Красная перчатка

Блэк Холли

— Ну, сперва мы будем настаивать, чтобы собаки мисс Томас прошли интенсивный курс дрессировки. А если ничего не изменится — возможно, попросим ее убрать их отсюда.

— Я так устал от воя и лая. Если вы не собираетесь ее выселять — то я ничего не скажу.

— Спасибо.

Так, крови на полу вроде бы нет. Хорошо. Выхожу в коридор.

— А вы не слишком молоды для администратора? — неожиданно интересуется мой «спаситель», скорее простое любопытство, он вроде не подозревает ничего.

Поправляю очки (так

Сэм обычно делает).

— Все так говорят. Молодо выгляжу.

Ковыляю через фойе. Хромота, видимо, помогла замаскироваться — консьерж не обращает на меня внимания. Выхожу на улицу, прокручивая в голове все детали — где я мог ошибиться? Плетусь к супермаркету, там на парковке ждет наш катафалк.

Лила выпрыгивает из машины и со смехом бросается ко мне. Парик сняла, нарисованный синяк размазался по щеке.

— Видел, как мы отожгли? Ты, наверное, пропустил самую интересную часть: я убедила Ларри, что он случайно меня ударил. В конце концов, этот молодчик на коленях нас умолял не подавать в суд.

Она обнимает меня за шею, а потом неожиданно ее ноги обвиваются вокруг моей талии.

Я кружусь на месте, держа девушку на весу. Черт с ней, с укушенной лодыжкой. Лила снова заливается радостным смехом. Сэм, улыбаясь, выходит из автомобиля.

— Она отличная мошенница. Даже лучше тебя.

— Не дерзите, молодой человек. — Я усаживаю Лилу на капот. — Я знаю, что она лучше меня.

Лила ухмыляется и, не разжимая ног, притягивает меня ближе. К поцелую примешивается привкус театрального грима и отчаяния.

Сэм закатывает глаза.

— Поужинать не хотите? Ларри нам пятьдесят баксов отстегнул.

— Конечно, поехали.

Точно знаю: таким счастливым мне больше не бывать никогда.

ГЛАВА 16

Утром в понедельник припарковываю возле отделения ФБР свой новенький «Мерседес» — подарок главы преступного клана. Прекрасная машина — встроенный GPS подсказывает дорогу, кожаные сиденья подогревают задницу, а из колонок, к которым подключен айпод, так вопит музыка, что меня пробирает до самых печенок.

Закидываю на плечо рюкзак и ставлю автомобиль на сигнализацию.

В фойе уже ждут агент Джонс и агент Хант. Вхожу вслед за ними в лифт.

— Хорошая машина, — замечает Хант.

— Да, мне тоже нравится.

— Ладно, — фыркает Джонс, — посмотрим, пацан, какие у тебя новости. Надеюсь, в этот раз ты не с пустыми руками.

Выходим на четвертом этаже, федералы конвоируют меня в какой-то кабинет. Здесь нет зеркальной стены, но жучки-то наверняка есть. Мебель простенькая: стол и два железных стула.

В такой комнате можно долго человека продержать.

— Мне нужен иммунитет от уголовного преследования. — Я усаживаюсь за стол. — Для всех совершенных в прошлом преступлений.

—

Конечно, — кивает Джонс. — Вот тебе мое слово. Кассель, ты же еще ребенок. Зачем нам сажать тебя в тюрьму за какие-то незначительные...

— Нет. В письменной форме.

— М-м-м... — вступает Хант. — Можем устроить. Не проблема. Как тебе удобнее. Подожди немного, и мы составим нужный документ. Какую бы ты информацию ни открыл — никаких обвинений. Сделка есть сделка. Мы хотим, чтобы ты на нас работал.

Достаю из рюкзака договор в трех экземплярах.

— Это что такое? — Голос у Джонса какой-то нерадостный.

Я сглатываю. Ладони потеют от волнения. Надеюсь, федералы не заметили.

— Вот мои условия. Мне не нужен договор, который вы заключили с братом. Мне нужен этот, причем его должен заверить юрист из Министерства юстиции.

Агенты озабоченно переглядываются.

— С Филипом случай особый. У него была нужная нам информация. Если собираешься торговаться — у тебя должны быть интересующие нас сведения.

— Тут тоже особый случай. Филип сообщил вам или, по крайней мере, намекнул, что знает мастера трансформации. Да? Я тоже знаю. Но я не такой простофиля. Мне не нужны пустые обещания. Этот договор должен подписать юрист из Министерства юстиции, а не шутники вроде вас с Джонсом. Потом я факсом отправлю его своему адвокату. Если она все подтвердит — получите информацию.

Хант, кажется, слегка опешил. Не знаю, догадались ли они, что убийца — мастер трансформации, но рисковать нельзя. К тому же козырей в рукаве припасено не так много.

— А если юрист не подпишет? — Джонс сменил дружелюбный тон на более серьезный.

— Ну, — пожимаю я плечами, — тогда ни нашим, ни вашим.

— Мы можем арестовать твою мать. Думаешь, мы не знаем про ее делишки? — наседает Хант.

— Я про ее делишки, во всяком случае, точно ничего не знаю, — отвечаю как можно спокойнее. — Если она что-то натворила, пусть отвечает.

— Пацан, ты же мастер смерти? — Джонс перегнулся ко мне через весь стол. — В прошлый раз почти признался. Может, ты что-то натворил, когда еще не освоился со своим даром? Бывает. Какой-нибудь ребенок по соседству, наверное, пропал без вести? Думаешь, мы не найдем улики? Если найдем — торговаться поздно будет.

Да, еще немного, и торговаться точно будет поздно.

Смог бы я, интересно, работать на Бреннанов? Помнить и все равно убивать?

— Слушайте, я вам принес документ, там мои условия. В обмен на иммунитет от уголовного преследования я раскрою личность и местоположение мастера трансформации. А также предоставлю доказательства его или ее участия в убийстве.

— Это Лила Захарова? — вдруг спрашивает Хант. — Нам уже все известно. Информация не особо ценная. Она исчезает, а у Захарова неожиданно появляется неуловимый наемный убийца.