Кровь
Шрифт:
Паша фыркает:
— За землей? — и возвращается к спору: — То есть ты уже давно охотишься за Громом, но он ничего не подозревал?
Тут снова вмешивается Даниель:
— Ja, ni zavedal. Dragan vama ni povedal. Operacija je bila le genialna — bliskovit in hkraten napad na vse njegove skladisce. Dragan je nacrtoval in sledil, jaz sem koordiniral in pobral ljudi. (Да, не подозревал. Драган вам не рассказал. Операция была просто блеск — молниеносный и одновременный удар сразу по всем его схронам. Драган разрабатывал
Бэла дает вольное переложение для Паши:
— Они сначала тихо всё разведали, а потом напали сразу по всем фронтам.
Но едва договорив, она задумывается, а потом тревожно замечает:
— Но теперь, после того, как ты его ранил, он, наверняка, уже догадался, что его хотят загнать в ловушку…
— Надеюсь, не обо всём догадался.
Даниель добавляет:
— Se en as imamo v rokavu. (У нас есть ещё туз в рукаве.)
Бэла успевает перехватить укоризненный взгляд, который Драган мимолётно бросает на Даниеля. Она набирает воздуха, чтобы что-то сказать, но тут у Паши звонит телефон.
— Алло! Алло!
Паша поднимает взгляд на окружающих, которые невольно повернулись, услышав звонок.
— Связь плохая, прервалось, — поясняет он.
Бэла в своей излюбленной манере картинно закатывает глаза.
Драган:
— Отключи звук.
Паша ерошит волосы и одновременно что-то проделывает с телефоном.
А Даниель торжественно объявляет:
— Prisli smo! (Приехали!)
***
Паша и Бэла топчутся снаружи машины в свете фар. Перед ними закрытые ворота. Снег валит всё сильнее. Паша, нетерпеливо смахивая с себя налипшие хлопья:
— Может, просто разогнаться и протаранить?
Бэла отзывается полунасмешливо-полувозмущенно:
— Лобовая атака — твой конек! Это музей, на минуточку, культурное наследие. Имей уважение!
— Да, надоело уже ждать!
— Тогда почему не пошел с Драганом?
Паша мнется, стряхивает снег с волос:
— Даниель, а далеко этот тайный ход?
Даниель, высунув голову из машины:
— Dragan je sel sam, ker tam mogoce je nekaksna past. Bolje je, da pocakamo tukaj. (Драган пошел один, потому что там может быть западня. Нам лучше подождать здесь.)
Паша выжидательно смотрит на Бэлу. Та с серьёзным видом поясняет:
— Он сказал: «Зачехли героя. Драган уже скоро».
— Смешно. Я идиот, по-твоему? К тому же здесь тоже может быть опасно.
В этот момент в воротах открывается дверца, и появляется Драган. Его одежда испачкана землей, но лицо и руки на удивление чистые, впрочем, он демонстративно вытирает руки платком:
— Там кто-то недавно побывал. Но нас не ждали — никаких ловушек и подвохов.
Даниель комментирует из машины:
— Dobra novica! (Хорошая новость!) — и заводит мотор.
Все месте: Драган, Паша и Бэла, — вращая
Группа идет по двору замка. В руках мощные фонари и сумки (самая большая у Драгана). Во главе группы Драган, за ним Даниель. Бэла и Паша идут парой.
Паша бесхитростно интересуется:
— У тебя что, отец — серб? Почему ты так хорошо его понимаешь? — кивает в сторону Даниеля.
Бэла хмыкает:
— Теперь тебе интересно?
Паша делает виноватое лицо.
— Не знаю. Может, был сербом, а может, эскимосом. Какое это имеет значение, когда мы в Словении?
Паша ни чуть не смущен её ответом:
— Иногда я тебя совсем не понимаю.
— Взаимно. Но ты мне напомнил, какой ты всё же забавный.
Они останавливаются под стенами замка, скользя по нему фонарями. Над ними мрачно возвышается шершавая каменная кладка, теряясь в вихре снегопада. Замок совершенно темен. Кроме света их фонарей, нигде не проскальзывает ни искорки. Редкие мелкостекольчатые окна зловеще поблёскивают.
Паша:
— Даже сторожа нет?
Даниель:
— Razglejmo se naokrog. (Посмотрим.)
Группа подходит к невзрачному прямоугольному зданию, которое, очевидно, является современной постройкой и служит административным корпусом музея. Тут темно, как и в самом замке. Все нерешительно осматриваются. Драган привлекает внимание остальных, указывая куда-то в роящуюся снегом темноту.
Двинувшись в указанном направлении, компания натыкается на небольшое неогороженное кладбище в пять-шесть могил. Древние каменные кресты печально кренятся к земле, словно не выдерживая порывов снежной бури. В одном месте земля разрыта. Снег уже успел припорошить чернеющую свежим грунтом яму.
— Это его могила, — комментирует Драган.
Даниель глубокомысленно изрекает:
— Ni vrnil se v svoj grob. Torej, imeli smo prav — ve, da ga iscemo. (В свою могилу не вернулся. Значит, мы были правы: он понимает, что мы его ищем.)
Паша, бросив на Бэлу вопросительный взгляд, подталкивает её локтем, и она, вздохнув, кратко передает сказанное:
— Гром знает о нас.
Паша энергично констатирует:
— То есть мы опоздали. Он ушел.
Драган:
— Нет, у него где-то в замке есть укрытие.
И тут на Пашу находит внезапное озарение:
— Слушайте, если у вас так много людей, почему вы не послали кого-то сюда заранее?
Драган, переглянувшись с Даниелем, начинает терпеливо объяснять:
— Мы использовали людей вслепую. Они сами не знали, зачем и против кого они действуют. Но если посылать кого-то лично против Грома, то надо раскрывать все карты.
Бэла язвительно вставляет, обращаясь к Паше:
— А ты, вот например, не веришь, даже после того, как тебе всё по полочкам разложили.