Кровь

Альбин Сабина

Женщина, взглянув на часы на стене (начало восьмого), озабоченно сводит брови:

— Ne hodi v grad danes. (Не ходи сегодня в замок)

— Tam samo stari Marjan je ostal. Ce ne bom prisel, ne bo mogel iti domov. (Там сейчас только один старый Марьян. Если я не приду, он не сможет пойти домой.)

Женщина качает головой, сокрушенно опустив уголки губ, и возвращается к домашним делам. Мужчина достает телефон.

***

Тёмное вечернее шоссе заметает снегом. Хлопья непрестанно кружат в свете фар. Автомобили встали в глухую пробку. Слышны

характерные нетерпеливые гудки. Из кабины одного синего Пежо выглядывает пожилой мужчина, но в снежной круговерти ничего невозможно разглядеть. Мужчина сед. Ему за шестьдесят. Но движения у него энергичные, а чёрные глаза горят азартом.

Из салона к мужчине тянется тонкая женская рука. Слышен беспокойный девичий голос, который говорит по-английски:

— Grandpa, come on! It's really freezing! (Дед! Ну ты что! Холодно ведь!)

Мужчина нехотя залезает обратно. Он обращается к внучке по-словенски:

— Ze devet ur! Ne bova nasla Tomaza na domu. Kaj porocajo po radiju? (Уже девять часов! Мы не застанем Томажа дома. Что говорят по радио?)

Девушка, глядя в телефон, вздыхает:

— Traffic jams — everywhere. It’s snowstorm. (Повсюду пробки. Сильный снегопад).

Внучка сочувственно смотрит на деда. Это белокурая привлекательная девушка лет семнадцати-восемнадцати, у нее большие янтарно-прозрачные глаза и мягко очерченные высокие скулы. Она пытается сфотографировать снежное светопреставление, творящееся за окнами машины. Проверив получившиеся фото, снова вздыхает и решительно говорит:

— Let's go back and then try again later. There’s no need to hurry. (Давай поедем назад, а позже попробуем ещё раз. Зачем так спешить?!)

Мужчина начинает вращать руль, но против ожидания говорит:

— Ne, Liza, vem, da je drug pot. Skoda, da Tomaz ze je odsel na delo! (Нет, Лиза, я знаю другой путь. Жаль, Томаж уже ушел на работу!)

Автомобиль выезжает из бесконечного ряда намертво вставших машин и разворачивается. Девушка обеспокоенно вертит головой:

— But, are you sure? Isn't that just another one of those crazies you are so popular with? (А ты точно знаешь? Это не один из тех психов, у которых ты пользуешься популярностью?)

Дед, припав к рулю, пытается что-то рассмотреть сквозь снежную мглу. Он отвечает Лизе деловитой скороговоркой:

— Osebno ga poznam. Normalen clovek. Se zanima za zgodovino. Dela v muzeju. (Я с ним лично знаком. Нормальный человек. Интересуется историей. В музее работает.)

— Museum? (Музей?)

— Ni samo muzej, stari grad je. Res, da tam dela kot cuvaj. Vendar je razumen clovek. Verjamem mu. (Это не просто музей, а древний замок. Правда, он там сторожем работает. Но он разумный человек. Я ему верю.)

Лиза, поддавшись азарту деда:

— So why don't we go right to the castle then? (А почему бы нам не поехать прямо в замок?)

А тот отзывается с искренней радостью:

— A vseeno grad je vzbudil tvoje zanimanje! Da, ta kraj je poln legend in zgodb. Starodavna triglava posast. Duh rdece gospe. Prekleti stolp. In seveda vampirji. Ampak… (А!

Замок тебя всё-таки заинтересовал! Да это место полно всяких легенд и сказаний. Древнее трехглавое чудовище. Призрак красной дамы. Проклятая башня. И, конечно, вампиры. Но…) — тут он делает эффектную паузу и со вздохом сожаления продолжает: — Ampak zdaj ne greva tja. Prvic, bova obticala tam zagotovo. Zamenjajva gume in mogoce jutri. Drugic, rad bi govoril z bratom Tomaza, vedel vse iz prve roke. Nenavaden primer! Kaj menis? (Но туда мы сейчас не поедем. Во-первых, там мы точно застрянем. Вот поменяем резину и, может быть, завтра. А во-вторых, я хочу поговорить с братом Томажа. Узнать всё из первых рук. Необычный случай! Как ты думаешь?)

Тут внучка снисходительно улыбается:

— Grandpa, I'm interested in history, not in stories. Can't believe, you are serious. Really? Vampires have shown up again. Is it that what you are trying to tell me? (Дед, я интересуюсь историей, а не сказками. Не могу поверить, что ты не шутишь. Серьёзно? Вампиры опять здесь. Это ты мне хочешь сказать?)

Дед не спорит:

— No, bova videla. Pravljice so tudi del zgodbe, (Ну, посмотрим. Сказки — это тоже часть истории.) — и снова начинает крутить руль, — In to je tisto, kar sem iskal! (А вот, что я искал!)

Автомобиль съезжает с шоссе.

***

Дом Тинека. Настенные часы показывают половину одиннадцатого. Сам Тинек, женщина средних лет, Лиза и её дед — все собрались вокруг обеденного стола. Перед гостями стоят чашки с кофе, но они не тронуты и давно остыли.

Поодаль на диване сидит отец Тинека. Это мужчина в возрасте где-то между тридцатью и сорока годами. Его мягкое несколько моложавое лицо неуловимо напоминает лицо Томажа. С левой стороны шея у него заклеена широким пластырем. Перед ним включенный телевизор, но его внимание приковано к столу.

А там в центре внимания Тинек. Он с упоением пересказывает историю своего приключения:

— In potem sta oba izginila, (А потом оба исчезли.) — торжественно заключает он.

— Ali nisi bil prestrasen? (А разве не было страшно?) — сдвинув брови, спрашивает Лиза.

Паренёк отвечает с наигранным равнодушием:

— Sem imal z mano Rexa in sekir. (Со мной был Рекс и топор.)

Женщина, сжав яркий рот, в сердцах отвешивает распетушившемуся мальцу подзатыльник («Mama!» — возмущается тот).

— Takoj, ko je Tomaz poklical, je pobegnil. Dobro je, da Tomaz hitro je prisel. Morda on bi obtical v mestu zaradi snezenja, (Как только Томаж позвонил, он сразу убежал. Хорошо, что Томаж быстро приехал. Он ведь мог застрять в городе из-за снегопада.) — мать вздыхает с горечью и досадой.

Дед Лизы поворачивается к отцу Тинека:

— Prav ste naredili, da ste najprej poklicali brata. Zdi se, da ta pogumnez ni zelil nikomur nicesar povedati. (Вы правильно сделали, что сначала позвонили брату. Похоже, этот смельчак никому ничего не собирался рассказывать.)