Коварная одержимость
Шрифт:
Учитывая, что мы практически полностью вытеснили русских из города, значит, что они либо проявляют осторожность, либо на игровом поле появился кто-то новый. В любом случае, информация просачивается из моего окружения.
— Я могу что-нибудь сделать? — Спрашивает Дарио почти с надеждой.
Я тушу сигару.
— Вы друзья с Дмитрием Волковым, не так ли?
Он выглядит смущенным.
— Ну, мы пару раз зависали вместе, да. Не сказал бы, что мы прям друзья, но… — Тут до него доходит. — Почему ты думаешь, что он
Я пожимаю плечами. Он русский парень. Или, скорее, маленький принц, брошенный Братвой, которого я часто проверял, чтобы убедиться, что он не пойдет по стопам своего папаши. Но его связь с Арой нуждается в контроле.
— Мне нужно, чтобы ты рассказал мне о местах, которые он часто посещает, — требую я от своего брата.
Я мог бы сам найти информацию, но поиск займет несколько дней, а мне нужно быстрее. Я не из тех, кто устраивает формальные встречи, но, если и устраиваю, только по своей инициативе.
Дарио все еще в замешательстве, но кивает.
— Ладно. Я узнаю пару мест, где он бывает.
— Хорошо. Можешь идти, — говорю я, давая понять, что разговор окончен.
Он бросает взгляд через мое плечо на Лоренцо, который все это время молчит.
— Брат, пожалуйста. Клянусь, что уже не пью так много. В последнее время я чувствую себя намного лучше, и я действительно хочу помочь. Я знаю, ты ненавидишь меня, но, пожалуйста, подумай…
— Уходи. — Холодно отвечаю я, не скрывая ярости. Между нами возникает невысказанное воспоминание. С чего все это началось. Какой бардак он устроил. Его жизнь висит на тоненьком волоске, который я могу оборвать в любой момент. Если бы не я, он давно был бы мертв.
Дарио сглатывает, сжимает челюсть и молча уходит. Он знает правду — он дышит только благодаря мне. Ему повезло, что я вообще его терплю.
Мы с Лоренцо наблюдаем, как Дарио закрывает за собой дверь.
— Ты действительно думаешь, что Дмитрий Волков имеет к этому какое-то отношение? — Спрашивает Лоренцо.
Я беру в руки фотографию Дмитрия, входящего в офисное здание Aры. Я заметил их короткое взаимодействие на ужине, они явно были знакомы. Тот факт, что он пришел к ней в офис на следующий день — либо верх глупости, либо своего рода вызов, чтобы привлечь мое внимание. Даже он должен понимать: если я что-то называю своим, я не оставлю это без присмотра.
— Все возможно.
Мне нужно изучить все варианты и найти тот, который приведет меня к утечке информации.
Я беру телефон, ожидая очередного сообщения от Ары.
Ничего.
У меня сводит челюсть.
Я позабочусь о том, чтобы я был единственным, о ком она думает каждую секунду в течение дня.
И если единственный способ добиться от нее ответа — провоцировать ее…
Значит, так тому и быть.
17
Да он, блять,
Мой офис превратился в море черных роз, и все они ведут к моему столу.
Я прочистила горло, стараясь не показать, как мой голос дрожит. За моей спиной Лиам выглядит обеспокоенным.
— Я была на совещании всего час. Когда все это здесь оказалось? — Спрашиваю я, стараясь сохранить ровный тон.
— Как только вы ушли на встречу, мисс Бароне. Судя по всему, здесь тысяча двенадцать роз. Хотя я их лично не пересчитывал.
Я сжала челюсть так сильно, что почувствовала боль. Лишь бы не сказать что-нибудь лишнее.
— А еще на вашем столе записка и длинная черная коробка, — добавил он, почесывая затылок, явно не в восторге от того, что ему приходится сообщать об этом.
Внезапно я услышала резкий визг и чуть не споткнулась.
— Что, черт возьми, это такое? — Я наконец заметила черную клетку среди роз. Только не говорите, что он подарил мне гребаную птицу.
— Гиацинтовый ара, мадам, — с каким-то странным благоговением ответил Лиам.
Я уставилась на него с широко открытыми глазами.
— Ваш поклонник, видимо, любит экзотику, — попытался пошутить он, но тут же осекся, поймав мой взгляд, и снова прочистил горло.
Мой телефон завибрировал в кармане, и я, внезапно вспомнив, что держу в руках бумаги, неловко извлекла его.
Неизвестный номер: Я больше не хочу видеть, чтобы какой-либо мужчина дарил тебе розы. Тебе лучше держаться подальше от Дмитрия Волкова.
Я резко вдохнула, стараясь не взорваться от злости. Этот мужчина знает, как меня вывести из себя.
Ара: Cнова компенсируешь? И, черт возьми, птица?!
Неизвестный номер: Напоминание, что я люблю держать в клетке то, что принадлежит мне.
Сжав зубы, я повернулась к Лиаму.
— Ты, похоже, хорошо разбираешься в птицах?
Его глаза загорелись.
— Да, мы держали множество птиц на ферме, где я вырос.
— Отлично. Считай его своим. Сообщи всем, что они могут взять столько роз, сколько захотят. Если к концу дня что-то останется, выкинь все.
Лиам ошеломленно посмотрел на меня.
— Вы уверены? Эти попугаи очень дорогие, а розы…
Мой взгляд заставил его замолчать. Но когда он снова посмотрел на птицу, я заметила, как его глаза загорелись, словно он только что выиграл джекпот. Хотя бы один из нас нашел в этом радость.
Идя по дорожке из роз, я понимаю, что Лука пытается — и, возможно, успешно — вывести на чистую воду мое внутреннее безумие.
Я остановилась перед длинной черной коробкой с черной лентой. Под лентой была спрятана записка. Положив бумаги на стол, я взяла записку и развернула ее.