Корабль невольников

Джеттер Кевин Уэйн

Одна радость - как только он спустился по растрескавшимся ступеням, так сразу заметил Восс'он'та Беглый имперский штурмовик находился именно там, где должен был быть по словам информатора. М-да, когда дело доходит до выслеживания добычи, Бобе Фетту действительно равных нет. Что ж удивляться, что этот барв вечно оказывается то на шаг, то на несколько впереди остальных. Другие еще проверяют снаряжение и оружие перед отлетом, а Фетт уже получает плату за отловленную и доставленную добычу. Уведенную, между прочим. У коллег из-под носа. Так произошло и сейчас. Стоило Фетту подкинуть своим многочисленным и, как правило, безымянным стукачам описание добычи, сообщение, где та сидит, с кем говорит и что пьет, пришло через пару

стандартных часов.

– Чем занята цель?

– Пьет, - пробурчал трандошан.
– Чем еще заниматься в пивной? Танцевать вверх ногами на проволоке?

Слова тихо клокотали в глотке, чтобы никто не подслушал. И морду Босск состроил каменную на тот случай, если у кого-нибудь из посетителей острое зрение и этот счастливчик вдруг заинтересуется, что поделывает в темном углу сам трандошан. Босск предпочел бы хорошее шумовое прикрытие, например джизз-оркестрик Фигрина Д'ана из космопорта в Мое Айсли. Под их грохот можно было вышибить мозги кому надо, никто даже не оглянулся бы. По мнению Босска, местное увеселительное заведение было немногим шумнее кладбища.

– Я тоже бы выпил, - добавил трандошан, - если бы мой желудок воспринимал местный самогон.

В голове, словно рой нимгоррхеанских ос-сабельников, взревели помехи - так громко, что Босск зажал ладонью ушное отверстие. Не помогло; ящер морщился и скрежетал клыками, пока разбушевавшийся от солнечной активности имплант не утихомирился. Нужны еще доказательства, что и «Раб-1», и его хозяин находятся за пределами атмосферы? Похоже, что нет. У этой непривлекательной захолустной планетки, чье название Босск успешно забыл, имелось крайне нестабильное светило, которое то и дело устраивало выбросы, сводящие с ума коммуникационную аппаратуру. Даже такую дорогостоящую и узконаправленную, какую себе мог позволить Боба Фетт. Они на пару будут иметь бледный вид, если очередная магнитная буря разорвет контакт в самый ответственный для охоты момент.

– … совывайся, - вернулся в эфир неестественно спокойный голос Бобы Фетта, - Постарайся не привлекать внимания.

– А я, чем, по-твоему, занят?
– рыкнул Босск.

Он уже выслушал все инструкции, когда ему изложили новый план, запихали в одноразовый посадочный модуль, рассчитанный на единственного пассажира, и отправили прочь с «Раба-1». Модуль сейчас валялся где-то в пустоши за горами шлака, которые окружали то, что некогда было имперской горнодобывающей и рудообогатительной колонией. Тот факт, что раскоп бросили, объявив пустой тратой сил и времени, Босска не удивил. Пока он пешком добирался до города мимо разграбленных бурильных установок, экскаваторов, конвейеров и отвалов пустой породы, мимо убогих бараков, которые по умолчанию стали единственной обитаемой зоной, ему пришло в голову, что даже грязь и камни были здесь какие-то второсортные.

– Так когда же мы начнем действовать?

– Скоро, - откликнулся Фетт.
– Нужно еще проверить.

Говорил он с раздражающими терпением и логикой.

– Не можем позволить ошибок. Добыча нам даст одну попытку, не больше. Спугнем - нырнет на дно. Пути отхода он себе обеспечил, должен был, второй раз мы его не выследим. Тогда потеряем добычу.

Неприятная возможность заставила кровь трандо-шана бежать медленнее и спокойнее обычного. Босск все поставил на эту охоту, на доставку Трина Босс'он'та Императору Палпатину. Что произойдет со штурмовиком дальше, ящера не касалось, но Босск не завидовал судьбе этого барва. Император не славился добротой и отходчивостью, а уж с предателями расправлялся сверх всякой меры жестоко. Стоило представить, и Босска пробирала холодная дрожь. Как вся его родня, трандошан был безжалостен и приучен к жестокости, но все равно еще в самом начале карьеры поклялся, что никогда не стане перечить Императору. Тот путь ведет ко многим печалям, напоминал себе Босск. Пусть лучше благородные

мятежники подставляют под удар свои шеи.

