Крайние меры
Шрифт:
Я открываю глаза и смотрю на Монсеррата. Он встречается со мной взглядом.
— Как я уже говорил тебе в больнице, продержаться как можно дольше, прежде чем попробовать кровь, считается проявлением силы. Это не доказано, но считается, что чем дольше ты продержишься, тем более могущественным вампиром ты в конечном итоге станешь.
— Как долго продержался ты?
— Двадцать два дня. Однако большинство из них не выдерживают и третьего дня.
Иисусе. По словам Арзо я поняла, что это будет сложно. Я не предполагала, что это будет практически невозможно.
— Ты нужна нам, Бо. Нам нужен кто-то, кто внедрился
Я думаю о событиях последних двух дней. Было бы разумно уйти от всего этого и залечь где-нибудь на дно, пока всё не успокоится. Я понятия не имею, насколько я могу доверять Монсеррату, хотя и чувствую, что всё, что он мне до сих пор говорил — правда.
Помня об этом, я перехожу в лобовую атаку.
— Когда ты планировал рассказать мне о новой Семье?
Впервые он выглядит озадаченным.
— Что?
— Новая Семья, — повторяю я. — Те, кто хотел заполучить заклинание О'Ши.
Он явно сбит с толку.
— Новой Семьи нет. О чём ты говоришь?
Я рассказываю ему о Люси — или, скорее, о Черити Уэзерс — и о том, что она рассказала мне перед тем, как её жизнь оборвалась так внезапно. Он откидывается на спинку сиденья, его лицо непроницаемо, пока он переваривает информацию.
— Я предположил, что это были какие-то недовольные. Я имею в виду, это серьёзно. У нас никогда раньше не было подобной ситуации, и я бы не стал вовлекать тебя, если бы это не требовало свежего взгляда и другого образа мышления. Но новая Семья? У нас не было новой Семьи с тех пор как была казнена Мария, королева Шотландии.
— Стюарты?
Он кивает.
— Допустим, кто-то действительно захотел создать новую Семью, — говорю я. — Как бы они вписались в нынешнюю ситуацию?
— Это просто не сработает, — в его тёмных глазах читается тревога.
— Почему нет?
— Посторонним это трудно понять, но между Семьями существует серьёзное соперничество. Связи и союзы меняются в зависимости от решаемой проблемы. Однако, поскольку нас пятеро, это работает.
— Объясни.
Он хмурится.
— Мне будет проще привести тебе пример. В последний раз, когда мы все встречались, правительство хотело прислать наблюдателей. Среди людей растёт беспокойство по поводу того, что мы держим в секрете действия и мотивы Семей. Мы с главой Стюартов хотели прийти к согласию. Открытость обеспечит лучшее взаимопонимание. Население будет относиться к нам менее настороженно, и в результате мы откроем больше возможностей для торговли.
— Но другие с этим не согласились?
— Медичи и Бэнкрофт. Они утверждали, что то, чем мы занимаемся, не касается людей. Они также были обеспокоены тем, что это может создать проблемы между самими Семьями. Если бы всё было честно и открыто обнародовалось, каждый из нас мог бы лучше оценить положение других Семей и, если бы захотел, мог бы подорвать доверие друг к другу.
Я полагаю, что «подрывать авторитет» в мире вампиров означает нечто большее, чем просто отпускать колкости на детской площадке. Хотя я согласна с позицией Монсеррата, я вижу, что существуют потенциальные проблемы.
— А Галли?
— Они выслушали обе стороны и в конечном итоге согласились с Медичи и Бэнкрофтами.
Я задумчиво киваю головой.
— Без четного
— Действительно.
— Вот только, — добавляю я, пытаясь вытянуть из него как можно больше информации, — почему меня это должно волновать? Если у вас новая Семья, и это означает, что вы все в разладе, какое это имеет значение для людей?
— Власть, которую дает вампирство, опьяняет. А могущество, которое получают Семьи в результате объединения их совокупных сил, почти непостижимо. Именно по этой причине мы ограничиваем нашу численность пятью сотнями членов, — Монсеррат берёт меня за руку и нежно сжимает. По моей руке пробегает странное покалывание. — Представь себе новую Семью, в которой нет преданности и желания следовать каким-либо правилам, существовавшим сотни лет.
— Вампиры могут взять верх над деймонами, — шепчет О'Ши, осознавая это.
— И людьми, — мрачно добавляет Монсеррат. — И без контроля, чтобы предотвратить необоснованные нападения…
— Результаты могут быть катастрофическими, — заканчиваю я. Я размышляю о том, какую реальную опасность может представлять эта новая Семья. — Но что, если это не так? Что, если эти вампиры просто хотят новую Семью и будут соблюдать законы, которые у вас уже есть?
— Тогда почему они такие скрытные? Почему бы им не открыто заявить о создании новой Семьи? Разрыв уз верности, которые уже существуют в каждой Семье, является доказательством того, что они не станут придерживаться ограничений.
Меня так и подмывает указать на то, что, возможно, ему следовало бы делать больше для поощрения этой преданности и для того, чтобы не дать заблудшим членам Семьи уйти, но я думаю, что он, вероятно, уже понял это.
— Они уже продемонстрировали, что очень любят убивать людей, — размышляет О'Ши, потирая остатки раны на шее.
— Зачем этой новой Семье понадобилось твоё заклинание? — спрашиваю я его.
— Понятия не имею. Может, они немного страдают от недотраха?
— Это как-то связано с побочными эффектами пассивности. Может, так они привлекают к себе так много ранее лояльных вампиров, — я бросаю взгляд на Монсеррата. — Скольких замешанных в этом ты знаешь?
— Я предоставлю тебе файлы позже, если ты решишь присоединиться к нам. Но в Семье Монсеррат было зарегистрировано по меньшей мере полдюжины подтверждённых смертей и ещё несколько исчезновений. Другие Семьи назвали похожие цифры, хотя, возможно, они лгут.
— И все они встречались с тобой? — спрашиваю я О'Ши.
Он кивает.
— Тебе не показалось странным, что так много вампиров заинтересовались твоим заклинанием?
Он выглядит слегка смущённым.
— Я зарабатывал кучу денег. Откуда мне было знать, в чём на самом деле заключается суть?
Я раздражённо выдыхаю, затем подтягиваю колени к груди и крепко обнимаю их. В носу всё ещё пульсирует боль, хотя после помощи Монсеррата она несколько утихла. Я смотрю в окно на проплывающие мимо улицы. Должно быть, недавно прошёл дождь, потому что в лужах, мимо которых мы проезжаем, отражаются уличные фонари. Большинство магазинов сейчас закрыты, но время от времени я вижу ресторан, где продают еду навынос, или винный магазинчик, который по-прежнему открыт. Я допиваю остатки виски. Страшно представить себе мир, в котором вампиры не ограничивают свою силу сами.