Кракле
Шрифт:
— Уверен, что этого не произойдет! — усмехнулся Алек. — Не такой уж я — огнедышащий дракон, как ты представил.
— Ошибаешься, Алек! Именно, что «такой»! — вновь засмеялся Карл, лукаво прищурившись. — Впрочем, я на твоем месте, наверное, вел бы себя точно так же. Если не хуже!!! Я бы послал к черту все приличия, схватил жену и…
— Герой!!! — насмешливо бросил Алек и сделал небольшой глоток. — Легко рассуждать… Посмотрю, как ты, когда будешь жениться, реализуешь свой план. «Послал», «схватил», «и…»!.. Роль жениха не так проста, как кажется, Карл. Но в одном ты прав. Лора,
— Она необыкновенно хороша сегодня. Как никогда! — восторженно произнес Карл. — Эти топазы и платье — твой подарок, Алек?
— Да.
— Вкус у тебя есть! — одобрил Карл. — Как и дьявольское везенье! Подумать только!.. Жениться, не глядя, на первой встречной, чтобы, познакомившись, в нее же и влюбиться!!! Потому что эта «первая встречная» оказалась очаровательной умной девушкой, а не какой-нибудь зловредной малопривлекательной особой. Алек, ты чертовски рисковал!
— Как видишь, не зря. Удача на моей стороне! — самодовольно согласился тот, не сводя глаз с Лоры, которая стояла у окна с Энтони.
— А кстати… — Карл многозначительно усмехнулся. — Не сочти меня излишне корыстолюбивым и бестактным, но… Вспомни наше пари, Алек. Ты был тогда так категоричен, утверждая, что никогда… ни разу в жизни!.. не встречал Лору. Эх, жаль, я тогда не сориентировался! Ведь ты проиграл то пари дважды. Не так ли?
— Да! Так! — засмеялся Алек. — В умении неузнаваемо преображаться Лоре нет равных!
— Тебе тоже… — иронично намекнул Карл.
— К счастью, да! — быстро согласился Алек, устремив очередной пылкий взгляд на Лору и откровенно любуясь ею.
Внезапно, и Карл это сразу заметил, Алек напрягся, а его взгляд стал жесткими колючим.
— Э — э… — протянул Карл, мгновенно догадавшись о причине смены настроения друга. — Так не пойдет! Брось, Алек!.. Ревность — занятие, хуже не придумаешь. Тем более, беспочвенная. Да она и бывает чаще всего именно таковой. Алек, у тебя совершенно нет причин изводить себя. Успокойся.
— Нет?.. Ты говоришь, «нет причин»? — Алек залпом осушил стакан и крепко, так, что побелели пальцы, сжал его в руке. — Карл, я безропотно и с пониманием принимал и принимаю те отношения, что сложились между Лорой и Энтони. Но ты же видел сейчас… видел!.. как и я… Подобные нежности не вписываются в понятие «дружба». Согласись!
Карл забрал стакан из его руки, посмотрел на Лору и Энтони, затем на Алека, который, сдвинув брови к переносице, мрачно взирал гневным взглядом прямо перед собой, и быстро возразил:
— Брось, Алек! Ерунда, ей— Богу! Пустяк! Жест Лоры вполне невинен. Лично я расцениваю его так.
— А я… иначе… — медленно, растягивая слова, произнес Алек.
Он хотел встать, но Карл удержал его.
— Не глупи, Алек. Возьми себя в руки, наконец! Сейчас я принесу нам еще чего-нибудь выпить. Обещай, что не двинешься с места, пока я не вернусь. Не послушаешь меня — все испортишь. Я тебе плохих советов никогда не давал, ты знаешь. Поэтому доверься мне. Постарайся успокоиться и быть объективным. Я знаю Лору. Ты тоже. И Энтони — хороший парень!
Алек долго и сосредоточенно размышлял, потом несколько раз глубоко вздохнул, посмотрел на безмятежно
— Все, Карл. Я — в порядке. Ты прав. Не стоит на пустом месте… Ч— черт! Этот ее жест не идет у меня из головы! Хотел бы я знать, почему Лора так сделала? О чем она беседует с Энтони?
Неопределенно пожав плечами, Карл, уверившись, что гроза миновала, пробормотал: «Да мало ли!..» и отправился за напитками.
Утешало в этой ситуации то, что Лора, кажется, не заметила, какую бурю страстей вызвала ее беседа с Энтони.
Они какое-то время просто молча стояли у окна, спокойно вглядываясь сквозь блики стекла в неясные контуры, окутанные темнотой.
— Как ты думаешь, Антуан… — не поворачиваясь, тихо спросила Лора, опираясь руками о подоконник. — Я правильно поступила?..
Искоса взглянув на нее, Энтони мягко улыбнулся и спокойно произнес: — Ты все-таки сомневаешься, Лорелея?.. «Только одно лекарство есть против этого: противопоставить ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ натискам ВООБРАЖЕНИЯ». Это не мои слова. Так сказал французский философ Поль Бурже. По-моему, ты пошла именно по этому пути, Лорелея. И на мой взгляд, этот путь, действительно, единственно правильный.
— Наверное… — с коротким вздохом согласилась Лора.
Они помолчали, вновь устремив за окно задумчивые взгляды.
— Лорелея… — негромко позвал Энтони. — Не надо мучить себя. Александр тебе небезразличен. Ведь так? — на стекле отразился ее робкий утвердительный кивок. — А это главное. Есть и еще одно. Не менее важное. Александр любит тебя.
Она вдруг, чуть повернув голову через плечо, посмотрела на Алека, весело беседующего с Карлом, и быстро отвернулась.
Энтони постучал по подоконнику кончиками пальцев, хотел что-то сказать, но в этот момент услышал тихий голос Лоры.
— Антуан… понимаешь…
Конечно, он не оставил без внимания ее действия, поэтому, не давая договорить, откликнулся:
— Понимаю, Лорелея. Все понимаю… — и внезапно, с неожиданно сильным внутренним чувством, продолжил: — Да ведь это замечательно, что ты, в отличие от большинства, узнала самые разные стороны характера своего мужа! Увидела его при самых различных обстоятельствах! На работе, в быту, на отдыхе. Узнала как руководителя и хозяина, одинокого человека и влюбленного мужчину. Мужчину, способного добиваться поставленной цели! Александр делал все возможное и невозможное, но результат налицо: твоего ответного чувства он добился.
— В том-то и дело, Антуан… Не он… Крис… — едва шевельнув губами, почти беззвучно, с нескрываемым сожалением и горечью вымолвила Лора.
Проницательно посмотрев на нее, Энтони тряхнул волосами и медленно, растягивая слова, как бы размышляя вслух, возразил:
— Ты не права, Лорелея… Пусть позже… но ты обязательно поймешь… что… твое сердце… откликнулось ИМЕННО, — выделил он, — Александру Кристоферу. И не напрасно. Твой муж, Лорелея, достойный человек. Порядочный.
— Может быть. Но лучше тебя, Антуан, все равно никого на свете нет! — с теплотой, глубоким внутренним убеждением, непередаваемой искренностью и особым чувством отозвалась Лора.