Кольца Лины
Шрифт:
Что же я делаю, дура такая?
Да ничего особенного, в сущности, мы просто опять целовались, и это было замечательно. И снова глаза Дина как будто светились теплым светом, когда он сказал:
— Это ложь, что я тебе не нравлюсь. Ты будешь со мной, Камита?
И снова я медленно покачала головой.
— Тогда перестань мне сниться, я спать не могу уже которую ночь, — с легкой усмешкой он провел пальцем по моим губам. — Перестанешь?
На мое "нет" он, видимо, обратил мало внимания — не первое, в конце концов. Зато сказал:
— Тебе так нужно в Андер? Это важно?
Конечно, ему рассказала
Я осторожно кивнула — да, мне нужно. Очень важно.
— А со мной?.. В Андер — со мной?
Ага, с тобой. Я чуть не рассмеялась. Лишь недавно отошел от внушения добрейшего папочки, надо еще? Побеги ведь одинаково кончаются у тебя, дорогой — ловят и возвращают, если я правильно поняла. Отпустили бы уж, раз ты бродяга, которому на месте не сидится, но почему-то не отпускают. Ты у нас, похоже, невыездной, Дин. Хотела бы я узнать, почему, но, видно, не узнаю. Может, это просто о тебе заботятся так навязчиво?
Но я не рассмеялась, я просто отвернулась.
Мы вышли из кухни, Дин тихонько свистнул, и огромная тень неслышно появилась рядом. Я не удержалась, вскрикнула, вцепилась в руку парня. Собака! Откуда она тут взялась?!
— Это Фор, я его с собой взял, — поясни Дин, — не узнала? Не бойся, — он на несколько мгновений прижал мою ладонь к своей щеке, — нет, ты мне все-таки приснись и сегодня, ладно? А то скучать буду. Доброй ночи, солнышко мое. Фор, охраняй.
И он шагнул куда-то в темноту, а пес ткнулся носом в мое колено — чего стоишь, дескать? И когда я пошла в комнату для слуг, отведенную нам для ночевки, он тенью двинулся следом. И улегся под лавкой, когда я легла. Вот что имел в виду Дин, когда сказал, что никто до меня не доберется. Куда уж тут, с таким защитником! Я совсем осмелела и погладила пса, он лизнул мне руку, но не издал ни звука. Какой молодец, угощу тебя завтра по-царски, не сомневайся!
Я уснула, завернувшись в одеяло, и мне было хорошо, как никогда здесь. А под утро, показалось, кто-то взвизгнул, и Фор заворчал. Я не стала просыпаться, не стала открывать глаз. Что бы ни было — какая разница?
Следующий день начался, как ему и полагается, и продолжался не хуже прочих, только Вилма косилась да девчонки иногда переглядывались — ничего, я переживу, это такие мелочи. А ближе к полудню прилетел наездник на рухе. Естественно, все без исключения побросали дела и высыпали во двор, я стояла позади — боялась близко подходить к этой милой птичке. Вперед вышла взволнованная лира Ава, посыльный поклонился ей, не сходя с седла.
— Вам надо вернуться в замок, лира. Ужасное несчастье. Сегодня ночью сбежала ленна Дана.
— Что? — в полной тишине лира Ава схватилась за грудь, — как? Как?..
Воздух вдруг меня почему-то стал вязким, я хватала его ртом, как рыба, выброшенная на берег.
Ленна — убежала? Теперь она не отвезет меня к волшебнику. Все мои надежды идут лесом. А других — нет! В смысле — других надежд. Дорога в столицу — долгая-долгая, а впереди зима.
— Она сговорилась с сыроваркой Ниллой, — продолжал тем временем посыльный. — кто ж знал, что она — с сыроваркой?.. Обманули всех, и улетели на рухах. Погоню уже отправили, да только трудно ловить, раз они — на рухах. Возвращайтесь в замок, лира.
Когда
Последнее, что мне надо делать — это плакать рядом с лирой Авой. Говорят же, что даже если тебя съели, есть по крайней мере два выхода. Не знаю, кто эту шутку придумал, но мне она всегда поднимала настроение. Так что — как нибудь прорвемся…
Я подошла к Дину, тронула его за локоть грустно усмехнулся:
— Жаль, что она так сделала. Не надо было. Мне он не нравится.
Я вопросительно шевельнула бровью — кто?
— Имень Сервен. Ну, это его любит Дана. Вы, девушки, мало понимаете в мужчинах. Меня это всегда удивляло — как же мало вы смыслите в таких вещах…
Вот так заявление! От Дина — не ожидала. Я не удержалась, хмыкнула — тоже мне, мы ничего не понимаем, а ты — редкий специалист?
— Мужчина иначе видит другого мужчину, чем женщина, — сказал Дин. — Я бы не отдал Дану Сервену. Много раз ей говорил, он она уперлась, как упрямая кобыла. Собирайся, слышала? Мы уезжаем. Эх, до чего неохота тебя в замок везти.
Ну ничего себе! Я опять вскинула бровь — почему это меня неохота везти в замок?
— Теперь молодой имень примчится уже как бы не сегодня, — недовольно пояснил Дин, отворачиваясь. — Так бы он только к самой свадьбе явился.
Что ж, я учла: почему-то этот знаток мужчин считает, что мне не стоит встречаться с молодым именем. Со старшим хозяйским сынком, то есть, с братом ленны Даны. Помнится, и Нилла предостерегала, что у этого юного ловеласа уже полно детишек растут по окрестностям. Да-да, благодарю, буду сидеть за плинтусом и барчука избегать изо всех сил.
— Не ожидал такого от Ниллы, — добавил Дин. — Правда, не ожидал.
А уж я как не ожидала! Хотя, чего там, я как раз могла бы встревожиться, у меня для этого была информация. Вот только я ее не поняла, не оценила должным образом. Ленне передали бусы — что такого? Это был условный знак?
Собрались мы быстро — чего нам было здесь собирать! Как говорится — только подпоясаться. Заперли дом, ворота, и резво покатили обратно в замок. Дин ехал верхом рядом со стражниками, на огромном гнедом жеребце, который выгодно отличался от лошадей стражников, а пес, мой ночной сторож, бежал рядом. Лира Ава теперь не правила своей коляской — вожжи взял стражник. Ага, а стражников-то стало на одного больше — с Дином прибыл, получается? Одного не выпустили, но и ехать не запретили? Ну просто смех.
В замке царило смятение, это было заметно даже по стражникам на воротах. Всегда днем ворота стояли распахнутые настежь, на этот раз мы ждали, пока их отворят. К чему бы, птичка-то уже ускользнула, причем не в ворота! На стене видело несколько рухов, оседланных, но без наездников. Дин напряженно скользнул по ним взглядом, тихо бросил мне:
— Это княжеская стража из города. У него полусотня летучая, значит, их уже подняли.
— А то! — удовлетворенно подтвердил стражник рядом. — раз на рухах сбежали, на кобыле их не догонишь! Князь все сделает, чтобы поскорее поймать ленну, сор со двора не выносить. А то королева гневаться умеет!