Кровавый триптих
Шрифт:
– Оттуда же, откуда и я - из Детройта, босс. Очень смышленый паренек.
– Ладно. Сиди и не рыпайся там. Я с тобой свяжусь.
– Эйприл положил трубку, взглянул на рябого и кивнул на меня.
– Познакоьмьтесь ребята. Джек Зигги. Скотт Сондерс.
Мы обменялись рукопожатием.
– Вообще-то это хорошо, что ты подвалил.
– сказал Эйприл.
– Пока Тихоня залег на дно, у нас как раз одного человечка и не хвататет. Ты знаком с Блохой Бернсом?
– Нет.
– Блоха из Калифорнии. Он мне рекомендовал Тихоню.
Я поглядел и спросил:
– А зачем?
– Вы с Зигги будете работать в паре. Сегодня. Ты сегодня свободен?
– Если заработок подходящий, то свободен.
Эйприл кивнул Зигги, и тот вышел. Я услышал, как заурчала открываемая металлическая дверь. Потом дверь с таким же урчанием закрылась.
– Садись, сынок, - предложил Эйприл.
– Спасибо, - ответил я и сел.
– Я тебе сейчас обрисую картину. Мы начали по новой заниматься старым рэкетом. Мы перегоняем автомобили по заказу.
– Как это - по заказу?
– К нам поступают заказы со всех концов ... ну, словом, отовсюду - с Кубы, из Мексики, из Южной Америки. Заказчик говорит. что ему требуется. И все. Зеленый "бьюик" с откидным верхом? Пожалуйста. Черный "кадиллак"-седан? Милости просим. Вот так-то. Мы рассылаем наших следопытов, чтобы они разыскали нужный нам образец - и угнали его. Ба-бах и все! Потом мы товар малость перекрашиваем, меняем молдинги - и дело в шляпе. Ну, как тебе?
– Нравится. А какаой навар? Для шестерок вроде меня.
Он выдвинул ящик стола. Там лежал автоматичский пистолет и куча банкнот. Он взял несколько бумажек со словами:
– Тут пять сотен. Ну вот, теперь, считай, тебя внесли в платежную ведомость. Своим я плачу хорошо. Жаловаться не на что. Если будешь работать чисто и прилежно, я сделаю тебя богачом. Скурвишься - ты покойник.
– Как этот Фрэнк Паланс?
– тихо произнес я.
– У Тихони слишком длинный язык
– Когда он мне шепчет на ушко, не слишком длинный.
– Фрэнк Паланс. Я взял его в дело, сосунка этого. Стелил ему мягко, купил на свои сухогруз, научил его, как все провернуть.
– А как?
– Он у нас экспортом занимался. Краденые тачки сплавлял за кордон.
– Ну, и где же он лопухнулся?
– Возомнил из себя невесть что, мало ему стало. А когда моим ребятам вдруг становится мало и они пытатся у меня под носом отстегнуть себе лишнего, то им каюк, братец! Я этого сосунка Паланса ввел в дело, я его и вывел. Да только мне захотелось это сделать самому.
– Что-то не совсем ясно.
Глаза у Эйприа были голубые. Он меня ими просто припечатал к стулу. И сказал серьезно:
– Ты как считаешь, Тихоня любит пушкой баловаться?
– Тихоня - нет!
– Он сегодня такой шухер устроил - сильно меня подставил. Я попросил его взять Паланса за яйца, забрать бабки и принести все мне Бабки-то он принес, а Паланса угрохал - дурррак! А
– Не знаю.
Эйприл выложил на стол пять сотенных купюр.
– Вот бабки. Будет больше. Но только смотри, не зарывайся как этот Паланс. Играй спокойно, головы не теряй - и ты далеко пойдешь. Малый неплохо зарабатывал на этом деле, очень неплохо. Но вдруг ему захотелось хапнуть сразу много. Ну вот ему и запихнули весь его навар в глотку. Ну ладно, малыш, бери свои бабки.
Я взял деньги, встал и засунул банконоты в карман.
Заурчав, дверь гаража поднялась, потом снова опустилась.
Вошел Зигги с револьвером в руке.
– Ну что там?
– спросил Эйприл.
– Я ходил проверить, как дела у Тихони.
– Так?
– Ни Тихони, никого. Об остальном рассказала мне Лили.
– Что за Лили?
– Хозяйка кондитерской напротив. Тихоню замели.
– Кто?
– Легавые - кто же еще. Легавые замели Тихоню и Роуз Джонас тоже замели.
– Он махнул револьвером в мою строну.
– Этот гад подсадной.
Эйприл плотно сжал губы.
– Вот тебе и краснобай. Ладно. С ним я сам разберусь.
– Он потянулся за автоматическим пистолетом в ящике письменного стола.
Эти ребята не были дилетантами. Обитатели этого гаража были не то что Роуз Джонас, которая держала свой пистолет точно вареную сосиску. Здесь тебя могли бы пристрелить и никто бы бы ничего не узнал, ни одна живая душа. Такое было местечко. Здесь тебя пришьют - ты и глазом не успеешь моргнуть. Так что терять мне было ровным счетом нечего. А вот получить я мог жизнь. Тут дело не в мужестве или отваге... Просто мне ничего другого не оставалось, если, конечно, я не хотел превратиться в труп.
Я прыгнул на него, невзирая на то что другой держал меня на мушке. Я прыгнул на него, хотя он достал свой автоматический, а другой помахивал стволом прямо перед моим носом. Я сделал изящный прыжок, который мог бы оказать честь Лоле Сазерн, мощно оттолкнувшись от пола, и вместе с Эйприлом и его вертящимся креслом покатился по полу, а Зигги заскакал вокруг нас, выбирая удобный момент для выстрела.
Наконец ему показалось, что такой момент настал. Он выстрелил. Дважды. И убил босса.
Автоматический пистолет Эйприла оказался у меня в руке и я, воспользовавшись его трупом точно щитом, три раза выстрелил и промахнулся, а потом пуля попала мне в плечо, а ещё одна прошила труп и достала мою грудь, но потом я уж не промахнулся и во лбу Зигги разверзлась кровавая дыра, из неё хлынула кровь и покрыла ему лицо красной маской, а из дыры вдруг забелела раздробленная лобная кость, и он упал, а я переполз через мертвого Джо Эйприла, попытался встать на ноги, но не смог...