Кодекс чести вампира
Шрифт:
Но когда я раскрыла рот и вдохнула воздуха, чтобы выпалить все это, Себастьян сделал последнюю глупость.
— Контракт с Катей подписан, и разрывать его я не намерен, — глядя на меня, как удав на кролика, сказал он.
— Вот и чудно! — бодрым голосом сказала я и, гигантскими шагами подойдя к журнальному столику, с грохотом и звоном поставила на него пустую кружку. Схватила с кресла рюкзак и, улыбаясь во весь рот, добавила: — Продолжай в том же духе! Но без меня!
Закинула лямку рюкзака на плечо, прощально взмахнула рукой и…
— Кажется,
На пороге кабинета стоял новый гость.
Увидев его, я невольно отпустила рюкзак. Лямка соскользнула с плеча, и рюкзак звучно шмякнулся на ковер.
Невысокий худощавый мужчина. Весь в черном — черный костюм строгого покроя, черная рубашка, черный галстук. Но — плечи (а потом оказалось — и спина) пиджака расшиты золотым растительным узором. Но — ярко-красный берет на коротко стриженной голове. Но — огромный, размером с перепелиное яйцо, сверкающий камень в перстне на левой руке. Но — на черных ботинках золотые пряжки. А плюс ко всему перечисленному много всяких иных необыкновенностей отличали нашего гостя. Как то… Черная трость с круглым белым набалдашником. Черный портфель с монограммой на небольшой овальной табличке. Черные тонкие перчатки. Черные, как хороший уголь, волосы. Бледное, похожее на гипсовую маску, очень асимметричное лицо, а глаза — желтые, как у кошки, яркие, опасные. В левом ухе — золотое кольцо с маленьким белым камушком. От камушка — разноцветные лучи во все стороны.
Но самое интересное в незнакомце было другое. Оказалось совершенно невозможным определить его возраст. С одинаковым успехом ему можно было дать и двадцать пять, и тридцать пять, и даже сорок пять лет. Поворот головы, движение глаз, иной ракурс — и вот уже произошла новая метаморфоза: совсем молодой человек, только что представший нашему взгляду, превращался в мужчину с солидным жизненным опытом, и седина в тонких бачках окончательно запутывала недоумевающего наблюдателя.
Конечно, работая в детективном агентстве, возглавляемом ангелами, чего только не навидаешься. Но такого колоритного типа я еще не встречала. В немом восхищении смотрела я на вошедшего, потеряв дар речи, а заодно и способность к движению.
Но на моего без пяти минут бывшего начальника появление незнакомца оказало совершенно противоположное действие. Лицо Себастьяна преобразилось самым неприятным образом — шоколадные глаза потемнели почти до черноты, губы недобро искривились, брови сдвинулись к переносице.
— Насколько мне известно, ваше появление — всегда не ко времени. И не к месту.
Человек развел руками:
— Разве я чем-то заслужил вашу антипатию?
Себастьян не ответил ему. Вместо этого он повернулся ко мне и голосом, в котором звучало явное раздражение, если не злость, сказал:
— Марина, ты, если не ошибаюсь, еще никогда не видела настоящего вампира?
— Кого-кого? — изумленно переспросила я, полагая, что ослышалась.
— Вампира, — повторил Себастьян. — Настоящего. Так вот, один из них — перед тобой.
— Мне жаль, что это доставляет вам такое неудовольствие, — осклабился непрошеный
— Иван Бехметов. К вашим услугам.
Глава 7
ЕГИПЕТСКАЯ НОЧЬ
Высокий мужской голос гортанно и пронзительно выводил замысловатую заунывную мелодию. Надя и Даниель сидели на открытой террасе кафе на маленьком деревянном диванчике, застеленном выгоревшими красными подушками. Перед ними на миниатюрном круглом столике стояли два уже полупустых стаканчика с гранатово-красной жидкостью. С моря дул свежий ветер, трепал их волосы, пытался унести со стола салфетки. Даниель, откинувшись на спинку дивана, задумчиво смотрел в черное южное небо, словно пытаясь вычислить что-то по звездам.
Надя поднесла к губам чубук кальяна и вдохнула сладковатый дым.
— Что-то ты какой-то тихий, — сказала она и положила любимому на лоб прохладную узкую ладонь. — Не перекупался ли случайно? Вдруг ангелам вредно нырять с аквалангом?
Даниель улыбнулся с отсутствующим видом:
— Ну, уж не вреднее, чем общаться с земными женщинами.
Отдых явно пошел Наде на пользу, потому что вместо того, чтобы немедленно вылить на голову Даниелю остатки жидкости из своего стакана, она только тихонько захихикала.
— А знаешь, — отсмеявшись, заметила она, — ты сейчас похож на вампира.
Даниель вздрогнул, сел прямо и посмотрел на нее почти испуганно:
— Почему?
Надя, явно не ожидавшая такой реакции, выглядела слегка озадаченной:
— Что ты так подпрыгиваешь? Ничего страшного не случилось. Просто у тебя от каркаде губы красные. Как у вампира.
— А-а… — промычал Даниель.
Зазвучала веселая рождественская песенка, очень уместная среди африканской пустыни, и на поясе Даниеля загорелись зеленым кнопки и дисплей мобильного телефона. Даниель нервно сдернул телефон с пояса и, нажав кнопку, приложил его к уху.
— Да… Нет еще… Не мог… Да, но… Слушай, я не знаю… Правда, не знаю… Слушай, давай потом… Ну, попозже… Хорошо, пока…
Надя слушала этот разговор, вернее, ту его часть, которую могла услышать, с легким недоумением.
— Снова Себастьян? — спросила она, когда Даниель, у которого отчего-то покраснели уши, сердито прицепил мобильный обратно на ремень.
Даниель молча кивнул.
— Понятно, — сквозь зубы процедила Надя. Даниель посмотрел на нее с плохо скрываемой опаской и потянулся за своим стаканом.
Некоторое время за столиком царило молчание — Даниель пил каркаде, Надя курила кальян. Но стоило Даниелю допить, как Надя, словно только этого и ждала, произнесла со странной интонацией:
— Значит, он просит тебя вернуться.
Даниель облокотился о столик, подпер голову рукой и печально спросил, ни к кому не обращаясь:
— Ну почему я купил в «Duty free» только одну бутылку вина?
— Если тебе так охота напиться, можно сделать это в ресторане отеля, — мрачно ответила Надя. — Правда, стоить нам это будет черт знает сколько…