Кофе готов, миледи

Логинова Александра

– Хорошо справилась, конечно, но еще раз кинешься на амбразуру и я приложу руку к розгам Ясеня, – помешала суп я, на что девчонка присмирела и принялась с двойным усердием поглощать еду.

Я взяла кусок свежеиспеченного хлеба и обратила внимание на очередное чтиво нашего юного гения. «Трактат о неизданном законе», надо же. Я до сих пор не могу разобрать и в половине изданных, а его уже понесло в дебри теории юриспруденции. Видимо, я так усердно жевала, что кусочек еды некрасиво выпал у меня изо рта и исчез в складках скатерти.

– Я уберу! – вскочила Мира и нырнула

под стол. Ну вот что ты будешь с нею делать? Просила же поберечься, побольше отдыхать и вообще сидеть на попе ровно, так нет же, ей шило мешает.

– Вообще-то воспитанные люди делают вид, что не заметили подобной оплошности сотрапезника, – перелистнул страницу Ясень.

– Ну ты же заметил, – хмыкнула я и приподняла угол скатерти. – Ты чего там так долго возишься?

– Странное дело, госпожа, нигде не могу найти это самое, – встревожено сказала Мира. – Ну, упавшее.

– Ну тогда оставь, поешь нормально, потом уберем.

Ужин постарались закончить поскорее. Лично у меня тело буквально разваливалось – столько часов в продуваемой карете, прогулка к морю, нервное потрясение – мне однозначно требовался отдых.

– Спокойной ночи, госпожа! – дверь за слугами закрылась и я осталась одна, облаченная в шелковую ночнушку и с небрежной косой, разбирать сегодняшние бумаги. Конечно, можно оставить все и на завтра, но в дороге обратно в город мне пришла гениальная мысль – до того, как мне приедут зерна, создать маленький капучинатор.

Чисто теоретически данное изобретение может создать маг-артефактор с воздушной направленностью магии, а я смогу в процессе нагревать поток воздуха так, чтобы молоко не просто вспенивалось, но и активно согревалось. Конечно, в промышленных масштабах функцию нагрева будет необходимо встраивать прямо в артефакт, но на первых порах… заиметь такой маленький артефакт в личное пользование крайне необходимо.

Я даже успела зарисовать предполагаемое изобретение так, чтобы оно имело сопло, воздухозаборное отверстие и удобную рукоять, оставив «начинку» на фантазию артефактора. Только где зарисовка? Странно, я определенно была уверена, что оставила ее на столе вместе с другими бумагами. Может, Мира куда-то переложила, когда увидела упавшие листы? Или, может, я засунула бумажку в сумку?

Однако осмотр ридикюля ничего не дал. Путем коротких логических размышлений я догадалась поискать в «макулатурном» сундуке – небольшом коробе, в который отправились все предыдущие бумаги и записи настоящей Гретты и в который Мира иногда складывала то, что я велела выбросить.

Подняв крышку, я начала методично обшаривать одной рукой содержимое, щурясь в полутьме спальни. Внезапно рука наткнулась на что-то мягкое. Что бы это могло быть? Судя по ощущениям, оно явно небольшое, теплое, мягкое… как норковая шапка, которую мама надевала по большим праздникам. Ну или как кот, если оно было живым.

– Ай! – я резко дернула на себя руки, наткнувшись на что-то острое. Крышка упала с глухим стуком. – Блин, что это было?

Страшно, однако. Что там могло такое острое и царапучее лежать, если еще вчера это был насквозь бумажный ящик? Слуги что-то переложили, что ли? Снова аккуратно приподняла

крышку и заглянула в темноту.

Темнота немного подождала и глянула на меня в ответ. Я обомлела. Два больших черных глаза уставились на меня из сундука, испугано моргая и беспокойно щурясь. Темное нечто нервно дышало, стараясь не вдыхать слишком глубоко и лишний раз не шевелиться, изредка всхлипывая от слишком резкого вдоха. Я замерла, рассматривая эти осознанные и настороженные глаза, которые начали метаться от моего пристального взгляда. Внезапно маленькая черная лапа с крошечными коготочками резко поднялась вверх и захлопнула крышку сундука.

Не поняла юмора. Откуда у нас коты? Животных в доме не было, максимум – в виде гуляша или котлет, так что это такое? И как он сюда попал? Надеюсь, он не заразный, потому что на пальце выступила капелька крови от его когтей.

Я снова приподняла крышку, с любопытством разглядывая черную шерсть, большие влажные глаза и… маленький розовый пятачок.

– Ты кто? – оторопела я.

– Клят, – тихо прошептало нечто.

Глава 25

Нет, я не завизжала. Подумаешь, у меня в сундуке сидит местный черт, ну и что? Черный комочек так испуганно дышал и дрожал, что я даже передумала громко удивляться. Вместо этого протянула руку и еще раз аккуратно погладила бочок мелкой шерстяной тварюшки.

– Как ты сюда попал?

– Я хотел спрятаться, – всхлипнул черт. – А ты меня нашла.

– Ну, уж извини, это мой сундук.

– Я знаю, – он принюхался. – Твоими руками пахнет.

– Что ты здесь делаешь? – я снова протянула руку и подхватила незваного гостя под брюшко. Ох, все черти так мало весят или только этот недокормленный?

– Я прячусь, – острые коготки схватились за мою ладонь, однако не причиняя боли. – Чтобы ты меня не нашла.

– Но я ведь тебя нашла. Что дальше? – чертик переместился на стол и я внимательно его осмотрела. Малюсенькие острые копытца, кошачьи лапки, коготки, пятачок, тоненькая ленточка пушистого хвостика. – А где рога?

– Вырастут, – насупился клят. – Я вырасту и они вырастут.

– А сейчас ты, получается, маленький клятик?

– Я компактный, – еще больше насупился он и поковырял копытом столешницу.

– И что мне с тобой делать, компактная нечисть? – желание спать давало о себе знать зевотой.

– Может, не убивать? – просительно посмотрел на меня чертик. – Я не буду.

– Что не будешь?

– Все не буду, – заверил меня клят и присел, закрыв голову руками и зажмурив глаза. Пауза затягивалась.

– Что ты делаешь?

– Готовлюсь убиваться, – с зажмуренными глазами ответил он и еще больше сгруппировался.

– Почему?

– Потому что еще ни один человек не поверил кляту. Кляты всегда лгут, – заученно сказал он и приоткрыл один глаз, оглядывая меня с любопытством.

– Значит, и ты лжешь? – мне неожиданно стало смешно.

– Конечно, – уверенно сказал он. – Я нормальный.

– И в чем же ты мне солгал?

– Ну-у-у, я… я сказал… в общем, у меня еще не очень хорошо получается, – разом сдулся малыш.