Королева мстить желает

Тихая Елена

— Безусловно, вам стоит это сделать. С такой-то историей семьи…

— Да. Вот сейчас вам рассказал и сам ужаснулся. Теперь мне не кажется, что та деревня случайно получила ошибочное письмо о повышенных налогах. Были ещё случаи. Например, перед выездом я заметил кузнецов, которых распорядился направить к вам. Оказалось, что отец подкорректировал мой приказ. Теперь мне предстоит с этим разбираться. Но кузнецы должны прибыть вслед за мной.

— Спасибо, конечно. Но могу я дать вам совет? — хмурилась я.

— Конечно.

— Только

не обижайтесь. Но из того, что вы мне только что рассказали, я делаю только один вывод: ваш отец не оставил попыток свергнуть королей. И скорее всего, именно поэтому не отдаёт вам власть полностью. Думаю, что и люди не все будут вам подчиняться. Как, кстати, его сейчас называют? Не может же быть двух герцогов Дюранец.

— Экс-герцог Дюранец. Но он себя так давно зовёт. После смерти второго отца и матери. И да, возможно, вы правы, — поджал он губы.

— Экс-герцог, говорите… А не скажете, сколько мужчин у нас в стране ещё носят такой титул?

Рискованно, конечно, постороннего спрашивать о таком, но я ведь и не уточняю ничего.

— Учитывая, что у нас в стране всего три герцогства… Герцоги Ацан уже в возрасте, но у них дочь на выданье. По правилам наследования она станет герцогиней, а её мужья новыми герцогами. Вот тогда появятся два экс-герцога Ацан. А пока нет. Есть ещё экс-герцоги Енозу, но они уже одной ногой в могиле. Их сыновья, действующие герцоги Енозу, внуки ещё юны. И к тому же они крайне редко ездят в столицу. Например, в последние новогодние балы их не было. Территории слишком далеко. А к чему вы это спросили?

— Я не могу вам пока это сказать. Простите. — Теперь была моя очередь поджимать губы. — И вы обещали рассказать о конфликте с графами Монтеро.

— Обещал, не спорю. Но здесь всё гораздо проще и не так длительно. Как я уже сказал, моя мать любила первого отца. Второму доставались крохи её внимания. В меру деловых отношений с вашим графством и моим герцогством он частенько бывал у вас, меня брал. Пока я был мал, я этого не замечал, но постепенно его интерес к вашей матушке, тогда ещё юной леди, стал очевиден всем. И её отцу в том числе. Конечно, отец не мог разорвать брак. Не мог жениться на полюбившейся девушке. Насколько я знаю, он сделал ей непристойное предложение, от которого она отказалась. В ту пору она уже встретила ваших отцов, и они были обручены.

— Подождите, — подняла я руку, не веря своим ушам, — хотите сказать, что конфликт возник из-за того, что юная графиня не захотела быть любовницей и содержанкой вашего отца?

— Ну, — сделал он глубокий вздох, — получается, что да. Другого он предложить ей, увы, не мог. Да и она, если верить моей детской памяти, не пылала к нему никакими чувствами. А вот между ней и вашими отцами было что-то особенное. Может быть, именно поэтому первым же их ребёнком оказалась девочка, столь редкая в нашем мире.

— Не знаю, — пожала я плечами. — И что было дальше?

— Ничего, — он повторил мой жест, — ваша матушка вышла замуж. А

деловые отношения герцогства и графства практически исчезли. Отец не хотел иметь с вами дел. И кстати, сохраняет эту уверенность все эти годы. Даже несмотря на то, что её давно уже нет.

— Слишком уж странно всё это, — проговорила я вслух.

— Что именно? — нахмурился герцог. — Такие случаи известны. Мужчин много, женщин в несколько раз меньше. Вы свободнее в своём выборе. И да, я не считаю, что отец поступил правильно. Если он любил её, помогал бы отдалённо, наблюдал. Что поделать, — посмотрел он на меня грустно, — есть безответные чувства, и от них никуда не деться.

А у меня вдруг возникло ощущение, что сейчас он говорил совершенно не о родителях. Почему? Взгляд уж очень болезненный.

— А я всегда считала, что отношения можно построить с любым человеком, было бы желание и уважение. Тётя всегда говорила, что выбираем мы глазами и сердцем, а живем, увы, с характером. Знаешь, как она когда-то советовала выбирать мужа? — я даже не заметила, как перешла на «ты».

— И как же? — усмехнулся он.

— По недостаткам, — улыбнулась. — Выбирать недостатки мужчины, с которыми смогу жить, которые не будут меня раздражать и прочее.

— Интересная позиция. А как же достоинства? Положение? Доход? — Уцелевшая бровь поползла вверх.

— Нет, конечно, мужчина должен обладать и достоинствами. Но опять же, для каждой они свои. Кто-то глупо смотрит на внешность и поведение в обществе. Но для меня это всего лишь обложка, обёртка. История знает множество примеров, когда за прекрасным поведением и красивым лицом скрывается маньяк и просто сумасшедший. Так что лично для меня это не главное. Хотя если взять моих мужей… — Я поджала губы и сделала глубокий вздох, сдерживая всё, что о них уже думаю.

— Короли недостойно обходились с вами. Знаю. Весь двор знает. Но и вы не особо пытаетесь это исправить.

— И как же, по-вашему, я должна это исправлять? В браке невозможно играть в одни ворота. Один никогда не вытянет брак из трясины. Если они не хотят со мной даже разговаривать, то ни о каких отношениях речи не идёт, — рыкнула я, сильно сжимая подлокотники кресла, в котором сидела.

— Я так понимаю, вы пытались? — произнёс он сконфуженно.

— Конечно. Сразу же, как поняла, что памяти нет от слова совсем. И потом ещё несколько раз. Про балы и прочее даже говорить не буду.

— Странно. Я давно знаком с Фростом. И могу поклясться, что он адекватный мужчина. Возможно, у него есть на то причины, — хмурился герцог.

— Возможно. Я тоже допускала такой момент. Только я не знаю об этом. Мне вообще многое пришлось учить заново. А сейчас… — прикусила я губу, — я уверена, что больше не хочу даже знать это. И давайте закроем эту тему.

— Я понял уже, что это болезненная тема. Но всё-таки здесь что-то не то.

— Здесь повсюду что-то не то, — махнула я руками, — и тем не менее…