Когда тает лед
Шрифт:
Когда он уехал из Чикаго, отношения между его родителями были не очень, а если разлад обостряется, Аарон получает очередной вызывающе дорогой и ненужный подарок.
Вроде «мерседеса».
Лола, в отличие от нас, выросла в большой семье. Как самая младшая и единственная девочка она была центром внимания у себя дома, поэтому теперь без проблем ставит Аарона на место.
Я еще сижу у себя в комнате, когда телефон начинает гудеть и на экране высвечивается имя Райана.
< image l:href="#"/>–
Оба уткнулись в телевизор, где идет повтор «Мыслить как преступник», но в ответ раздается слабое «ага» – значит, опасность миновала.
Наклонившись над диваном, я беру горсть попкорна из стоящей между ними тарелки и делаю мысленную пометку записать это в свой ежедневник.
– Значит так, у баскетболистов вечеринка. Я хотела спросить…
– Пойдем ли мы с тобой? – перебивает Аарон с несвойственной ему надеждой.
– Нет, не это.
Лола поворачивается ко мне. Ее рыжие кудри рассыпаются по плечам, на лице радостная улыбка.
– Не против ли мы, если Райан придет сюда?
– Да. А как ты?..
– Гони деньги, Карлайл, – смеется она, протягивая руку. Аарон вкладывает ей в ладонь несколько двадцаток, что-то бормоча себе под нос. Лола их пересчитывает. – Мы слышали про вечеринку, но вряд ли тебе понравится, когда за дверью возятся пьяные первокурсники. Мы сами туда пойдем.
Наша квартира – один из «виноватых» подарков папаши Аарона. Подаренный то ли после романа с секретаршей, то ли перед тем, как он решил переспать с дизайнершей интерьеров. Мейпл-Тауэр – прекрасный многоквартирный дом на окраине кампуса. Здесь много света и великолепный вид из окон. Это не студенческое общежитие, поэтому тут спокойно, и при этом кампус совсем рядом, так что с вечеринок далеко идти не надо.
Нам в Аароном запрещено ходить на вечеринки, но если Обри не знает, то и не переживает.
Лола уже перемерила кучу нарядов, когда Райан присылает сообщение, что уже идет. Так у меня появляется уважительная причина бросить подругу вместе с десятком однотипных черных платьев.
Раздается стук в дверь, и я знаю, что это Райан. Поначалу мне казалось странным, что в таких случаях у меня в животе трепещут бабочки, но теперь я думаю, что это мило.
Я открываю дверь. Он заполняет практически весь дверной проем. Светлые волосы растрепаны, от него сильно пахнет апельсином и еще чем-то непонятным, но запах меня почему-то успокаивает.
– Привет, красотка.
Он слегка прижимает губы к моей щеке и вручает сумку с едой. Он всегда приносит что-нибудь перекусить, наверное, потому что я ем мало и у меня дома никогда нет ничего вкусного. Зато Райан поглощает еду в больших количествах и под вкусным понимает много сладкого.
Аарон и Ло смотрят из гостиной так, будто никогда раньше не видели человека. Заметив их, Райан смеется – к счастью, он привык к их причудам. Я веду его в свою
– Привет.
– Эй, Ротвелл? – окликает Лола.
Он выпускает мою руку и поворачивается к ней.
– Что такое?
Она перегибается через спинку дивана, и по ехидному выражению ее лица я понимаю, что сейчас она ляпнет какую-нибудь пакость.
– У нас со Стейси смежные спальни, и чтобы мне не пришлось всю ночь слушать, как вы стонете и забиваете мячи…
Я за спиной Райана до предела таращу глаза.
– …можно узнать код твоей комнаты, чтобы я не ломилась в общий туалет на вашей вечеринке?
В кампусе на дверях комнат стоят электронные кодовые замки. У Райана есть своя ванная комната, поэтому просьба Ло не лишена смысла – чем пьянее народ на вечеринке, тем длиннее очередь в общий туалет.
Но о том, как она эту просьбу обставила, придется серьезно поговорить.
– Конечно, я тебе напишу. Только не ройся в моей комнате, Митчелл, я все равно узнаю.
Она показывает пальцами знак мира.
– Честное скаутское. Хорошего вам секса.
– О боже, Лолс. – Я издаю стон и поскорее затаскиваю Райана в свою комнату. – Дико извиняюсь.
– Она мне нравится. Прикольная, – усмехается он и, обхватив мое лицо, наклоняет мою голову, чтобы поцеловать.
Сначала поцелуй нежный, но потом его язык настойчиво двигается на моем. Его руки блуждают по моему телу и опускаются к бедрам. Затем он поднимает меня одним быстрым движением. Я машинально обхватываю его ногами за талию – мы так часто проделывали этот трюк, что вошло в привычку.
Снаружи слышится стук – наверное, это уходят Ло с Аароном, но все мое внимание поглощают горячие поцелуи на моей шее. Надо проверить, в самом ли деле они ушли, но мысли разбегаются, потому что Райан опускает меня на кровать и ложится сверху.
– Как прошел день? – бормочет он мне в ухо.
Он всегда так делает. Бесподобно целует, располагается между моих ног так, чтобы я начала извиваться, а когда я забываю обо всем на свете, задает какой-нибудь совершенно будничный вопрос вроде этого.
Когда я пытаюсь сформулировать ответ, он просовывает руку под мою футболку и проводит носом по моей челюсти. Вся моя кожа начинает зудеть, а он ведь еще даже ничего не сделал.
– День… э… хорошо, я… м-м… каталась…
Его тело сотрясается от смеха.
– Ты м-м каталась? Интересно. Рассказывай дальше, Аллен.
Я его ненавижу. Правда, правда ненавижу.
Я что-то бессвязно бормочу про лед и русских, пока он стягивает с нас одежду. Мы остаемся в нижнем белье. У Райана такое тело, что позавидуют греческие боги: смуглый загар после лета, проведенного дома в Майами, а кубиков на прессе столько, что и не сосчитать.
Да что там греческие боги, я сама завидую.
Спустив мои трусики на бедра, он ждет моего кивка, а затем медленно стягивает их, отшвыривает и раздвигает мои ноги.