Кракле

Карент Оливия

— О! Это замечательно! Наконец-то вы и о родителях вспомнили! Мы об этом и не мечтали! Спасибо, сын! Спасибо, Лора!.. — дружно восклицали довольные сияющие Отто и Нина.

— Поэтому, дорогие родители, отдыхайте и набирайтесь сил, чтобы вечером быть бодрыми и веселыми! — шутливо заявил Алек. — А нам пора.

— Конечно, конечно…

Алек взял Лору под руку, повел к выходу и, наклонившись к ней, насмешливо, чтобы слышала только она, произнес:

— Надеюсь, сегодня ты, Лора, не ошибешься и не подпишешься, например, «Чингачгук — Большой Змей» или «Красная Шапочка»!

— Скорее уж, «Летучий Голландец»! — грустно

усмехнулась Лора.

— Ничего у тебя не выйдет! На этот раз я прослежу тщательнейшим образом, чтобы тебя, Лора, не одолел внезапный творческий порыв к сочинению какого-нибудь нового экзотического имени. Как это ни сложно для тебя, но придется запомнить, что отныне тебя зовут Лора Редфорд— Эймс.

— Не запомнить, а смириться, — с нескрываемой горечью уточнила она. При последующем обоюдном молчании они вернулись в спальню. Лора, положив часы на небольшой столик, грустно смотрела на них какое-то время, затем прошла на балкон и, облокотившись о перила, устремила взгляд высоко-высоко в небо.

После непродолжительного раздумья Алек вышел вслед за Лорой и стал рядом, искоса глядя на нее. Проходила минута за минутой, но никто из них не произносил ни слова. Первой нарушила молчание Лора. Она, не меняя позы, вдруг размеренно спросила:

— В этом доме… найдутся… сигареты?

— Сигареты?!! — удивленно переспросил Алек, до глубины души ошеломленный неожиданностью и необычностью ее просьбы.

— Да. Сигареты, — последовал бесстрастный ответ.

— Конечно, найдутся… Принести?.. — немного растерянно предложил он. — Да.

— Хорошо. Сейчас…

Вскоре Алек вернулся и, протянув пачку, сказал:

— Вот… Как ты хотела, Лора, сигареты…

Она бросила на его руки быстрый взгляд, потом вновь устремила его вверх и невыразительно предложила:

— Покурим?..

— Что— о— о?!! — от изумления Алек едва не выронил из рук пачку, потом пожал плечами, не понимая настроения Лоры и пытаясь по ходу беседы быстро сориентироваться, согласно кивнул. — Если хочешь…

— Прикури сам… пожалуйста…

— Хорошо.

Алек достал сигарету и, щелкнув зажигалкой, протянул Лоре.

— Вот… возьми…

— Спасибо, — она взяла сигарету и посмотрела прямо в лицо Алека. — А себе?

— СЕБЕ?!! Я?!! Вообще-то я… Впрочем!..

Он достал еще одну сигарету и повторно щелкнул зажигалкой.

Едва Алек выдохнул, Лора, державшая перед собой на вытянутой руке тлеющую сигарету, на огонек которой, не отрываясь, пристально смотрела, тихо, с грустной усмешкой, задумчиво произнесла:

— Ментол… знакомый аромат… Или мне это только кажется?.. Может быть, это где-то там… в ПЯТОМ ИЗМЕРЕНИИ… ДРУГОЙ ГАЛАКТИКЕ… и может быть, не со мной… а с кем-то другим… немного в чем-то похожим на меня… или даже непохожим… все происходит?..

