Когда прошлое молчит
Шрифт:
— У вас своеобразная манера делать комплименты. Я хотел поговорить о вашей клиентке — Самойловой Светлане.
— Ничем не могу помочь, у нас еще ценится понятие конфиденциальность.
Женщина притворно вздохнула, игривым движением расстегивая изумрудную пуговицу на белоснежной рубашке. Ее движения рук, изгиб шеи выглядели так, словно она замерла в прыжке, как охотница, увидевшую добычу. Я машинально выпрямил спину и взлохматил волосы. Слова словно застряли в горле, но я попытался взять себя в руки:
— Простите, не
— Ярослава Валерьевна, но для вас просто Ярослава будет достаточно.
— Ярослава Валерьевна, тут такая ситуация, — голос немного сбился. — Светлана найдена убитой на парковке у «Дружбы». Убита жестоко. Я буду честен с вами — зацепок у нас немного. Одна из них, направление, подписанное вашей рукой за пару дней до преступления. Я просто обязан выяснить у вас…
— И оклеветать мужчину, который оплачивал ее счета, заботясь о ее здоровье?
— Мужчина, значится, имелся, — протянул я, приподнимая бровь.
— Оглянитесь вокруг и задайте этот вопрос самому себе, — Ярослава развела руки в стороны. — Если вы имеете представление о том, сколько она зарабатывала при жизни, то вопрос должен отпасть сам собой.
Эта ухоженная дама явно подкалывала меня, насмехаясь над моими детективными способностями. Но я чувствовал прилив сил, перебрасываясь с ней словами, пытаясь выглядеть остроумным. Так интересно работает психология — если в поле зрения мужчины красивая девушка, не будет важно, сколько ему лет, он всегда постарается выглядеть лучше, чем он есть на самом деле. Это станет заметно в расправленных плечах, руке, метнувшейся к волосам, даже если от них остались только воспоминания. Мужчина словно превращается во всемогущего, всесильного, но только при условии, если видит перед собой ту, ради которой это стоит сделать. Даже если не завоевать — то, как минимум, оставить приятное впечатление и будоражащие воспоминания.
Я в очередной раз поймал себя на попытке поправить волосы и тут же серьезно посмотрел на мило улыбающуюся женщину:
— Вопрос сейчас не в этом. Девушка убита, она приходила сюда и мне нужна информация.
— Что вы хотите услышать?
— Мне нужные ее жалобы, желательно, анализы. По возможности, история посещений. Ну и могу посметь надеяться на данные банковских операций по оплате и имя того, кто приходил с ней на приемы.
— Ну, какой мужчина, такие и запросы, — Ярослава игриво подмигнула. — Имя мужчины назвать не могу, он приходил один раз. Описать не смогу, да и не хочу, если быть совсем честной. Историю посещений можете взять в приемной, а насчет анализов… Последние она так и не сдала, хотя и выглядела настроенной на это.
— С чем она приходила к вам в последний раз?
— Ну, следователь, сами подумайте, — Ярослава хищно стрельнула в меня взглядом. — Девушка, молодая, красивая. Даже жалко. Гинеколог, парковка, распоротый живот. Ваши мысли?
— Ее партнер — псих?
— Ну зачем так грубо! Хотя могу считать попытку засчитанной. Будете еще раз пробовать?
— Подозревала венерическое заболевание?
— С вами не интересно, никакого логического мышления! Она думала, что беременна, вот и хотела в этом убедиться…
Я почувствовал
— Вы сообщили об этом ее спонсору?
— Не спонсору, а любимому мужчине, не будьте так циничны… Да, по нашим правилам, мы оповещаем спутников.
— Всех или только богатых?
— Уже начинаете верно мыслить, только немного угловато и прямолинейно…
— Больше ничего не расскажите?
— Увы, уверена, что вы уже получили больше, чем-то, на что рассчитывали, — Ярослава застегнула верхнюю пуговицу рубашки. — Приходите еще, я с удовольствием вас осмотрю…
— Боюсь, не потяну.
— Сделаю скидку за сообразительность. До свидания, Виктор.
— Спасибо за содействие, Ярослава Валерьевна.
— Возьмите мою визитку и оставьте свой номер Анастасии. Может у меня появится желание, ну знаете, поделиться с вами большим.
Я кивнул и неловко поднялся с дивана, разминая затекшие ноги и поправляя джинсы. Ярослава вежливо положила визитку на край стола, явно намекая на продолжение общения. Каюсь, взял. Но чисто ради дела, вы не подумайте. Может вопросы возникнут по ходу дела. Настя уже ждала у дверей с небольшой пачкой листов, часто оглядываясь на улицу. Я решил не злоупотреблять гостеприимством, быстро черкнув номер для Ярославы, критически оглядев свой почерк. Ну, чем богаты.
Выйдя из клиники, я решил подождать снаружи. Голосок внутри меня твердил, что Анастасия явно кого-то ожидала, настолько нервно она озиралась. Зайдя за поворот, я занял наблюдательную позицию, достав телефон.
— Да, Вить! — Эдуард Семенович ответил после первого гудка.
— Я только вышел из клиники, куда ходила Света.
— Подожди, — послышались быстрые шаги и хлопок двери. — Вить, я когда звонил утром, то должен был тебя поругать, весь коллектив на меня волком смотрел, ты прости, пожалуйста!
— Да что вы, я ведь действительно ушел от Толи…
— Анатолия, не забывай о субординации, — усмехнулся Эдик. — Ладно, что у тебя?
— Света приходила сюда, думая, что она беременна. Направили на анализы, но она передумала и ушла. Клиника дорогая, ей была не по карману…
— И они слили информацию ее спонсору, который все оплачивал, а он, не дождавшись результатов, вспорол ей брюхо. Грубо, но эффективно.
— Прямолинейно, Эдуард Семенович.
— Ну а что кругами ходить! — Вздохнул он. — Ладно, Вить, молодец, хорошая работа.
На душе потеплело. Вот что делает с человеком хорошее слово? Начальник редко кого-либо хвалил, поэтому его похвала всегда ценилась выше. Как говорил он сам — не то привыкнете и расслабитесь.
— Ищи и копай дальше. Руки у тебя теперь развязаны, я Макса заставлю красивый отчет написать, с парой хвалебных од твоей работе. Но ты не расслабляйся, пока не найдешь этого ублюдка — конфетку с полки не возьмешь и на отгулы не рассчитывай.
— Понял, Эдуард Семенович. От Анатолия вести есть?