Конгломерат
Шрифт:
— Я покупаю!
— Что вы покупаете, дон Мельчиорре? — подпрыгнул от неожиданности Грег, испугавшись на мгновение, что он хочет присвоить фермы Креза, животных, людей, строения — все вместе.
— Если предприятие вашего отца согласится, я хочу покупать их продукцию по цене, которую должен был гарантировать кооператив. Что вы на это скажете?
Грегуар на какое-то время замер в замешательстве, не произнося ни слова. Он думал, что если дон Мельчиорре не шутит, то его отец, братья и все производители этого несчастного Креза смогут
— Это было бы замечательно, — произнес Грегуар.
— Тогда вы знаете, что нужно делать. Когда будете раз говаривать с отцом, предложите ему эту сделку'. Если он согласится, то мы быстро уладим все детали и подпишем договор. Знаете, я дорого продаю молоко, когда превращаю его в целебный продукт.
— Знаю, ваш мажордом угостил меня вашим «живым молоком».
Дон Мельчиорре улыбнулся, польщенный.
— И это только начало. Попозже я покажу вам свою ультрасовременную производственную лабораторию. Как думаете, мое предложение заинтересует вашего отца?
— Возможно. Он должен будет посовещаться со своим окружением, потому что не может принимать решение единолично. Я буду очень удивлен, если он откажется от такой сделки.
— Вам и карты в руки, — бросил дон Мельчиорре. — Я рассчитываю на вас.
Когда Орнелла вернулась из кухни, дав указания мажордому, который должен был подойти с минуты на минуту с подносом, дон Мельчиорре взял буклет по Андорре.
— Дети мои, — произнес он, — что скажете насчет небольшого путешествия? Я знаю центр талассотерапии «Caldea», где можно принимать великолепные ванны с грейпфрутами прямо на открытом воздухе. Я собирался отправиться туда один, но с удовольствием поехал бы с вами.
Орнелла промолчала, предоставив ответить Грегуару.
— Дело в том, что… — начал молодой человек.
— Вы не любите отдыхать?
— Люблю, конечно же, люблю, дон Мельчиорре, но у меня есть шеф в Париже, и он платит мне не зато, чтобы я принимал грейпфрутовые ванны.
— Послушайте. Я не собираюсь вас учить или к чему-либо принуждать. Но позвоните шефу, объясните ситуацию. Либо он вас оставит, либо уволит, а я приму вас на работу.
— Вопрос не в этом, — защитился Грег. — Сколько времени вы планируете провести в Андорре?
— Всего неделю, — ответил итальянец.
Грегуар повернулся к Орнелле.
— Ты поедешь?
— Конечно, — произнесла девушка. — Не думаешь же ты, что я оставлю отца одного среди грейпфрутов!
— Хорошо, — сказал Грегуар, обращаясь к дону Мельчиорре. — Мне нужно уладить кое-какие дела хотя бы по телефону. Можете мне предоставить это утро, чтобы я все успел?
— Хоть целый день, если понадобится. Мне нужно по делам в Милан. Вы располагайтесь в нашем с Орнеллой кабинете.
— Спасибо.
На этих словах они расстались. Грегуар поднялся к себе как на крыльях. Такой легкой ему вдруг показалась
Через некоторое время Грегуар оказался один в кабинете дона Мельчиорре. Он взглянул на старые часы, которые только что пробили четверть девятого. Ему не терпелось поговорить с отцом, но он решил сделать это после того, как уладит текущие дела. Сначала он позвонил Беллеку. В это время он, как и всегда по утрам, был занят чтением французской, английской и американской финансовой прессы.
В этот момент президент «Bellec Investissement» предавался чтению аналитической статьи, посвященной монополизации в аграрной промышленности. Ее автором был Тед Мортон, известный журналист из «Financial Times».
— Вы выбрали удачное время для звонка, Грег. Я как раз подумываю о переделке продовольственного мира! — пошутил он. — Тед Мортон изображает из себя Большого Брата {7} , который решает, что нам есть, а что нет. Это отвратительно! Нужно, чтобы «Verdi» спасла нас итальянским качеством, утонченностью и фантазией. Ну как, что у вас? Есть какая-то информация?
— Ее больше, чем мы ожидали, — произнес Грегуар, стараясь говорить не очень громко, словно у стен тоже были уши.
— Что вы хотите этим сказать? — заинтригован но спросил Беллек.
— Это невероятно, но я чем-то заинтересовал дона Мельчиорре, патрона группы «Verdi». Я познакомился с ним вчера утром и с тех пор везде его сопровождаю. Если я скажу вам, что звоню из его личного кабинета…
— Лично дона Мельчиорре, этого мизантропа?
— Именно. И могу сказать, что вы были правы. Он набирает обороты с удивительной скоростью. Программа приобретений ва-банк, проекты по диверсификации, амбиции европейского и даже мирового масштаба…
— Отлично, Грег! Вам везет!
— Несомненно, только если бы у старика не было дочери, Орнеллы.
— Хорошо, хорошо. Если будет нужно, вы женитесь на ней, мой дорогой!
— Думаю, это не принесет пользы в получении той информации, которая нам нужна. К тому же это красивая женщина, поверьте.
— Отличная партия, — подытожил Беллек. — Поверьте моему чутью. Она действительно хороша?
— Более чем, настоящая красотка. И дьявольский темперамент, как я понял. Я звоню вам, чтобы попросить неделю отпуска.
— Конечно! Без вопросов, мой друг! Делайте все, лишь бы не упустить дона Мельчиорре!
— Да, господин директор. Он отправляется в Андорру со своей дочерью и предложил мне их сопровождать. Мне кажется, нам предстоит откровенный разговор.
— Так бы сразу и сказали. Конечно же, вы примете это предложение, Грег, и держите меня в курсе. Вам чертовски везет, совместите приятное с полезным. Вы едете куда, в Андорру?
— На курорт талассотерапии.
— Тип вроде дона Мельчиорре в налоговом рае! Уверен, что там не обошлось без тайного счета.