Когда прошлое молчит
Шрифт:
— Толя, тут коробочка стояла, для украшений… Такая резная, белая.
— Не видел, но в этой комнате полезного нет, кроме твоей бумажки, — Анатолий оттянул край перчатки. — Девочка дорогая, одежда вся брендовая, а носки дешевые. У нее же зарплата маленькая была, да?
— Ну скромная, но там же еще и чаевые падали.
— Ну сам подумай, мне за тебя всю работу делать не хочется, — щелчок латекса причинил мне фантомную боль. — Попробуй, щелкни — в голове проясняется.
Я поднял бровь и посмотрел на него.
— Ты хочешь сказать, что она — эскортница?
— Ну ты загнул… Тут скорей начинающая проститутка. Деньги получает, а куда вкладывать — еще не поняла, на всякие мелочи, о которых в детстве мечтала, тратится… Лучше бы на квартиру копила, хотя бы в цене не проиграла, — улыбнулся Толя. — Хотя что об этом уже говорить? Ох, молодость, зеленость… Вот ты зачем тело портил?
— Тату?
— Нет, эпиляция зоны бикини, — хохотнул он. — Ну, конечно, тату!
— Шрамы закрыть хотел.
— Больно?
— Не так, как шрамы получать, скорей приятно смотреть, как они становятся незаметными.
— А зря, ты, считай, целую главу своей жизни татуировкой перекрыл, часть себя замазал. Но ты потом поймёшь, вспомнишь, — Так, мне нужно осмотреть кухню и попробовать те замечательные голубцы, которые так любезно нам принесла Анфиса. А то во рту такой привкус, словно мыши нагадили…
Я понимающе кивнул, наблюдая, как вечно серьезный Анатолий поправляет волосы, критично осматривая себя в зеркало. Молодость… Ну, а за девочками мы бегать видимо будем в любом возрасте…
Глава 7. Вера. Птицу нужно кормить
Кто-то ушел, птицу нужно кормить, Светлана, не звонить, нас не нашли. Пять проблем. Пять кусочков пазла. Я написала каждый на ярких стикерах и наклеила на белую стену в квартире. Приставив стул, уселась напротив и принялась думать. Спать не хотелось, хотя я находилось дома уже около двух часов, «Мусорка» закрылась рано, гостей не наблюдалось, поэтому, сосчитав скромную выручку, мы ушли по домам.
Я пыталась уснуть, чтобы набраться сил и подумать обо всем на чистую голову, но сон не приходил по собственной воле. Да и не по собственной тоже отказывался.
Бессонница, она такая.
Я сталкивалась с ней не часто, обычно просто падала на кровать от усталости и забывалась беспокойным снов. Но не сегодня. Словно ровный строй, мысли выстраивались в ряд передо мной, и попытка отогнать их, считая овечек, не срабатывали. Организм недостаточно измучен, чтобы просто отключить мозг. Он нагонял туман, позволяя посмотреть на вещи под другим углом. Ярче, чувственнее и глубже. С добавлением яркого красного цвета где-то в поле зрения.
Вскочив с кровати, я выстроила доску потерянных воспоминаний и уставилась на нее, словно это могло помочь. Шальная мысль, что есть и другие потеряшки, проскользнула в сознании, но я не позволила
— Ну что ж, концентрация и витамины, — прошептала я себе, запивая таблетку водой. — Начнем с птицы, выглядит самым простым…
В очередной раз оглядев комнату, я заметила пыль на книжных полках. Если бы у меня в доме жила птица — должны быть перья. Подняла коврик, заглянула в шкаф, осмотрела пространство под диваном — пусто. Только пыль с улицы, которая появилась везде и всегда на регулярной основе. Может, имелась ввиду чья-то птица? Еще раз просмотрела стикеры по всей квартире — ничего.
Я вышла на захламленный балкон и вдохнула прохладный воздух. Пепельница неприятно пахла, но я лишь угрюмо взяла пачку с подоконника и затянулась горьким дымом. Сознание затуманилось, а тремор рук успокоился после третьего вздоха. Взгляд наткнулся на серое полотенце, накинутое на что-то квадратное. Сердце словно сжалось от неприятного предчувствия, но я лишь гипнотизировала непонятную коробку. Птица. Кормить. Не забывать. Корм. Рука дрогнула, и я рванул в сумке, лежащей поверх кроссовок в коридоре.
Рваные наушники, пачка салфеток, банковская карта, пустая пачка обезболивающих и пакетик с радужной птичкой на обложке. «Порадуйте вашего пернатого друга».
Я осела на пол и мелко затряслась. Пепел сыпался на грязный линолеум, а рука непроизвольно сжала шуршащую обертку. Мне стало страшно. Как там говорил доктор? Организм сам все знает и сделает, только доверяй.
Внутри головы словно включился автопилот и показывал мне себя со стороны. Встать на ноги, найти точку равновесия. Открыть пакет и извлечь палочку липкой массы, напоминающей спрессованные опилки. Ноги сами понесли меня на балкон, ладонь нашла выключатель света. Стягивая полотенце с коробки, я зажмурилась и замерла с закрытыми глазами.
Легкий звук металла, дрызг и перезвон колокольчика. Отрывисто втянув воздух, я распахнула глаза и застыла в очередной раз. Птичье лакомство упало на пол, а я оперлась на облупившийся подоконник. Маленькая фигурка застыла на дне клетки, словно яркий всполох желтого и зеленого, нарушая палитру серого пейзажа. Небольшой звоночек плавно качался, издавая прерывистый звон, нарушая тишину ночного города.
— Перышко…
Имя само по себе всплыло в сознании, заставляя глаза наполниться влагой.
— Ты заботься о нем, он очень общительный! — Светлана заботливо погладила крохотную птаху. — Еще он чувствует, когда тебе грустно и начинает петь… И петь так, что все горести уходят сами по себе…
— Он точно не примет твоего питомца? — Я постучала ногтем по клетке. — Много место не займет, корм тоже не должен сильно ударить по карману твоего льва.
— Он не любит животных, да и квартира у него дизайнерская, Перышко может испортить что-нибудь, я не готова так рисковать своим счастьем, — Света поправила русые кудри и посмотрела на меня. — Да и тебе после разрыва компания нужна, будет о ком заботиться!