейн наполнен, надеюсь?
– Да, все в порядке.
– В таком случае мы с этим джентльменом хотим переговорить наедине. В бане никого нет?
– Никого. Здесь вообще никого нет за исключением слуг, и мы никого не ждем. Не желаете, чтобы я вас туда подвез, мэм?
– Нет, мы прогуляемся.
Ну и прогулка, доложу я вам! Мы топали добрых три четверти мили, а я, надо сказать, отнюдь не мастер спортивной ходьбы даже после месяца трезвой жизни. Так что когда мы добрались до бани, я просто впал в дверь. Кстати, это она тоже сказанула - баня! Когда говорят "баня", ты думаешь: ага, значит, баня. Но это оказалось вовсе не то самое: это был коттедж из красного кирпича с кухней, где можно было наготовить еды на маленькую армию, и двадцать симпатичных комнаток, обставленных спальными гарнитурами, причем в каждой был свой сортир. Попав на кухню, я перым делом открыл холодильник и увидел, что он забит провизией под завязку, достал бутылку пива, откупорил и залпом выпил.