Кровавый триптих
Шрифт:
Фрэнк снова заговорил:
– Да ты сам подумай, парень. Я же никогда не имел отношения к мокрухе.
– Да, по бытовым убийствам ты не проходил. Но тут есть разница. Мафиозные разборки, заказные убийства - таких дел вокруг тебя творилось немало. Того, чего потом никогда не распутаешь - расправа со всякой мразью, чему и сами полицейские до смерти рады. Но такого ещё не было, тут я с тобой согласен. Это то, что я называю бытовым убийством. То есть по личным мотивам, сугубо по причине внутреннего конфликта
– Тогда зачем мне вдруг за такое браться? Да ещё вот так по-глупому. Сам подумай.
Я подумал. Я ходил кругами и думал. А повернувшись к нему лицом, увидел, что он тянет ко мне руку, и в ладони у него две бумажки по тысяче долларов каждая.
– Это что?
– поинтересовался я.
– Твой гонорар.
– За что?
– За то, чтобы ты меня вытащил из этого дерьма.
Деньги я положил в карман и сказал:
– Ладно, я берусь. И играть буду по-честному. Но если выяснится, что это ты его пришил, деньги я тебе все равно не верну.
– По рукам.
– Ладно. У тебя есть пушка?
– Есть.
– Где?
– У меня.
– Он отдернул полу пиджака и вытащил из-за пояса револьвер.
– Лицензия на ношение имеется.
– Покажи.
Я изучил револьвер. Барабан был полный. Я его понюхал. Им давно не пользовались. Я вернул ему револьвер со словами:
– Пуля в теле покойного мистера Кларка, конечно же, не от твоего ствола?
– Ясно, нет.
– Хорошо, мистер Слотер. Теперь когда вы стали моим клиентом, я бы хотел выслушать ваши показания.
– Разумеется. Как тебе известно, я здесь не живу. Это мой городской дом...
– А где ты живешь?
– У меня особняк в Вестпорте.
– Тогда что ты тут делаешь - в воскресенье-то?
– Я конец недели провел в Нью-Йорке. Решил сегодня сюда заглянуть, просмотреть почту, проехаться по городу. Ну, приехал. Около трех. Почитал накопившиеся письма, кое-что поделал, а в четыре мне позвонили.
– Кто?
– Хаббел Уэйн.
– Владелец клуба "Шестьдесят девять"?
– Он самый. У нас с ним кое-какие общие дела. Он попросил меня принять его здесь. Я согласился. Он назначил встречу на пять. Меня это устраивало. Потом я вспомнил, что мне ещё надо было заехать в пару мест. Но я сказал Хаббелу, чтобы он приезжал, а на тот случай, если я не успею вернуться к его приходу, я оставлю дверь незапертой. На том мы и порешили.
– И ты выезжал в город?
– Да.
– В котором часу?
– Примерно в половине пятого. Но мне надо было перделать массу дел, и я понял, что на это уйдет много времени - часа два-три. Я перезвонил Хаббелу, но его уже не было. Тогда я оставл ему записку.
– Где?
– Вон там на столе.
Я
– Именно в это время я и вернулся. В пол-восьмого, - сказал Слотер.
– Хаббел Уэйн был здесь?
– Никого не было. Только этот парень лежал на полу.
Такие вот дела. Я спросил:
– А что Пэтси?
– Я сам заехал за ним и он все время был со мной. Мы обнаружили ... мм... Кларка вместе. И я тут же послал Пэтси за тобой. Я понял, что влип в неприятную историю, и решил посоветоваться со специалистом, а потом уж вызывать полицию. Вот и вся история, Чемберс, от первого до последнего слова.
– Ты Уэйну не звонил?
– Никому я не звонил. Я послал за тобой Пэтси, а сам остался здесь. И скажу тебе откровенно, брат, я очень рад, что он тебя привел.
Наступила тишина. А на полу лежал мертвый окружной прокурор и известный гангстер сидел в кресле с озадаченным лицом.
– Да, похоже на подставку, - произнес наконец я.
– Не такой же ты осел, чтобы убить прокурора у себя в доме. Какие-нибудь соображения есть?
– А то!
– И кто же?
– Уэйн - кто же еще!
– Но почему он?
– Две причины. Уэйн мне задолжал двадцать пять "кусков", которых у него нет. Об этом-то он и хотел со мной поговорить. Плюс у него есть личные счеты с Кларком, что-то там связанное с девчонкой. Словом, такой вот подставкой... он разом избавляется от Кларка и от меня. И спасает свои двадцать пять... Правда...
– Что?
– Буду с тобой откровенен. Ты же сам спросил, какие у меня на этот счет соображения. Вот это мое соображение. Но тут есть одна неувязочка.
– Какая?
– Я забыл оставить дверь незапертой для Хаббела Уэйна!
– Повтори-ка, приятель!
– Пойдем, я покажу.
– Он повел меня к входной двери, открыл её и указал на дополнительную личинку замка.
– Вот. Если её перед уходом утопить внутрь, дверь останется незапертой. Так вот я забыл её утопить. И дверь оставалсь все время закрытой снаружи.
Тут я заметил, что дверные ручки на внешней и внутренней стороне двери разные: на внутренней стороне ручка была медной, внешняя - стеклянной.
– А почему ручки разные?
– спросил я.
– А, - усмехнулся он.
– Авария. Когда я вернулся, внешняя ручка сломалась. Пока тебя ждал, я вызвал менеджера и попросил его заменить ручку хотя бы времянкой. Стеклянная - это времянка и есть, пока не найдут медную. А вам, сыскарям, до всего есть дело - все замечаете!
– Угу, - кивнул я, щелкая личинкой.
– А ты уверен, что дверь была заперта?
– Абсолютно. Я же ключом её отпирал.
– Тогда что же нам делать с твоей великой версией?