Кот
Шрифт:
— Хорошо… а я не Принцесса… Блин… всегда эта пуговица мешает…
— Солнышко… подожди. Я не Кот. Я… Егор.
— Ну конечно, любимый… А я — Айгуль…
— Саша!.. Серьезно. Не Кот я, не Кот! Егор!..
— Что?!. Егор?..
— Постой, я все объясню!..
— Блин!.. Не видно ни фига!.. Включи свет… Быстро!..
— Сейчас. Честно говоря, я думал, что, когда признаюсь, ты скажешь «наконец-то» или что-нибудь в этом роде.
— Размечтался!..
Принцесса зажмурилась от яркого света. Хотя он не был очень уж ярким Егор включил только приглушенные настенные лампы, —
— Не смотри.
— Почему? Что тебя так испугало?
— Где этот ублюдок?
— Ты про Кота?
— Про римского папу!.. Ссскоты!..
— Его нет. Подожди!.. Пожалуйста, не уходи. Прости меня. Я не хотел тебя обидеть. Правда. Я к тебе не прикоснусь. Давай просто поговорим. Он должен вот-вот прийти. Он ничего об этом не знает. Честное слово. Не думай, что это кто-то подстроил…
— Ты такой странный, Егор. Зачем ты это сделал?
— Понимаешь… я… сам не знаю.
— Слушай, а Кот?.. Он когда появится? Мы с ним вообще-то договаривались.
— Я знаю. Он немного задерживается. Просил, чтобы я тебя встретил.
— Ага. Значит, все-таки договорились.
— Только об этом.
— О чем? О том, что у нас на диване творилось?..
— Глупая ты. Что встречу, кофе предложу… ну не знаю… музыку там…
— Ну так предлагай. Умный.
— Да?.. А… Извини. Хочешь кофе?
— Кофе так кофе. А можно покрепче?
— Виски?
— А вы что пьете? С Котом.
— По-разному… Квас-водку… Он — молоко и пиво… с этой маленькой рыбкой.
— О! Отлично! Пьем квас-водку!
— Я сейчас. Включить тебе что-нибудь? Телевизор?..
— Лучше музыку. Есть Лавэй?
— Есть.
— Ладно, иди, я сама разберусь.
— Хорошо. Пульт — там…
Принцесса села на пол около музыкального центра. Он был весь обтекаемый, суперский, такой… серебристый. Она поставила Грима Лавэя и оглядела комнату. Кроме музыкального центра, дивана, книжных полок по всем стенам, огромного телевизора, плотных жалюзи и мягко светящих ламп на стенах и на полу, в комнате ничего не было.
Стены были однотонными, цвета слоновой кости, их украшали несколько картинок в темных паспарту, покрытие на полу походило на мелкий пляжный песок и было удивительно мягким.
Двустворчатая дверь светлого дерева с разноцветными кусочками стекла осталась полуоткрытой… Из-за нее долетали бытовые звуки далекой кухни.
Странный парень. Зачем он это сделал? Почему-то она не злилась. Скорее, как-то стеснялась. Непонятно, не внешне. Застенчивость не украшает принцесс, и это не Сашино качество. Принцесса пыталась понять, почему не ушла. И не понимала. Может быть, что-то такое в глазах Егора?.. Глаза у него были серые. И насмешливые, несмотря на почти умоляющее выражение, раскаяние и обожание.
Этно-экологическая музыка заполняла пространство комнаты и успокаивала.
Минут через пять Егор прикатил на столике кофе, мороженое, черничное варенье и высокие стаканы с квас-водкой. Принцесса попробовала зелье, и оно ей, как ни странно, понравилось —
Егор явно чувствовал себя напряженно, и это неожиданно расслабило Сашу. Она забралась с ногами на диван и стала рассказывать что-то о своем лондонском колледже, о подругах, о каких-то детских делах. Словно и не было темной комнаты, этой… возни, возбуждения, признания Егора, смущения, неловкости и страшного раздражения.
Кот все не шел, но Принцессе этого уже как-то и не хотелось. Ей стало тепло и весело от коктейля, ее тянуло потанцевать. Егор был никакой, совсем никакой, и Саша решила его подразнить.
— Егор, почему ты признался? — неожиданно перебила она саму себя. Почему сказал, что ты не Кот? Я ведь ничего не поняла бы.
— Разве?
— В темноте… Мы бы с тобой классно перепихну…
— Саша… Послушай, не надо. Я правда не хотел тебя обидеть.
— Да я не сержусь, я понять хочу. Я не заподозрила бы, отличить довольно трудно — вы так похожи, — да и у нас с Котом ведь толком ничего не было, так… Поприкалывались. В общем, сравнивать не с чем. Странно все это. Ни один мужик не отказался бы от того, что я начала тебе…
— Саш, твоя откровенность… знаешь…
— Как ты смог признаться, что ты не он, отказаться от меня в темноте, когда я думала, что ты — это не ты?
— Вот именно.
— Что «вот именно»?
— Ты думала, что я — не я.
— Это важно?
— Для меня — да.
— Ты ненормальный?
— Возможно.
— Ты ненормальный. Ладно. Спасибо за кофе и этот… квас-водку. Забавная штука. Кто придумал? Ты? Я так и подумала. Только там, по-моему, не водка. Братцу своему, Котику, привет не передавай. Скажи, что я не приходила. Ясно? Слушай, вы так похожи внешне и такие разные. А-фи-геть!.. Отец говорит, что ты крутой бизнесмен. Ну, что… Остальные комнаты и все прочее осмотрим в другой раз. О'кей? Ну пока.
— Подожди.
— Да я сама. Не маленькая.
— Я хотел тебе сказать… В общем, у меня нет никакого брата-близнеца… Понимаешь… Кота нет… Дело в том, что я… что у меня…
— Знаешь, а пожалуй, его и правда больше нет. Для меня по крайней мере. Все, пока. Поздно уже.
По дороге домой Саше хотелось рыдать. Качаясь на заднем сиденье машины, Принцесса едва сдерживалась, стискивая зубами краешек носового платка. Оказалось, что это банальное и избитое средство здорово помогает при большом желании разреветься. Тем вечером Саша во второй раз потеряла Кота и чувствовала, что это уже навсегда. Но появилось что-то еще. И об этом ей пока думать не хотелось.
«Кота нет… Дело в том, что я… что у меня… Придурок! Так облажаться!.. Ничего толком не сказал! Ни-че-го, что собирался сказать! Она теперь думает, что я сумасшедший, больной. Это точно. Добился взаимности, урод! А может, она не вникала в слова? Может, как-то сгладится, рассосется?.. Прав был Кот. Не надо было с ним ссориться… Но… он и Принцесса… Хотя она сказала, что ничего толком не было… Что она имела в виду? Поприкалывались… Если то же, что сегодня со мной… Нашли прикольчики. Блин!.. Где этот мохнатый ублюдок?!. Да нет, теперь все пропало…»