Кот

Буртяк Сергей

Наши друзья целовались так, что старушки на улице падали от разрывов сердец, а милиционеры глотали свистки.

В Камергерском было празднично от оранжево-синих огней, музыки, голосов и ароматов приятно-навязчивой кухни. Вряд ли Саша и Кот много разговаривали. Он не выпускал ее узкую нежную лапку и время от времени что-то мурлыкал на ухо. Она внимательно слушала, чуть склонив голову, глядя вниз и улыбаясь.

Свернули направо, прошли мимо Всадника и дальше, мимо Поэта, еще раз свернули и заглянули в кино. В зале было бы темно, не будь там экрана.

Забрались в уютный уголок. Кот достал

из кармана пакетик с белым порошком и свернул в трубочку стодолларовую купюру. Его глаз заблестел в полумраке. Принцесса не отказалась…

…Его губы и пальцы, его язык и даже его зубы вытворяли невозможное…

Принцесса проснулась от наслаждения. Оно росло, переполняло ее и в конце концов выплеснулось в золотистый воздух утренней комнаты вместе с мучительно сладостным стоном.

Солнце словно помолодело — было ощущение, что за окнами начинается май. Высвободив руку из-под своего любимого черного одеяла с изображением одинаковых серых котов, Принцесса взяла с полки вчерашний киношный билет. Спутниковый номер Кота был написан сбоку четкими крупными цифрами…

Шлейф разборки тянулся с вечера, когда выяснилось, что у Кота было свидание с Сашей. Кот попытался объяснить, что Егору еще рано вступать в эти отношения под своим именем, их следует укрепить. Егор чувствовал фальшь. Ложь. Кот чувствовал недоверие. Оба слишком устали, чтобы разговор получился.

Утром они продолжили, однако отдых на пользу не пошел: Егор уже точно знал, что Кот из помощника превратился в соперника. То есть — врага. Как решить дело мирно, Мельников не понимал.

— Да потерпи ты немного, она влюбится в меня (а значит, в тебя) окончательно, и тебе больше ничего не надо будет делать, только взять ее голенькую теплыми руками… то есть, наоборот. Извини. Зря ты ревнуешь, я к ней ничего не испытываю, у меня другие вкусы. Ты же знаешь…

— Ничего я не знаю! Я вообще больше не понимаю, кто ты такой, какой ты и зачем тебе все это нужно!.. Теперь не понимаю. Я видел твои глаза после этого свидания. Ты от Машки своей драгоценной таким никогда не приходил. И вообще, я не собираюсь обсуждать с тобой эту тему дальше.

— Тогда, прости, я не понимаю, чего ты хочешь.

— Только не этого! Ты обещал помогать, а сам пытаешься отнять у меня Принцессу!..

— Да я помогаю тебе, болван! Она же не мокрощелка, как те, которых ты трахал на своих тусовках, ты не врубаешься, как с ней обращаться, она Принцесса, пойми. Принцесса!.. Если ты сейчас влезешь, то все испортишь!..

— Ничего страшного!.. По крайней мере, я буду делать это от чистого сердца. Ты же не любишь ее! В тебе только похоть и разврат. Разве на этом можно строить что-то настоящее?!. Разве человек — только машина для секса? О каком подходе вообще можно говорить! Так, как ты с Сашей… так же легче всего. Она для тебя ничто, кукла, и тогда нет барьеров, ты свободен, обаятелен, в тебе шарм…

— Да. А в тебе не будет, потому что ты боишься ее, как влюбленный страус, и все время будешь прятать морду в песок, показывая свой трусливый зад. Она от тебя отвернется.

— Ты так в этом уверен?! Что ты можешь знать о любви со своим цинизмом и равнодушием? И потом ты же, как животное…

— Почему как животное? Я и есть, собственно… Я ведь кот.

— Да ты не кот,

ты муфлон, мерин похотливый.

— Как ты меня достал! Ленивый и вялый слизняк, ленивый и вялый! Слизняк. Понимаешь? Ты же забыть не можешь о своей рафинированной персоне и хоть раз по-настоящему подумать о другом человеке, о любимой женщине, все дрочишь свой человеческий эгоизм! Удод застенчивый! Да пошел ты!.. Попробуй без меня пожить. Попробуй стать естественным, как животное! Без меня! Может, тогда кто-нибудь всерьез к тебе отнесется! Щенок! И не забудь: у нас с ней на вечер назначено свидание. Влюбленный…

— Катись-катись! Урод! Жалко, я тебя тогда не кастрировал! Сссссука… (Егора явно запоздало понесло.) Ублюдок мохнатый. Тварь! И не смей больше выдавать себя за меня, понтярщик! Сссука… Урод…

— Слушай, а я, кажется, понял, в чем тут дело. Не в Принцессе, нет? Кажется, я понимаю… Дело в бизнесе, так? Ты просто испугался.

И Кот исчез. Когда Егор очнулся, Кота уже не было. Егор скоро остыл, думал, тот отойдет и вернется — куда там, исчез, и все, как и не было. Тогда Мельников понял, что это не шутки. Он запаниковал и хотел было, как обычно, спрятаться в ракушку. Не в ту ракушку, куда ставили когда-то машины во дворах, а, скорее, в виртуальную. Но дел было — не разгребешь, и просто так пропасть он не мог. Для начала нужно было вечером встретиться с Принцессой вместо Кота. Он ждал свидания с содроганием, потому что не владел ситуацией и собой. Он дико боялся. И, как выяснилось, не зря.

«Ничего, — пытался успокоить себя Егор, — не обязательно становиться животным. Людям проще договориться между собой. И потом, любовь — не инстинкт; для того чтобы любить, нужно как раз быть не животным, а человеком. А иначе любовь превращается в грязь».

Слова Егор говорил себе вроде бы правильные, но понимал и чувствовал, что Кот с его особым опытом и талантом сейчас важнее всех высоких стремлений. Отправляясь на свидание, Егор точно знал, чем оно кончится. И тем не менее шел. А что делать?.. Притвориться больным, как в детстве, чтобы не ходить в школу? И ждать, когда вернется Кот?.. Егор уже почти решил, что так и надо сделать. Но тут завибрировал комм. Это была Принцесса…

— Котик, ты здесь?.. Так гулко… Э-эй!.. Кууул!.. Просто пещера… Не хватает костра и шкуры саблезубого тигра… А так оччень сексуальная пещерка.

— Иди прямо, ничего не бойся.

— Ой!.. Какой-то таинственный голос. Там снаружи было открыто, а звонок не работает. И света нет.

— Да, я знаю. У меня был большой ремонт. Я все здесь меняю. Смелее…

— Что у тебя с голосом?

— А что?

— Не знаю, показалось. Наверное, из-за эха. Ой, я боюсь… Долго еще идти?

— Нет.

— Слушай, а ты все видишь?

— Почти.

— Ты должен видеть все. Кошки видят в темноте идеально. Ой!.. Это диван?

— Да.

— Как хорошо… Привет… Так соскучилась… А это что это у нас тут такое?.. — она говорила тоном, которым успокаивают маленьких детей.

— Саша… подожди…

— Котик… ты мне так нравишься… Почему ты со мной не разговариваешь?..

— Принцесса моя… Я тебя… подожди…

— Ты меня что?.. Любишь?

— Да… только…

— Что только?..

— Подожди… да подожди же!.. Я… я не Кот.