Королева вампиров

Робинсон Андреа

Я бросаю взгляд на Кэролайн.

— Ты же не… — начинаю я, но с ужасом вижу, как сверкают его серые глаза, вижу, как горят его щеки.

— О, я не сделал ее вампиром. Просто выпил немного. Как-никак, я уже очень давно не позволял себе насладиться свежей человеческой кровью, — говорит он. Приблизившись, он проводит ледяным пальцем по моей щеке и открытой коже над воротником футболки. — Обычно мне бывает трудно остановиться. Но сейчас я вспомнил, что она мне нужна, чтобы заполучить тебя.

Не

подумав, я резко отбрасываю его руку. «Как насчет того, чтобы не злить безумного вампира, который держит твою сестру в заложниках, а, Софи? Особенно тогда, когда он еще даже не попытался сделать первый шаг», — говорю я себе. Сглотнув, я пытаюсь говорить как можно спокойнее:

— Я думала, что тебе понадобятся свидетели.

— Они у нас есть, — возражает он.

— Кто? Белки?

— Нет, разумеется, нет, — отвечает он. — Иногда твой юмор неуместен. Я говорю о Девоне и Эшли.

— Но они едва умеют разговаривать!

— Я признаю, что они не идеальны, но ты не оставила мне другого выбора. И все же, просто чтобы развеять твои сомнения...

Он подходит и похлопывает одного из них по щеке:

— Ну, Эшли, поздоровайся с Софочкой.

Эшли открывает рот и издает невнятное кряканье.

— Скажи словами, — настаивает Влад, но я не успеваю выяснить, отвечает ли ему Эшли, потому что Кэролайн начинает дергаться. Мне нужно отвлечь его.

— Ладно, — говорю я громко, чтобы заглушить ее стон.

Влад поворачивается ко мне:

— Что «ладно»?

— Расскажи мне подробнее о том, что случится, когда мы станем данаями, — прошу я, перемещаясь в сторону, так чтобы он полностью повернулся спиной к Кэролайн, которая начинает моргать, словно пытаясь сфокусировать взгляд.

Он улыбается.

— Я подозревал, что ты не так равнодушна, как говорила. Я уверен, что они щедро вознаградят меня. Настоящий дом, для начала. Говорят, что у них их тысячи по всему миру. А затем, возможно, какая-нибудь высокая должность.

Кэролайн уже полностью очнулась и смотрит на нас расширенными, полными ужаса глазами. Не отрывая от нее взгляда, я пытаюсь мысленно призвать ее сохранять спокойствие. Ничего не выходит: Кэролайн начинает судорожно дергаться. Не знаю, чем привязал ее Влад, но он явно не учел гибкости девушки-чирлидера. Как бы то ни было, бесшумность девушкам-чирлидерам явно не свойственна. Чтобы заглушить ее движения, я делаю шаг к Владу, предварительно проверив, что Девон и Эшли ничего не заметили. Нет. Их лица по-прежнему совершенно пусты. Однако...

— Влад, — умильно говорю я. — Я не хочу, чтобы они на нас смотрели. Это гадко.

Он рявкает на двойников через мое плечо.

— Отвернитесь, — приказывает он, и они послушно отворачиваются лицом к деревьям.

Когда он снова поворачивается ко мне с самодовольной улыбкой,

словно говорящей: «Видишь, какой я всемогущий!», я спрашиваю, какую должность он хотел бы занять.

— Не знаю, — отвечает он. — Я всегда хотел быть судьей. Главный судья Влад Мерво. Да, это звучит превосходно.

— Ты будешь прекрасным судьей, — вру я, заметив, что Кэролайн почти освободилась. Его лицо приближается ко мне так близко, что я вижу темно-серые ободки вокруг его зрачков. Взяв мою руку, он Подушечками пальцев пробегается по моей ладони.

— Знаешь, ты не совсем безнадежна. Мы вместе поработаем над стилем одежды.

«Успокойся, мое взволнованное сердце». Теперь, когда Влад так близко, я уже не могу видеть Кэролайн. Я надеюсь, что, освободившись, она побежит прочь. Просто побежит прочь. И тогда, будучи уверенной, что она в безопасности, я совершу удар с помощью моей ложки.

Беседа о карьерном росте настроила Влада на любовный лад. Он придвигается, пытаясь прижать меня к себе, и я инстинктивно отступаю назад, пока не упираюсь спиной в ствол дерева. Черты его лица расслабились, и теперь он смотрит на меня с ленивым удовольствием. Капли дождя, барабанящие по кронам деревьев, заглушают почти все остальные звуки. Вокруг так много шорохов, что трудно определить, какой из них издает Кэролайн. Я опираюсь спиной о дерево, вцепившись в кору ногтями, и встаю на цыпочки, чтобы исподтишка посмотреть ему за спину. Но это оказывается ошибкой. Его брови сдвигаются, сигнализируя о подозрениях, и он начинает поворачивать голову. Мне нужно остановить его. Но как?

Метнувшись вперед, я хватаю его за голову и тяну к себе. Но не успеваю я отвлечь его эротичным поцелуем в щечку, который вошел бы в анналы истории соблазнительниц, как он поворачивает голову и прижимает губы к моему рту. Его губы холодные, влажные и немного... соленые. Боже. Боже. Какая мерзость. Я вцепляюсь пальцами в его рубашку, но не потому, что плавлюсь от наслаждения, а потому, что это помогает мне не оттолкнуть его прочь, когда его губы начинают медленно двигаться. Надеюсь, что Кэролайн сейчас уже бежит прочь со скоростью ветра. Да, со скоростью ветра.

Мы вдруг со скрежетом ударяемся зубами. Он кусает меня за губу. Я чувствую острый укол боли, как от укуса пчелы, и у меня перехватывает дыхание. Резко отстранившись, я, не раздумывая, бросаюсь в сторону — не будучи знакомой с плюсами и минусами вампирских любовных игр, я твердо намерена избежать любых «действий», которые должны последовать за поцелуем. Я поворачиваюсь к нему, готовая либо защищаться, либо извиняться. Сначала мой мозг отказывается осознавать картину, которую я вижу перед собой. Когда он наконец ее обрабатывает, мне остается только желать, чтобы это была галлюцинация.