Королева мстить желает
Шрифт:
— Хотите сказать, что министр правопорядка граф Нецук не мог не знать о том, что вещество было взято?
— Именно. Если только охрана сама не взяла. Тут нужно серьёзная ревизия.
— На которую у нас нет времени, — рыкнул я, разворачиваясь.
Всё. Больше мне не нужно было. Осталось найти эту тварь.
9
Мы ещё очень долго думали и прикидывали, что же можем. Я озвучила свои идеи с лавиной или оползнем, но их отмели. Мы не можем точно сказать, как поведут себя горы,
— А вообще, — пришла мне в голову мысль, — глупо скрывать сам факт приготовлений. Они не дураки и сами понимают, что мы будем готовиться. По-моему, наша задача — просто не раскрыть сами ловушки.
— Ну, предполагать и знать точно — это тоже разные вещи, — ответил Ифор. — Они же уверены, что основное войско уйдёт на границу с Икерией, а здесь им достанется легкая добыча, практически беззащитное графство, к которому и на помощь никто не придёт.
— И в этом они правы, — тяжело вздохнула я.
— Нет. Мы не беззащитные, но им этого знать точно не стоит, — предвкушающе улыбнулась мадам Олорка.
— Тогда я не знаю, что придумать такого, — взмахнула я руками. — Ров надо рыть, защитный вал тоже, устроить выскакивающие ловушки? Нужна колоссальная магия, которой у нас нет. Механизм создать времени нет. Хотя там всего пружину нужно сделать.
— Какую пружину? — произнесли сразу двое.
— Обычную. Как в арбалете, только большую. Ну как вам объяснить? — поджала я губы. — Из-под земли, например, должны выскакивать или вылетать стрелы и копья, можно яды контактные в колбах кидать. В общем, неважно что. Оружие. Но оно будет срабатывать от механизма. Например, воин наступит на что-то, пнёт камень или другое препятствие. Понятно?
О, сколько сразу дебатов возникло. Ведь такие ловушки установить недолго, даже за ночь можно успеть, а вот изготовить сложнее. Позвали за кузнецом. После его прихода дело пошло лучше. Вот что значит мужик с мозгами.
— А ведь часть из них мы сможем запустить сами. Я могу сделать небольшие артефакты, которые будут резко увеличиваться в размерах. Эффект, правда, будет совсем недолгий, но для того, чтобы нажать этот самый рычаг, достаточно, — внёс предложение Панок.
— А у нас есть что-нибудь горючее? И мягкие ёмкости для него? — спросила я.
— Есть, а зачем? — удивилась экономка.
— И катапульты у нас есть, — продолжила я. — Они же смогут докинуть шар до плато?
— Нет. Но мы можем их переместить. Это не займёт много времени. Но тогда и замок останется без защиты.
— Так не надо все, — возмутилась я, — мы же и так уже новых сделали?
— Да. Новые катапульты уже на стенах.
— Вот. Часть надо переместить над плато, часть перед замком. Хорошие стрелки у нас тоже есть.
— А вы жестокая женщина, — вдруг восхищённо произнёс начальник пограничников.
— Это не я, это жизнь такая. Я их к себе не звала. Если они вообще не придут, буду безумно рада. Только я сомневаюсь, что они решат меня порадовать. Поэтому для защиты своих земель буду использовать всё.
— Но горючее впитается в землю. Поля будут испорчены, — экономка.
— Горящие шары с гор тоже.
— Нет. Они будут только с гор и остановятся на плато. Те земли просто проходные. А вот дальше поля с пшеницей, гречихой и прочим. Поля портить нельзя.
— Так и стреляйте по плато. А ещё лучше на их земли за плато. Прямо с гор.
— А это идея.
И так продолжалось до самого вечера. Мы даже ужинали там же.
— Миледи, а я могу сделать оглушающие артефакты. И они будут активироваться от определённого звука, — сказал Панок, уходя. Парень, несмотря ни на что, улыбался.
— О! А усилить звук до такого охвата ты сможешь?
— Легко, — пожал плечами Панок, — теперь я могу то, о чём не мечтал раньше. Ваша простая идея вдохнула в меня жизнь.
— Я верила и верю в тебя. Приходи завтра. Обсудим.
Только на завтра пришли другие новости. Хлыст был готов передать ещё пакет информации. Ифор был крайне недоволен. Предлагал подключить других людей, а мне перестать рисковать. Только вот мне было жалко времени. Да, Хлыст всё это время передавал много разных переписок и даже несколько договоров. Только их по-прежнему было мало для обвинений хоть в чём-то. Разрозненные письма наталкивали лишь на предположения, но не доказывали чего-то. Поэтому я согласилась с Ифором. Сегодня в столицу для разговора с Хлыстом я поеду последний раз.
Хлыст в этот раз назначил встречу в подворотне. И мне это не нравилось. И хотя клятва не даст ему предать меня ни самому, ни подтолкнуть к этому кого-то, мне было не по себе. Истинная причина оказалась проще и значительно приятнее.
— Что с тобой? — хмурилась я, разглядывая его перебинтованную ногу и плечо.
— Охрана хорошая, а я их недооценил, — ухмыльнулся наёмник.
— Ты и меня недооценил. Какая-то нехорошая тенденция.
— Миледи, вы уникум. Но я не умею делать комплименты, иначе уже был бы женат. Берите, — протянул он мне большой свёрток, перевязанный веревкой. Тяжёлый, жуть просто.
— Что это? — Никогда раньше он в таких количествах не передавал документы. А может быть, там не они?
— Это всё, что хранилось в сейфе министра экономики. И не в кабинетном, а в тайном, который был в подвалах. Да неважно. Главное, что здесь все бумаги по его самым тёмным делишкам. Сам не читал, не знаю точно, но верю в это.
— Ты вломился в дом графа Цулако? — Удивлению моему не было предела.
— Ага. Надоело мелочь собирать. Я же вижу, что тех писем вам недостаточно. Не совсем же дурак.