Кольца детей Ауле
Шрифт:
Мундбург был обнесен высокой земляной насыпью, по верхней кромке которой был набит бревенчатый частокол, и потому имел неоспоримое право называться городом. С наружной стороны насыпи виднелся ров, образованный вынутой землей и создававший дополнительную преграду возможным налетчикам. Вверх по холму от реки вела наезженная дорога, упиравшаяся в прочные деревянные ворота, встроенные в разрыв насыпи. Ров тоже имел разрыв перед воротами, пропуская сквозь себя дорогу, и снизу это место выглядело единственным входом в город, но идущий по дороге путник не сомневался, что в насыпи есть еще хотя бы один выход,
Солнце еще не зашло, поэтому ворота были открыты. За ними возвышалась деревянная сторожевая башня, по которой топтался стражник. Увидев приближающегося путника, он не стал кричать предупреждение напарникам, сидевшим за воротами. В самом деле, какую опасность для города может представлять одинокий старик в сером плаще и синей остроконечной шляпе неброского цвета, вооруженный только дорожным посохом?
Тем не менее, было странным, что весь багаж путника, видимо, полностью размещался в карманах его просторного балахона. Даже если этот старик был нищим – а так наверняка и было – другие селения находились слишком далеко отсюда, чтобы пускаться в путь с пустыми руками. Впрочем, беднягу вполне могли ограбить гоблины, которых водилось множество к северо-западу отсюда, в заболоченной пойме Энтовой Мойки. Ему еще повезло, что он сумел улизнуть от этих мародеров живым.
Старик неторопливо подошел к воротам и оглядел поднявшихся ему навстречу стражников.
– Где здесь можно переночевать старому бедному человеку? – поинтересовался он. – Где здесь гостиница? С таверной, – добавил он, подумав.
Ему рассказали, где находится единственная на весь Мундбург гостиница с таверной. Правда, она была не из тех, где обрадуются бедняку, но это уже не волновало стражников – там и объяснят.
Старик пошел в указанном направлении и вскоре вошел в гостеприимно распахнутую дверь таверны. Несмотря на приближающийся вечер, там было мало посетителей – трудовой люд Мундбурга не слишком-то спешил расстаться с заработанными деньгами. В таверне густо пахло брагой и горелым жиром, гудели подогретые спиртным голоса и раздавался смачный хруст зажаренного на вертеле мяса.
Хозяин смерил старика оценивающим взглядом из-за стойки и не вышел навстречу, а только кивнул на свободное место за столом у стены:
– Садись туда, отче. Бражки? Мяса?
– Да, и с хлебом.
Хозяин собрал заказ на поднос и понес старику, напоминая себе на ходу не забыть спросить, если ли у этого бродяги деньги. А то бывают и такие, что сожрут обед, а потом оказывается, что у них за душой ни медяка – бей не бей, тряси не тряси, а еда пропала.
Но заготовленный вопрос замер у него во рту, потому что старик как раз начал снимать плащ и взялся за заколку у горла. Хорошая заколка, дорогая – небось, серебряная. Если что, можно будет взять ее в уплату.
Вдруг старик испуганно охнул – заколка сломалась под его непослушными пальцами. Он выпутал из складок плаща отвалившуюся шпильку и попытался приставить ее к лицевой части заколки.
– Охо-хо, какой же я неловкий, – сокрушенно он покачал головой. – Жалость-то какая…
Это было каким-никаким, а событием, и головы посетителей повернулись к старику. Отовсюду посыпались советы, как исправить нечаянное бедствие.
– Да ты не тычь их друг в дружку, старый – только хуже сделаешь!
– Ну
– Не горюй, старче, у тебя на плаще еще и тесемки есть.
– Ты их так не зацепишь – здесь кузнец нужен!
– Вот-вот, кузнец! – обрадованно закивал старик. – Где бы мне здесь кузнеца найти – но только самого лучшего, чтобы сделал все как надо. Может, у вас найдутся хорошие мастера по мелкой работе, которым можно доверить не только сковородки да подковы? Эта заколка дорога мне как память, и я заплатил бы ему, чем мог.
Было очевидно, что возможности у старика невелики, но посетители стали увлеченно обсуждать предложенную тему:
– Можно пойти на восточный конец к хромому Гобсу…
– Скажешь тоже! Гобсу только заплатки на котлы припаивать!
– Тогда, может, к Потту на Грязную улицу? Он хорошо подковы ставит.
– Дык старика не подковывать надо, а заколку ему чинить! Эх был бы здесь Филбурт, вот он бы уж точно сделал!
– Сделал бы, говорите? – встрепенулся старик. – А где он?
– Нет его здесь, – откликнулся пожилой мужчина за два стола от него.
– Но, может, он где по соседству? Я бы нашел его – знать бы только, где он.
– Никто у нас не знает, где он сейчас. Скоро уж три года, как он ушел с Хозяином.
– С каким хозяином? Куда?
– Это длинная история, отче. Забирай кружку да подсаживайся ко мне… кстати, как тебя зовут?
– Э-ээ… мм-мм… Инканус! – Похоже, бедняга от старости начал забывать собственное имя и страшно обрадовался, когда его вспомнил. – Инканус меня зовут, вот как!
– Подсаживайся, друг Инканус, я расскажу тебе про этого Филбурта.
С ловкостью, необычайной для его почтенного возраста, старик подхватил свою кружку и блюдо с мясом и перебрался за стол к мужчине.
– Этот Филбурт вправду хороший кузнец? Куда, говоришь, он девался?
– Хороший – не то слово. Три года назад он был лучшим кузнецом в этих местах. Все что угодно мог сделать – хоть тебе кирасу сбацает, да так, что будет сидеть как влитая, а при замахе ее и не почуешь, хоть любой из модниц красивый камешек на булавку насадит, на зависть остальным бабам. Кузнец он был хороший, да мужик дрянной – деньги больше людей любил. Потому, наверно, и пошел он к Хозяину.
– Да кто такой этот хозяин?
– По всему видать, что эльф, хотя они в наших краях не живут. Высокий такой, глаза темные, накось посажены, как это у эльфов водится. Слов нет – красавец, а смотреть жутко. Не видел бы его сам, не поверил бы, что такое бывает.
– А давно он здесь появился?
– Еще когда дед мой жив был. Нам тогда орки здорово докучали, а этот эльф пришел и говорит – давайте, я от орков вас избавлю, а вы за это признаете меня хозяином. Как это? – говорит наш староста, а тот – вы мне налог едой платить будете и кое-что смастерить поможете. Наши посовещались, поторговались – ну и согласились. И правда, с тех пор мы ни одного орка не видели, только гоблины с Энтовой Мойки сюда порой захаживают. Да что нам гоблины, по сравнению с орками они – тьфу! Видать, этот эльф над орками особую силу имеет, раз они его так слушаются. Вот он и взял к себе Филбурта для какой-то особенной работы, которую здесь не сделаешь. Так с тех пор мужика и не видели.