Кольт в декольте
Шрифт:
— Давай в машину! — скомандовал Хайрулин, распахнув передо мной заднюю дверцу джипа.
— М-мне сумочку можно взять? — заикаясь, жалобно попросила я, замешкавшись у «девяносто девятой». — У меня там кошелек с деньгами и документы. — Сделав над собой усилие, я пустила слезы, которые двумя горячими потоками покатились по щекам.
— Садись в машину, — оскалился Хайрулин, — я сам тебе твою сумочку подам, а то чувствую, у тебя там какой-нибудь газовый баллончик. Натворишь глупостей — придется тебя пристрелить.
Подошедший с другой стороны бандит запихнул меня в машину, сел
— Так, что у нас тут есть? — пробормотал Хайрулин, деловито копаясь в содержимом моей сумочки. — О, газовый баллончик, ведь знал же. Это что еще? Электрошокер, неужели? — Он достал шокер, демонстрируя его бандиту, сидевшему рядом с водителем. — Наиль, смотри, какая штучка.
Я перехватила руку Хайрулина, и Наиль посмотрел на голубую искру между электродами ближе, чем ему бы хотелось. Отброшенный электрическим ударом, он ткнулся в лобовое стекло. Вывернув руку, я ткнула электрошокер в нос бандита, сидевшего рядом. Часть разряда досталась и мне, и Хайрулину. Ухватив бандита за шею, я толкнула его голову на стекло, скользящий удар, и бандит, закатив глаза, затих, а я успела перехватить вторую руку Хайрулина, старавшегося достать свой пистолет.
— Не советую, только хозяйство себе прострелишь, — угрожающе произнесла я.
Будь он пошустрее да постройнее, он бы справился со мной без особого труда, но спокойная жизнь даже профессионала превращает в тряпку, не способную оказать достойное сопротивление. Узкие глаза Хайрулина невероятно расширились. Он никак не мог уяснить, что происходит.
Я выудила из-за спины свой револьвер и ткнула водителя в ухо:
— Не делай глупостей, рули. — Затем ударом локтя вырубила Хайрулина, пока тот не спятил от удивления окончательно.
Ежесекундно вытаращенные глаза водителя обращались к зеркалу заднего вида. Открыв дверцу, я вытолкнула бандита, сидевшего рядом со мной, на дорогу. Захлопнула дверцу, через сиденье потянулась к передней дверце и так же поступила с Наилем, удерживая водителя под прицелом. Джип позади вильнул, когда на дороге оказались тела бандитов. Я взяла карабин Наиля, передернула затвор и выпустила с десяток пуль по настигавшему нас второму «китайцу». Пробитыми оказались передние скаты. Джип кувыркнулся и скатился вниз по откосу. О нем можно было больше не беспокоиться. Поставив карабин на предохранитель, я положила его себе на колени.
— Ты собираешься нас убить? — глухо спросил шофер.
Я посмотрела на его вспотевшую физиономию и усмехнулась:
— Будете себя вести хорошо, останетесь живы.
Через пять километров я приказала ему свернуть в жидкую полосу лесопосадок, из-за которой виднелись какие-то серые корпуса и водонапорная башня.
— Тормози здесь и выходи!
Из джипа мы вышли одновременно с водителем. Он весь сжался, ожидая выстрела в спину, однако я его разочаровала. Вместо выстрела всего лишь треснула по башке прикладом и связала его же собственным ремнем и галстуком.
Морщась и постанывая, Хайрулин открыл глаза.
— Что, поговорим по душам или
— Ты кто? Кто?! — завопил Хайрулин в ужасе.
Я достала из пояса метательное лезвие.
— Может, тебя чуть пописать, чтобы ты стал немного понятливее?
— Чего ты хочешь? Что надо? — задыхаясь, захрипел Хайрулин, отклоняя лицо от приближающегося острия. — Я все скажу. Тебя же Степан послал.
— Меня не посылают, я сама прихожу, — хихикнула я. — Если ответишь на ряд моих вопросов, то уйдешь отсюда живым. Понял?
Хайрулин послушно закивал. Я не ожидала, что будет так просто.
— Мне интересно узнать о вашем с Каримовым плане устранения Степана Неделькина из бизнеса.
— Это не я, это Каримов все придумал, — с поспешностью заверил Хайрулин, скорчившись на сиденье джипа. Его взор блуждал за револьвером в моей руке. Лицо бледное, словно сметана, в мелких капельках пота. Жесткие черные, коротко подстриженные волосы были взлохмачены и торчали в разные стороны, как иглы дикобраза. Разбитая губа кровила.
— Ну ладно, будь любезен, расскажи, что там придумал этот негодяй Каримов, — примирительно сказала я. Палец в кармане жакета нажал кнопку на диктофоне. В милиции запись произведет фурор. Я в этом не сомневалась.
— Ну, с Неделькиным стало вообще невозможно. Хапал бюджетные деньги, что шли на развитие промышленности, подминал все под себя: заказчиков, поставщиков материалов. Пробовали договориться — не получилось. — Хайрулин постарался изобразить, как им было тяжело. — Ну, деваться-то некуда, и шеф приказал его завалить, но я не имею в виду убить, — сразу поправился он. — Решили подставить его жену, будто она ему изменяет. Мы думали, что он спятит от ревности и ему будет не до производства. Наняли одно детективное агентство. Те подослали какого-то сосунка, чтобы тот охмурил бабу, сделали снимки.
— Ты передавал деньги за снимки алкашу? — перебила я его. Быстро соображать Хайрулин не умел и под прицелом револьвера покаялся:
— Да, я деньги передал и тетку нанимал, которая звонила несколько раз Степану с телефонов-автоматов и сообщала, что его жена ему изменяет и находится там-то и там-то. Естественно, жена его в это время лазила по каким-нибудь магазинам. Но главное ведь не факт измены, а чтобы нагнетать напряжение. Мы следили из машины и видели, как Неделькин приезжал на место и бегал, как баран на привязи, по кругу, по кругу…
— Дальше, — рявкнула я.
— Потом шефу позвонили и сообщили, что на жену Степана напал кто-то, а менты его подозревают. Ну, мы и подсуетились, чтобы алиби его развалилось и он сел, — продолжал Хайрулин послушно.
— Так это что, не ваши парни напали на Ларису Неделькину? — с недоверием спросила я. — Мы показывали фотографии людей из твоей команды, и она узнала одного, высокий такой, сероглазый.
— Да нет, ты что, я ни при чем, и мои ребята не при делах. Это, может, шеф еще кого нанял, — бурно возразил Хайрулин. — У меня высоких сероглазых нет. Я клянусь.