КРАУЛЕР
Шрифт:
– Сейчас этот бич возьмет кого-нибудь и разделает как свинью.
– Замолчи!
Их ослепил яркий свет. Мощный поток галогена скользнул по стене, задев крупную фигуру. Дима успел разглядеть крепкого, стриженого парня в черной футболке, забившегося в дальний угол клетки. Рядом под прутьями лежал седовласый старик в оранжевом жилете. Светоотражающие полосы на груди обходчика отливали серебром. Круг света поплыл в сторону. Дима изо всех сил напряг зрение, стараясь рассмотреть мучителя, но увидел только рослую фигуру
Луч света коснулся лежавшего на полу старика, задержавшись на нем дольше остальных. Внезапно гигант разразился приглушенным смехом, отдаленно похожим на смех ребенка.
– Это смех… я же тебе говорил, – простонал Костя, не переставая плакать. – Он мне шею свернул. Больно.
Дима проследил за плечистой фигурой. В свете фонарика было видно, что громила обошел прямоугольный камень – тот самый разделочный стол, о котором говорил Василий. Миновав алтарь, обитатель пещеры скрылся в провале за стеной. Вновь воцарилась тишина.
– Теперь он точно кого-то кокнет, – всполошился Василий, вскочив с пола. – Я не хочу умирать. Пусть он лучше нытика разделает.
– Замолчи, трус! Еще раз скажешь что-нибудь подобное, попрошу маньяка разделать тебя.
– Отлично! Черт, просто здорово! Я что здесь единственный нормальный человек?
– Не знаю, Васек. Сложно сказать, пока ты жалеешь себя как баба.
– Знаешь, за такие слова можно и по морде схлопотать. Был бы я на свободе…
– Но ты под землей, и я один могу здесь перемещаться без вреда для здоровья. Так что закрой рот и слушай меня внимательно, если хочешь снова глотнуть холодного пива.
– Опять дерзишь. Куда мы убежим? К какой матери чертовой ты нас поведешь? У нас нет ни света, ни жратвы, ни оружия. О сигаретах я вообще молчу. Этот бич знает тут каждый камень. Ему убить нас все равно, что помочиться. Если даже смоемся, он нас догонит и отвинтит голову, как тому менту.
– Значит, убьем его раньше, – твердо произнес Дима.
Мысль о том, что придется лишить кого-то жизни, не радовала, но выбора им не оставили. Совершенно очевидно, что договориться с маньяком не получится. Выродок уже убил как минимум одного человека и довел до полусмерти другого. Пусть теперь сам сдохнет.
– Решено. Мы его убьем, – повторил Дима.
– Хорошо. Но как?
– Придумаем что-нибудь.
Василий поутих, принявшись задумчиво ворчать. Костя тихо всхлипнул. Дима вспомнил, что тот сказал о позвоночнике. Осторожно прощупав худую шею паренька, он обнаружил бугорок прямо под затылком. Надавив на него, он дернул голову Кости влево, заставив шишку исчезнуть. Пещеру огласил дикий визг. Из проема показались очертания большой головы. Убийца долго таращился на них, а потом снова исчез.
– Вы чего там творите! Жить надоело? – испугался Василий.
Растирая шею хнычущему другу, Дима как ни в чем не
– Я диггер, если тебе это о чем-то говорит. Я могу выбраться из любой подземной системы. В моей сумке есть все необходимое. Мы обязательно спасемся, если вернем снаряжение и обезвредим этого живодера.
– И как ты предлагаешь это сделать? Обматерить его до полусмерти?
– Предлагаю для начала выбраться из клетки. Нужно разобраться, на чем крепится люк, и попытаться его открыть.
– По-твоему, у нас есть шанс, пока рядом баба? Чем он нам поможет? Этот нытик даже моему пятикласснику-брату руку не заломит.
– Васек! Я, кажется, предупреждал. Костя мне дороже тебя. Он пойдет со мной до конца. Если ты вдруг захочешь сыграть в последнего героя, я вырублю тебя и скроюсь с другом в любом тоннеле. Ты меня понял?
– Да. Я тебя понял. Теперь объясни, как ты найдешь выход?
– У меня своя техника. Просто следуй за мной.
Василий пробурчал что-то, но спорить не стал. Дима привстал на цыпочки, коснувшись пальцами решеток.
– Мы не сможем просто убежать. Нужно обязательно убить его, иначе он будет нас преследовать. Усек?
– За меня не беспокойся.
– Приходилось раньше убивать?
– Ага, но ведь это останется между нами, – с неописуемой гордостью прозвучал голос.
– Мне все равно кто ты наверху. Ничего не хочу знать.
Тяжелые шаги вынудили его вернуться на место. Костя опять заскулил, забившись в уголок. Василий тоже зашевелился. Из-под арки вышла темная фигура. В левой руке убийца держал длинный багор. Луч фонарика стал беспощадно шарить по клеткам.
– Черт, черт, черт, черт! Я же вам говорил, бич нас кокнет. Не хочу умирать. Не хочу, – истерил Василий, беспокойно ерзая на месте.
Громила обошел каменный стол и, чиркнув зажигалкой, запалил три свечи. Дрожащее пламя осветило красный камень, на котором встречали смерть нарушители подземных границ. Повернув голову в сторону клеток, убийца выключил фонарик. Из темноты донесся звук шагов. Все было четко спланировано. Маньяк хотел, чтобы жертв было много. Он специально ждал, пока они проснутся, дал им время познакомиться, а затем приступил к любимой части. Никто из пленников до последнего вздоха не должен был знать в кого войдет наконечник багра.
Дима отчетливо слышал, как Василий в истерике бьется головой об стену, причитает и умоляет не губить его первым. Вел он себя как клоун, возможно, поэтому до сих пор был жив. Дима сидел неподвижно, чувствуя на затылке горячее дыхание Кости. Он крепко зажмурился, когда шаги остановились напротив их клетки. Острие багра срезало слой ржавчины на прутьях. Заскрипела каменная крошка под подошвами.
Почувствовав присутствие убийцы, Василий заскулил еще громче:
– Нет! Не меня! Там полно народу! Убей их!