Конгломерат
Шрифт:
Дон Мельчиорре, взяв на себя роль садовника, мог сказать пару слов о каждом дереве и каждом цветке, рассказать легенду или даже сообщить научные сведения, демонстрируя свою компетентность в вопросах растениеводства.
Они шли мимо драцен с яркими листьями, мимо тисовых деревьев, из которых когда-то делали луки для английских солдат. Здесь было и земляничное дерево, из которого делают флейты, и каменное дерево, которое является отличным материалом для корабельных снастей.
Их взору предстали алоэ, горький сок которого заживляет раны; имбирь с фарфоровыми цветками;
Грегуар подумал, что человек, настолько любящий природу и ее чудеса, должен быть скорее гуманистом, чем бизнесменом. В реальности же его мнение о доне Мельчиорре еще не сформировалось окончательно, поскольку поведение, слова и жесты итальянского магната говорили о его принадлежности то к лагерю власти ых и могущественных людей, то к лагерю поэтов и философов.
Через каждые тридцать метров была установлена система орошения для эффективной борьбы с засухой.
— На самом деле существуют различные ограничения по поливке, но ничто не помешает мне делать здесь то, что я хочу, — пророкотал дон Мельчиорре, словно оставить погибать растения, приехавшие из Огненной Земли или Австралии, было наивысшим преступлением.
Они продолжили свой путь по песчаным дорожкам, по краям которых, к удивлению Грегуара, росли довольно высокие пальмы, дающие отличную тень. Они находились где-то в километре от замка, когда дон Мельчиорре свернул на новую достаточно широкую асфальтированную дорогу.
— Мы пришли, — сказал он.
Они оказались перед элегантным двухэтажным зданием, напоминающим усадьбу. Рядом было припарковано несколько автомобилей.
Войдя в холл, Грегуар сразу же почувствовал сильный запах свежего молока, такой, что ему пришлось зажать нос.
— Вам нехорошо? — спросил дон Мельчиорре.
— Это сейчас пройдет, — ответил молодой человек ослабшим голосом.
— В таком случае наденьте вот это.
Он протянул Грегуару белый халат и шапочку, затем порылся в большой пластиковой коробке и: достал оттуда пару каучуковых сандалий.
Грегуар повиновался, думая о том, какова же цель этого визита.
— Отлично. Следуйте за мной, — бросил дон Мельчиорре. Они подошли к двустворчатой прозрачной двери. На одной из ее створок висело предупреждение: «Запрещено пользоваться фото- и видеокамерами, аудиозаписывающими устройствами и мобильными телефонами».
— Это из-за шпионажа, — извинился патрон. — С этими телефонами, которые могут фотографировать, всегда надо быть начеку.
Они прошли в огромное помещение, пол которого был покрыт белой плиткой. Люди в белых халатах и шапочках работали перед огромными чанами, оборудованными манометрами и другими приборами.
— Вот здесь кипит молоко! — произнес дон Мельчиорре. — Я познакомлю вас с доктором Агостини. Только он понимает, что тут происходит!
Машины работали довольно тихо, с легким урчанием, словно медленно едущая по сельской дороге
Доктор Агостини оказался мужчиной лет пятидесяти со строгим лицом и очками в черепаховой оправе. Он больше походил на предводителя антитеррористической организации, чем на сумасшедшего ученого, изучающего молочное производство. Он занимался секретной разработкой революционного продукта, которым дон Мельчиорре чрезвычайно гордился.
— Принцип довольно прост, — произнес Агостини, пожимая руку Грегуару.
Внезапно улыбка озарила суровое лицо исследователя, ставшего шефом лаборатории благодаря доверию, с которым относился к нему дон Мельчиорре. Они подошли к огромному табло с изображением множества различных кривых и надписями на латинском языке.
— Вот список молочных ферментов, находящихся в нашем распоряжении, — объяснил Агостини. — Все они присутствуют в молоке, но в малом количестве. Наша цель заключается в том, чтобы специальным способом сконцентрировать наиболее эффективные и полезные из них, наличие которых обеспечивает защиту кишечной флоры и повышает иммунитет. Таким образом мы сможем создать молоко, которое будет скорее лекарством, чем продуктом питания.
— Хорошо сказано, — произнес дон Мельчиорре, делая знак Агостини пройти к емкостям с новым продуктом. — На самом деле такая идея пришла в голову и с только нам. Японская фирма «Yakult» первой попыталась создать такое молоко на основе сои, но не смогла преодолеть барьер вкуса.
— Вкуса? — переспросил заинтригованный Грегуар.
— Да, они тоже разработали молочные ферменты. Но конечный продукт невозможно было пить. Мы провели подобную работу с коровьим молоком. Вначале вкус был не таким отвратительным, как у японцев, но все равно недостаточно приятным. Поэтому доктор Агостини решил немного увеличить количество сахара, убрав при этом фермент, достаточно нейтральный в плане иммунитета, но очень неприятный на вкус. Вот так мы разработали «VitaVerdi». Что скажете о том молоке, которое попробовали сегодня утром?
— Я не люблю молоко. Но ваш чудесный напиток мне понравился.
Все рассмеялись.
— Таким образом я планирую увеличить свою прибыль вдвое. Продавая бутылочки емкостью 250 миллилитров по цене полулитра обычного пастеризованного молока, я получаю настоящее белое золото! И не нужно забывать о потребителях: все хотят есть полезную пищу, пореже ходить к врачу, иметь низкий уровень холестерина и избегать стрессов. Я знаю, что им нужно. Даже, между нами говоря, если я и не уверен, что «VitaVerdi» станет чудо-продуктом, главное, чтобы в это поверила публика.
— Когда планируется его выход на рынок? — спросил Грегуар.
Дон Мельчиорре повернулся к Ашстинй.
— У нас все готово, — сказал тот.
— Отлично, — произнес патрон. — Рекламные кампании начнутся в ближайшее время по всей Италии и части Европы, если все пойдет хорошо. Бюджет — два миллиона евро. Это дорого, однако запуск нашего революционного продукта стоит этих денег. Чтобы быть до конца с вами откровенным, скажу, что жду разрешения от Национального института питания.