Когда прошлое молчит
Шрифт:
— Да нет, сынок, никто не жаловался, даже благодарили, она и с собачкой гуляла тут, когда у одной женщины с первого этаже нога болела, никогда не шумела, мужчин не приводила… Никаких проблем не было! Пару раз просила отсрочку для оплаты, но всегда все отдавала…
— Спасибо, — кивнул я. — Я попрошу ничего тут не трогать, мы сюда еще вернемся с экспертами, проверим пару моментов.
— Хорошо, сынок, только дайте знать, когда придете, я вам дверь открою, я тут недалеко живу, в соседнем подъезде…
Я обошел квартиру напоследок и вышел на улицу. Ну что, поиграл в великого детектива? Что нашел?
Усевшись на ближайшую скамейку, я начал делать заметки. В квартире она не жила, скорей всего последние дни обитала у любовника. Или еще где, не ясно. Если Виктория не врала насчет подарков, то там должны остаться украшения, но я ничего подобного не заметил. Пыль на поверхностях… Ну, думаю, она там есть, если она там не жила. Я втянул колючий воздух и потряс головой. Прав Макс — такой себе из меня сыщик.
Время двигалось к концу рабочего дня. Погода портилась на глазах, а солнце, и так нередкий гость нашего городка в зимнее время, клонилось к закату. Мысленно похвалил себя за проделанную работу, я пробежался глазами по списку: С викторией поговорил, на квартиру съездил, осталось последнее официальное рабочее место. Надо успеть до «Мусорки», пока Лидия не ушла. Может, она что-то расскажет о нашей скоропостижно погибшей Светлане. И со старичками «Бака», поговорить надо, персонал всегда знает больше, чем управляющие и владельцы.
Глава 5. Вера. Путаясь.
День не задался с самого утра. Руки дрожали, голова болела, а желудок предательски сжимался от голода. Сон стал беспокойным и прерывистым, как и говорил доктор, имя которого никак не желало сформироваться в сознании. Встав с кровати, я осмотрела комнату, фиксируя каждый предмет на случай, если вдруг что-то пригодиться. Я заправила диван механическим движением и направилась на старую кухоньку.
Ложка кофе в турку, немного воды и ожидание. На голодный желудок стоило съесть что-то, например, приевшуюся овсянку, неприглядно пристроившуюся на полке холодильника, но от одной мысли о еде внутри все сжималось. Я смотрела в окно, пока бодрящий аромат кофе наполнял кухню, заставляя жмуриться от удовольствия. Картинка за окном выглядела так, словно кто-то случайно разлил палитру со всеми возможными оттенками серого, замазывая любые возможные яркие краски. Даже новая детская площадка покрылась грязью, лишь отдаленно напоминая собой то буйство красок, которое сначала раздражало. И как тут сильные и позитивные эмоции получать, если картинка за окном настолько депрессивная?..
Шипящий звук сзади напомнил мне о том, что за крепким напитком надо все-таки следить, вырвал меня из печальных мыслей. Я быстрым движение сняла кипящую массу с плитки и перелила в отколотую оранжевую чашку, которая переезжала со мной столько, сколько я себя помню. А помнить осталось недолго.
— Да, доктор, время не идет медленно, как вы говорили, а летит настолько стремительно, что я просто не успеваю.
Больше и чаще разговаривать тоже было его мантрой, которая отпечаталась в моем сознании. Но разговаривать получалось только с самой собой и то, редко. Общения в баре не в счет — там работа и стресс. Действия, фразы — все словно на автомате.
Кофе взбодрил и немного снял сосущее ощущение внизу живота,
Взгляд зацепился за небольшую пометку: «Покормить птицу». Я недоуменно скривила лицо. Птицу? У меня никогда не было птицы… Обойдя квартиру, я не услышала ни звуков, ни подобий клетки. На всякий случай я выложила корочку хлеба на подоконник и задумчиво уставилась на проходящих мимо людей. Птицу?
Время бежало слишком быстро. Или я не замечала, я не уверена. Стрелки часов показывали почти шесть вечера, а я ощущала себя так, словно приветствовала раннее утро. Я потрясла головой, стараясь собраться и думать о том, что я просто сильно увлеклась чем-то, уборкой, например, или кормлением неизвестной птицы, что забыла о рабочих часах. Лиза, наверное, в ярости. Быстро закинув в сумку косметичку, я сменила одежду и выбежала из квартиры. Ощущение того, что я упустила из памяти нечто важное, словно било набатом в голове. Да даже если и забыла? Что может случиться?
Улица словно утопала в грязи. Видимо, ночью шел снег, а под утро выглянуло солнце, превратив асфальт в кашу, а красивый газон вокруг нашей панельки — пожухлую траву с серыми разводами. Пытаясь не промочить старые кеды, я бежала в «Мусорку». Интересная вещь, наша память. Я знала, как выглядит дверь в бар, сколько ступенек на крыльце, а название улицы, номер дома — все словно сливалось в одно пятно. Как почерк врача. Вроде видишь, понимаешь очертания букв — а разобрать и понять не получается. Так и я шла на работу. Большой дур с разветвленной кроной, после него налево. Гараж со ржавой крышей — тут идти прямо, а после аптеки с одной мигающей буквой «Е», сразу направо и я уже возле знакомой двери.
— Вера, ты сегодня опоздала! — Охранник Гена неторопливо курил возле крыльца. — Там тебя этот, сынок Витька ждет, что-то спросить хочет.
— Какой Витька?
— Ну ты чего, односолодовый и зеленое яблоко, сын нашего владельца, Виктор, который.
— Хорошо, спасибо…
Так, ну что он пьет, я выяснила. Уже хорошо. Надеюсь, лицо даст больше подсказок о том, кто это. Хотя «сын владельца» сразу навевает неприятные ассоциации. Интересно. Зайдя внутрь, первое, что бросилось мне в глаза это злое лицо Лизы, явно обещавшее мне страшную кару за опоздание на два с половиной часа. Я виновато спрятала глаза и скрылась в подсобке, чтобы переодеться. Ну, бар пустовал, гостей не наблюдалось, а в раздевалке сидел грустный парень.
— Вера, привет!
— Эм, привет?..
— Андрей, мы работали вчера вместе… Новый стажер.
— Да, конечно, я знаю, — серьезно кивнула я. — Позволь мне переодеться…
Парень смутился и вылетел из помещения. Я на автомате открыла шкафчик со своим именем и схватила спасательный блокнотик. «Макс вытащил пистолет, Виктор дал скидку. Андрей хороший, работает быстро, даже сам наливал пиво. Оля привела новенькую девочку, надо сообщить Е.А.»
Я нахмурилась и спрятала блокнот в карман черных джинсов. Хорошо. Кто такой Макс и почему у него пистолет, выясню позже. Е.А. Я чувствовала, как сжался желудок, но расшифровка этих инициалов в голову не приходила.