Алек нервно выбросил свою сигарету, затем ту сигарету, которую держала в руке Лора, сжал ладонями ее плечи, развернул к себе и взволнованно заговорил:

— Лора, я все понимаю!.. Не считай меня таким уж бесчувственным болваном! Но мы не можем дальше… вот так… как есть. Ты не смотришь на меня. Никак не называешь. Но я же — живой человек. И тоже переживаю! Так что нам делать?.. — он перевел дыхание и тихо и проникновенно добавил: — Ты приняла часы моего отца… и я подумал, что ты… ты решила… что мы должны… остаться вместе. И это правильно. Потому что вместе нам с тобой было так хорошо! Вспомни, Лора! Хотя, я уверен,

ты ничего не забыла! Ведь так? Так, Лора?.. Но почему же сейчас между нами пропасть, стена, песчаная бескрайняя пустыня? Я не хочу, чтобы так было! Не хочу!!! Поэтому ответь прямо. Ты, действительно, согласна быть моей женой? Или просто пожалела отца? Проявила, так сказать, душевную доброту, поддавшись благородному благотворительному порыву. Ответь!

Опустив голову, Лора молчала, потом едва слышно возразила:

— Я никогда не совершаю поступков из одной только жалости или сиюминутного сострадания. Если сегодня на регистрации я скажу «да», то, в отличие от венчания, на этот раз сделаю это вполне осознанно.

— Но что значит «если скажу»? — поспешно уточнил Алек. — У тебя есть какие-то сомнения? Или ты нарочно мучаешь меня?

— Я говорила о другом.

— Хорошо! Оставим это! — нервно и возбужденно перебил он Лору и быстро сказал: — Сейчас меня волнует только один вопрос, конкретный ответ на который я хочу получить немедленно. Ты будешь моей женой, Лора?

Алек притянул Лору к себе, крепко обнял и, уткнувшись лицом в ее макушку, глухо повторил:

— Ты станешь моей… — и после недолгой паузы добавил: — … женой?

Против воли и разума Лора вдруг ощутила, что рядом с ней в эту минуту… Крис. Ему ответить отказом Лора не могла. Поэтому, зажмурившись, нежно, но почти беззвучно, вымолвила:

— Да…

Это, наверное, было за гранью человеческих возможностей, но Алек услышал ее короткий ответ, потому что все его существо было настроено на ожидание этого так страстно желаемого «да». Алек ликовал.

Но все же Лора интуитивно поняла, что он ждет не только этого. Она встряхнула головой, вздохнула и все так же тихо дополнила:

— … Алек…

Он был немного разочарован тем, что Лора не назвала его «Крис». Это его имя могло стать тем мостиком, который соединил бы их с Лорой счастливое, безмятежное, радостное общее прошлое и настоящее. Имя «Крис» являлось тем особым символом, благословенным знаком судьбы, что напоминал секунды, минуты, часы душевной близости и полного единения, которые Алек безумно хотел бы вернуть.

— Я … — начал он, но договорить не успел.

Лора, к его огромному огорчению, мягко выскользнула из объятий и торопливо покинула балкон. Алек пошел за ней, с сожалением думая о том, что Лора прервала его, и он так и не успел сказать то, что собирался. О своей любви.

Занимаясь неотложными делами на кухне, Лора пыталась объективно разобрать и осмыслить как все то, что произошло, так и свое решение.

Стараясь не поддаваться эмоциям и заставляя себя быть беспристрастной, Лора, хоть и вынужденно, но признавала, что «Алек» и «Крис», действительно, во многом похожи, да вот она этого долгое время упорно не замечала!.. Только теперь Лора поняла неоднократные настойчивые призывы матери как следует обдумать, внимательно и серьезно оценить свои отношения как с Крисом, так и Алеком. Ну почему было не прислушаться к здравому совету той, которая дала ей, Лоре, жизнь, безумно любила и всегда и во всем являлась авторитетом, тактично и ненавязчиво излагая собственное мнение; всегда и во всем предоставляя детям свободу выбора?!! Мать хотела ей помочь, подсказать, где искать правильный выход! А она, Лора, этого не поняла, занятая лишь собственными чувствами, доверяясь лишь собственному восприятию и мнению. И вот теперь…