А я возьму денежки за добычу. Восстановление Гильдии требовало кредиток, кредиток и еще раз кредиток, а их можно было получить за шкуру Трина Босс'он'та. Головы всех охотников работают одинаково, верность и преданность покупаются за большие деньги. Иначе нет смысла становиться охотником… разве что инстинкты повыше разрядом не выставят тебя на продажу по самой высокой расценке.

Конечно, существует цена и повыше… Босск еще раз отхлебнул кислотной жидкости, даже не почувствовав вкуса напитка. Все зависит от того, сколько у тебя денег. Ящер медленно и солидно кивнул сам себе. Кредиток никогда не бывает чересчур много. Даже учитывая непомерно большую награду за голову Трина Восс'он'та, половина - это не целое. Больше всего Босска мучило обстоятельство, что не менее смачный кус от награды отхватит себе Боба Фетт, который вовсе не нуждается в деньгах так уж отчаянно. Какой стыд! Просто жуть берет. Вниз пошел кто? Босск. Риск достался кому? Бос-ску опять же. Кто сделает дело? Все тот же Босск. Это он сидит здесь на расстоянии одного плевка от беглого штурмовика, а Фетта даже на планете нет, болтается за пределами атмосферы.

Содержимое кружки распалило в желудке огонь; трандошан проигнорировал жжение. Ему надо было о многом подумать.

Но занятый работой мысли, Босск не забывал наблюдать за Восс'он'том. Сколько бы ящер ни ворчал на напарника, какими бы эпитетами не награждал, в одном Боба Фетт был прав: беглый солдат обязательно продумал меры безопасности. В противном случае он не стал бы сидеть здесь открыто - это ж чистое самоубийство. Низкий, закопченный потолок, перекошенные, в прошлом веке отштукатуренные стены вдруг представились челюстями замаскированного капкана, расставленного специально на трандошанов.

Теснота и затхлый вонючий сумрак не тяготили Восс'он'та. Навалившись локтями на стол, бывший штурмовик нянчил кружку, наполненную той же опасной для жизни мутной жидкостью, которую только что пробовал Босск. Информаторы утверждали, что большую часть времени беглец обретается здесь, но насколько мог сказать Босск, ходил он сюда не за выпивкой. Да, к кружке Восс'он'т прикладывался, вот только напиток не оказывал на него видимого воздействия. Либо штурмовик тщательно отмерял дозу, либо биохимическим способом улучшил работу печени и умел нейтрализовать токсины. Скуластое лицо с крупными чертами было не эмоциональнее глухого шлема, который Восс'он'т носил на императорской службе. Глаза привычно щурились, окруженные сеткой морщин. Сквозь щетину на шишковатом черепе проступали белые шрамы, некоторые очень старые, несомненно оставшиеся напоминанием о днях обучения.

Стать имперским штурмовиком не легко. Немногие имеют шанс выдержать весь процесс, тренировок, в начале которых ты получаешь белые доспехи, а в течение - в тебя вколачивают (в буквальном смысле) необходимые навыки. Тот, кто не добирался до финишной линии, тот, чье тело и разум были сломаны инструкторами, выбывали из программы в пластиковых мешках для трупов. Заодно новобранцев учили преданности и беспрекословному подчинению старшим офицерам. Любое сопротивление приказам, пусть даже глупым и неоправданным, выкорчевывалось, словно сорняк.

Когда такие, как Трин Восс'он'т, проходили через учебные лагеря, а потом доблестно служили в элитных подразделениях - и прятали глубоко в душе мысли о предательстве, - это значило, что они тверже и решительнее, чем все их товарищи вместе взятые. Восс'он'т мог ждать годами, ни словом не обмолвившись о своих намерениях, пока не подвернулось нужное стечение обстоятельств. А затем, когда все сложилось, он без колебаний и сожалений пустил в ход все свои потом и кровью полученные знания и умения. Скольким пришлось погибнуть, чтобы побег был успешен, штурмовик едва ли задумывался.